Электрик 4 (СИ)
Все эти мысли очень печальные и прямо расслабляют меня ничего сейчас не делать, просто сдаться на произвол судьбы.
Однако, пережив пятиминутку слабости, я снова взял себя в руки. Долго грустить не о чем, пора двигаться хоть куда-нибудь! В новом мире тоже можно жить, воздух и вода, земля и трава — все не сильно отличается от моего мира. Даже гравитация близка к земной или просто такая же.
Где я — это еще предстоит узнать, только жизнь моя изменилась круто и скорее всего, что бесповоротно.
Так я думаю, глядя на два неярких спутника этой планеты, еще вспоминая пару совсем мертвых трупов неподалеку.
Придется как-то выживать, а выживать лучше с новыми силами и ясной головой. Поэтому я снова сажусь на свою подстилку и стараюсь заснуть, поставив будильник еще на три часа. Теперь даже ложусь боком на нее, получается уместиться с подтянутыми к себе ногами.
Так делаю все длинную ночь, потому что бродить с фонарем по холму, чтобы рассмотреть еще что-то новое, я не собираюсь. Не стоит привлекать внимание разных существ около далеких костров, тень от дождливой тучи ушла, а здесь меня не видно снизу.
И содержимое пояса этого шамана разгляжу при свете дня, пока я только длинный нож достал из ножен. Он очень острый и еще по кромке лезвия есть свежие разводы крови, похоже, что это именно он проехался по горлу несчастного мужика.
Здесь какое-то особое место, раз приносят жертвы. Место отправления примитивного религиозного культа.
И получения феноменального количества энергии просто так из окружающего мира, да еще через необъяснимые для этого мира технологии.
Сплю урывками, а с первым просветлением на горизонте поднимаюсь на ноги.
Голова тяжелая, а самочувствие вполне ничего, жить можно.
Светлеет справа от каменной стенки, значит, там лежит местный восток.
Смартфон не показывает никакой сети, это вполне понятно. С такими жителями, как я видел, мобильная связь — это дело очень далекого будущего. О котором мне пока можно не беспокоиться от слова совсем.
Костров больше не видно, впрочем, они полностью исчезли через час после того, как я их разглядел. И те, и другие.
Если те существа, которые стояли около этих колонн, уехали в сторону восхода, значит тот караван, который жег костры на западе от меня, отправится ко мне или в обратную от холма сторону.
Скорее всего, именно в мою сторону и поедут с рассветом.
Не хочется оставаться на открытом месте, любая собака меня тут сразу разглядит, стоит ей только подняться наверх.
Все, что вижу пока — это голая степь без любых деревьев, на поверхности много травяных кустов. Правда, здесь вроде весна, трава подросла уже на двадцать сантиметров и здорово колышется на ветру зеленым ковром.
Поэтому я забираю малахай, спускаюсь вниз к колоннам, там долго пью воду из каменной чаши, потом вытаскиваю пару полиэтиленовых пакетов из сумки и кармана.
Не хочу, то есть, не хотел увеличивать количество лишнего пластика на Земле, поэтому один пакет носил с собой для продуктов, второй совсем небольшой, в нем собраны мелкие детальки для моей работы.
Теперь и один, и другой мне сгодятся. Очень даже сильно пригодятся в новой жизни.
Набираю воду и завязываю пакеты, в один вошло всего с пол литра, во второй, который из супермаркета, литра три воды, его придется нести особо осторожно. Жаль, что пятилитровая бутыль из пластика не попала со мной в этот мир, реально помогла бы выжить, такой трехдневный запас воды в прочной, легкой, не разбиваемой таре.
Флягу шамана пока не стал выливать и пробовать ее содержимое тоже не хочу. На день мне воды хватит и будет время не спеша разобраться с ее содержимым.
Сделать из имеющихся очков линзу и разжечь костер, чтобы поразить местных троглодитов. Впрочем, у меня и так есть чем их удивить, только боюсь, они меня первыми удивят сурово и расстроят не шутейно.
Местное светило уже показало свой край над горизонтом, становится опасно светло, опасно для меня, конечно.
Ну, не так светло, конечно, полумрак не дает ничего рассмотреть на расстоянии пятидесяти метров.
Однако, я все же пока оставляю пакеты около чаши и возвращаюсь к телам.
Рядом с шаманом валяется его длинный заковыристый посох, вычурно вырезанный и с острым рогом на конце. Такая вещь мне и самому пригодится, чтобы кого-то приложить или даже проколоть попробовать.
Хотя, почему его тело прежние товарищи не обшмонали полностью и не забрали такую неординарную штуку — не понимаю.
Мотыгу брать не стану, она довольно тяжелая, а у меня и так все руки заняты. Да и зачем она мне?
Только Чертей смешить, если попробую ей отмахиваться от них.
Потом подхватываю пакеты, малахай и спешу отойти от холма. По дороге ищу впадинки в земле, разные провалы почвы. После такого безумного ливня они должны здесь появиться, что-то размыть и обнажить вода должна непременно.
Отхожу метров на пятьсот от холма, когда вижу прямо удобную песчаную нишу в земле.
Можно лежать ниже уровня травы, можно вообще спрятаться целиком, если рядом кто-то пойдет, в хорошем таком углублении посередине ее.
Судя по мертвому мужику с разрезанным горлом и страшной нечеловеческой роже шамана, не стоит мне пока знакомиться с аборигенами очень близко. Лучше денек-другой понаблюдаю за ними со стороны.
Особо я их вчера не успел рассмотреть, только похожи они все на своего представителя, которого я успел ограбить немного, как родные братики.
Ничего, у мертвых на том свете карманов нет, а в местные верования я не верю.
Впрочем, здесь похоже, что такая стадия развития общества с изобретением карманов еще далеко впереди.
Пока расстилаю малахай на еще мокрой земле, обхожу все вокруг, осматривая свои новые владения.
Подумав, срезаю несколько шапок выросшей повыше травы не рядом со своим укрытием и расставляю их по периметру провала. Могу теперь наблюдать вокруг в каждую сторону, прикрываясь ими, не высовывая сильно голову из-за этих природных укрытий, а разглядывая происходящее вокруг через них.
Отхожу метров на пятьдесят в сторону проверить, не сильно ли привлекут внимание такие заросли в одном месте.
Да нет, и с такого расстояния все нормально смотрится, а уж с дороги, которая натоптана вдоль холма, точно ничего не разглядишь.
Подумав, я рыхлю и углубляю плоским ножом сам провал, уже не вылезая из него, землю с песком сталкиваю вниз в яму. Кажется мне, что с верхушки холма меня можно все же рассмотреть, если очень постараться. Особенно, если смотрящий заедет туда на животном типа лошади.
Делать то все равно больше нечего, уже рассвело немного, поэтому весь день я должен безвылазно провести здесь. Воды мне хватит, в туалет тоже боком придется ходить, вот с едой все плохо.
Обычно захватываю на работу пачку печенья типа галет, чтобы перебить голод, а вчера забыл.
Да, это уже было уже вчера, судя по часам на смартфоне.
Я его выключаю, пусть бережет энергию, его фонарик мне еще пригодится, а все остальное уже, кажется, что нет.
Первый караван проехал всего через пол часа после того, как я перестал копать и теперь борюсь со сном.
Значит, это те самые, которые рядом жгли костры на западе, такие же Черти, как и предыдущие.
Светило местное уже с самого раннего утра хорошо пригревает, просушило за это время почву, и я радуюсь солидному запасу воды. Похоже, что без этих пакетов пришлось бы бегать несколько раз к чаше с водой, рискуя своей жизнью.
Эх, солнцезащитных очков не хватает и полевого бинокля, чтобы в подробностях рассмотреть, что делают существа из остановившегося каравана около колонн.
А они останавливаются все, кто большими караванами едут, вот одиночные всадники на каких-то странных животных верхом или на подводах с быками проезжают часто мимо без остановки.
Караваны всегда останавливаются и что-то вроде делают, как будто молятся.
Слезают со скакунов двух видов, стоят минут по десять и едут дальше.
Скакуны точно представляют два разных вида, одни просто однорогие козлы, вторые с какой-то хищной мордой и по повадкам другие.