Обратная волна (ЛП)
Прочитав мысли своей младшей сестры, Кейтлин решила включиться в беседу и начала рассказывать о своих делах в школе, где она преподавала, за что Элли была ей глубоко признательна, но сама так до конца обеда и не вступила в разговор.
***После полудня, по заведенному обычаю мужчины ушли в гостиную смотреть футбол, а женщины остались убирать со стола. Элли страшилась предстоящего разговора, который обязательно должен был состояться, стоило им только оказаться с материю наедине на кухне, и который будет больше напоминать инквизиционный допрос, чем невинную болтовню. Поэтому, исходя из того, что Сюзанна устроила ей за обедом, Элли полагала, что имеет полное право упаковать свои вещи и убраться отсюда, однако ей не хотелось портить праздник остальным. Черт, она всегда заботилась о других. Возможно, в некоторой степени это был недостаток ее характера, но лучше уж это, чем бескорыстная глупость. В конечном итоге, несмотря на все попытки своей матери втянуть ее в спор, Элли решила, что не позволит ей испортить себе праздник. Сказав самой себе, что она здесь в основном, чтобы увидеть Кейт и Джоша, девушка пришла к выводу, что просто будет стараться держаться подальше от своей матери и Эрин. Однако… это оказалось легче сказать, чем сделать.
Ей удавалось избегать их вопросов, пока не пришла очередь мыть грязную посуду. И как только Элли стала сгружать ее в раковину, ее старшая сестра, не теряя времени, приступила к допросу.
– Итак, Элли… расскажи нам о своей бурной жизни в большом городе, – начала Эрин, которая ни разу с момента, как Элли покинула отчий дом, не соизволила позвонить ей и просто спросить, как у нее идут дела. Блондинка была уверена, что ее старшая сестра попросту ревнует, и не желала ссориться с ней в день Благодарения.
– У меня все хорошо, Эрин, – вежливо ответила Элли.
– Хорошо? Просто хорошо? Звучит как-то безрадостно! – Вмешалась в беседу Сюзанна. Видимо, у нее и Эрин накопилось к Элли множество вопросов, которым, казалось, не будет конца до самого вечера.
– Ну, расскажи мне, как это жить в большом городе… Где ты живешь? Завела ли новых друзей? Повстречала ли кого-нибудь интересного? – Обрушила Эрин на сестру шквал вопросов.
– Хорошо, хорошо! – Сдалась Элли, подняв в знак капитуляции руку вверх, и отошла на другую сторону кухни, испытывая потребность как можно дальше дистанцироваться от своих мучителей. – Город очень красивый – интенсивный трафик и много людей, однако это не так уж плохо, если ты живешь у пляжа, как я, – не удержалась Элли немного подразнить сестру, которая любила пляж. – Я живу в милом домике, он немного маленький и старый, но аккуратный и чистый, и… находится недалеко от пляжа. – Девушка послала старшей сестре вкрадчивую улыбку, посчитав, что та заслужила все это. Эрин, уловив сарказм, грозно нахмурилась, поняв, что ее младшая сестра просто насмехается над ней. – Поскольку я живу в городе всего лишь несколько месяцев и у меня не так уж много времени на личную жизнь, то друзей я завела только на работе, – продолжила Элли. – Кроме того, для меня это не самое главное, сейчас во главе угла я ставлю свою работу, – добавила она и, рассеянно взяв дольку морковки, откусила от нее кусочек.
– Ты никогда не встретишь хорошего человека, если все время будешь работать и работать, Эллисон Мари, – упрекнула ее мать. – Если, конечно, только ты не встретишь хорошего мужчину на работе… много ли приятных молодых людей в этой твоей компании? – Подначивала дочь Сюзанна, пристально смотря на нее.
Элли закатила глаза, ее мать только и делала, что думала о том, как бы найти ей мужчину и выдать побыстрее ее замуж.
Боже… если бы она только знала, застонала про себя блондинка. – Я уверена, что там много таких мужчин, мама, – проворчала Элли. – Но я пока не заинтересована, чтобы заводить новые отношения… это не главная цель в моей жизни, – саркастически добавила она.
На это замечание бровь Эрин взлетела вверх. – Да, все верно, твоя главная цель – убежать, спрятаться и самореализоваться в новой карьере, – огрызнулась она, подчеркивая практически каждое свое слово. Эрин, как и их мать, никогда не поддерживала сестру в ее стремлении переехать в Джексонвилл, и не понимала, почему та упрямится и не желает вернуться обратно домой. Именно в этот момент на кухню зашла Кейтлин, ее руки были полны грязной посуды. Увидев мрачное выражение лица своей младшей сестры, она заключила, что ее мать и старшая сестра снова взялись за старое.
– Я не бегу и ни от чего не прячусь, Эрин. Просто потому, что я не хочу ни с кем встречаться, не означает, что я бегу от кого-либо или от чего-либо! – Парировала Элли, вставая в оборону.
– Но, если ты ни с кем не ходишь на свидания, то, как ты планируешь выйти замуж? – Снова вмешалась Сюзанна. Элли взглянула на Кейт, но ее сестра только закатила глаза и покачала головой. Блондинке уже порядком надоело постоянное преследование матери и Эрин, и она была готова взорваться и выложить им всю правду о себе.
– Я не хочу выходить замуж, мама. Я была замужем, и тебе хорошо известно, чем это все закончилось, – сказала Элли, уже не скрывая раздражения.
– Да, да, я знаю, я знаю, – ответила Сюзанна пренебрежительным тоном, умышленно игнорируя эмоциональное состояние младшей дочери. – Неужели, ты всегда будешь винить этого бедного мальчика в своих несчастьях? – Сказала она, бросая на Элли строгий взгляд.
Гнев девушки достиг наивысшей точки. Ее лицо раскраснелось, ярость угрожала выплеснуться наружу. Как смеет ее мать до сих пор защищать этого урода ее бывшего мужа? Кейт, увидев состояние Элли, поняла, что драки не избежать.
– Этого мальчика?! – Прорычала Эллисон. – Этот мальчик ПРИЧИНА всех моих страданий, – процедила она сквозь зубы, яростно глядя на мать. Сюзанна повернулась к дочери и была удивлена интенсивностью ее гнева, направленному на нее. – Этот мальчик причинил мне эмоциональную и физическую боль, – продолжала Элли, еле сдерживая себя. – Этот мальчик опустошил меня… и, по непонятной мне причине, ты до сих пор защищаешь его, мама…? Объясни мне, пожалуйста, ПОЧЕМУ! – Закричала она голосом, полным ярости и боли.
Сюзанна мгновение смотрела на свою дочь. – Брак – это взаимодействие двух людей, Эллисон… и в неудаче тоже повинны оба, – снисходительно сказала она, считая Элли еще наивной девочкой.
– О, тебе ли не знать все о неудачных браках, правда, мама? – Ощетинилась Элли, посмотрев на мать и наплевав на то, как злобно звучат ее слова и как сильно они ужалили пожилую женщину. Будучи хорошо и правильно воспитанной девушкой, она никогда не смела повышать голос и бросать вызов своей властной матери… до сих пор.
Нижняя челюсть Эрин и Кейтлин от шока упала вниз, а лицо матери покраснело от злости.
– Это было неуместно, Эллисон Мари! – Зло выплюнула Сюзанна, делая шаг к осмелевшей дерзить ей дочери.
Однако Элли было уже не остановить. Не желая быть снова обманутой этой женщиной, девушка, не отрывая глаз, смотрела на свою мать. – Что? Забавно, что у тебя нет никаких проблем, когда ты третируешь и лезешь в мою жизнь, но стоит мне прокомментировать твою, то ты сразу же приходишь в бешенство, – возмутилась Элли. Конечно, она и раньше осуждала свою мать, но делала это деликатно и нерешительно, сегодня же все было совершенно иначе. Элли вдруг обнаружила в себе силу, которую не чувствовала прежде. Ей захотелось все высказать в лицо пожилой женщине и показать ей, что она не только счастлива и довольна своей нынешней жизнью, но и стала другой, более сильной и уверенной в себе.
Видимо Сюзанна заметила перемену в дочери, потому что, для разнообразия, решила промолчать. Она просто стояла и смотрела на Элли, которая превратилась для нее в незнакомку.
– Я больше не понимаю тебя, девочка. Я не знаю, кто ты, и почему ты живешь такой жизнью, – сказала Сюзанна, глядя на дочь в полной растерянности и с некоторой грустью в глазах.