Электрик 4 (СИ)

— Корзины для мяса сразу возьмите! — кричит он отправленным по делам мужикам.
Рядом разводят свои костры простые крестьяне, две бабы занимаются тоже мясом, сегодня весь лагерь может обожраться, как следует, до полной немочи.
— Хорошо, что едоков меньше стало, — усмехается тот первый наемник, который похож на викинга — Терек.
— Хоб со своей бандой особо крестьян не баловали лишней жратвой, сами все сжирали постоянно. А ты что по этому поводу думаешь? — обращается он внезапно ко мне.
Интересный вопрос, похоже, как к возможному будущему руководителю коллектива.
А что, я себя показал необыкновенно сильным и стойким мужиком, один вызвал всю банду на разборки.
И ведь даже нигде не дрогнул, а как после драки по-простому всех добил?
— Да пусть едят сколько влезет сегодня. Завтра прикинем, сколько мяса останется, тогда и будем думать. Сделаем запас жареного мяса на пару дней, отдохнем, я хочу все свои вещи постирать, как следует. И трофейные тоже, чтобы не воняли прежними хозяевами. Крестьянам отдам постирать, — замечаю я недоуменные взгляды новых товарищей.
Понятно, что определенная дедовщина в банде присутствуют, простые мужики работают за воинов, выполняют всякие хозяйственные дела — это даже не обсуждается. Поэтому и стирать мне барахло будет кто-то из них или их баб.
— Есть кто из них, кто может нам помочь? — кивая на крестьян внезапно спрашиваю я.
— В смысле? — не понимает меня основательный Грипзих, который с палицей и щитом по-прежнему стоит рядом.
— Ну, есть среди них такие, которые могут рядом в бою стоять? Чтобы не трусили и не убежали?
— А, таких нет точно. Обычные мужики, которых судьба отправила в лес. Кого хозяева земель выгнали, кто провинился по пьяни, зарубил топором соседа за жену, кто украл что-то у барона — у каждого своя история. Однако воевать никто не способен, да и не хотят особенно. Вот мешок зерна с телеги украсть — это могут, — дает он развернутую характеристику нашим соседям.
— Значит они нам не нужны, — подвожу я итог прениям о судьбе мужиков.
— Погоди, ты что, их убить хочешь? — вскидывается Терек, не так понявший мои слова. — Не было у нас такого уговора!
— Шутишь, что ли? Не нужны — это значит, что дальше наши пути расходятся с ними, — закидываю я удочку наемникам.
— И что ты предлагаешь? И вообще — ты кто такой? Что убил хладнокровно шестерых раненых и умирающих? Да еще тех двоих? Не спорю — дрянь были людишки, самой последней породы. Только и ты нас пойми, так заколоть беззащитных — это силу внутри нужно иметь. И возможно, что силу — темную? — задает один из главных вопросов четвертый мужик, который Вертун.
Так, дошло наше толковище уже до понятий добра и зла, силы темной и светлой. И на какой я теперь стою?
— Я заколол их сразу, чтобы не мучились лишнего эти мужики-разбойники. По доброте своей и еще из-за того, что я всегда на стороне добра. А добро оно такое и должно быть — с кулаками большими и мечом длинным, — старательно съезжаю я с еще полностью мне непонятной темы.
— А еще ты же говорил, что братья они тебе, что не хочешь с ними всерьез сражаться? А потом взял и всех убил? Обманул, получается? — это уже Грипзих спрашивает.
Да, мою речь перед поединком слышали все, поэтому придется объясниться перед наемниками:
— А это была военная хитрость. Знаете, что это такое? — спрашиваю я всех.
Народ неуверенно кивает головами, а Фиала даже отвечает, что знакома с таким делом:
— Нам наш учитель говорил поближе к стенам врагов подпускать, чтобы стрелять в упор и не промахиваться вообще. Это, мол, и есть настоящая военная хитрость, как он учил.
Наемники недоуменно смотрят на нее, похоже, что демократия у них тут не настолько развитая, чтобы бабам слово в разговоре воинов давать. Зато я сразу поддерживаю ее:
— Правильно, военная на то она и хитрость, чтобы врагов убивать, а самим выжить. Вы же тоже так хотите, а не наоборот совсем?
И продолжаю объяснение:
— Сказал так, чтобы они признали меня за своего и не толпой кинулись, а решили, что Хоб из меня по нашим понятиям душу выбьет. Поэтому и согласились на поединок. Нормальная военная хитрость — это ввести противника в заблуждение, чтобы он не мог свои сильные стороны использовать. Такие, например, что они не кинулись на меня толпой сразу. Это как занять позицию в лесу и конников среди деревьев из луков ссаживать — примерно такая же хитрость, — объясняю я наемникам на понятном им примере.
  
Народ смотрит на меня с понятным недоверием, а я очень радуюсь, что установленные на инопланетном кресле программы в моей голове позволяют мне сразу обстоятельно и правильно по произношению отвечать.
Однако мясо прожарилось и уже готово, поэтому мы приступаем к обжорству. Пожарено оно на славу, я про себя прощаюсь с боевым козлом, еще прошу прощения, что ем его плоть и кровь с очень большим удовольствием.
Со стороны похоже, что я таким образом молюсь, теперь вижу, что и наемники, и лучницы ко мне присматриваются сейчас.
Да и сами молятся заметно, делая ритуальные жесты, что-то с головы на грудь правой рукой переводя.
— Сами понимаете, при встрече с Тоболом и Лорасом все так быстро случилось, что пришлось выбирать — или я их, или они — меня. Вышло так, что они оба померли, один от стрелы Кситы, второй от моего копья. И после этого, сами же понимаете, ситуация стала еще безвыходнее. Снова — или я оставшуюся банду порешу, или банда прирежет меня и еще вашу Кситу за долги перед бандой заберет. За своего помощника Хоб бы с вас не слез, погибла бы из вас половина при такой разборке. Так что я просто опередил их и все правильно для всех нас сделал.
— А так сидим, мясо кушаем и добычу делим, все живы и здоровы, никто даже раненый не помирает. Отлично все вышло, с чем я вас всех и поздравляю, — подвожу я итог своего рассказа про свою военную хитрость и выдаю первый тост. — За наш союз!
Наемники и наемницы смотрят на меня немного недоверчиво, но спорить и не думают.
Некоторое время после такой длинной речи я усердно насыщаюсь хорошо приготовленным мясом, заедаю его какими-то овощами и свежим хлебом. Из напитков — только ключевая вода из ближнего родника.
Понюхав хобову бражку, я скривился и без проблем отдал свою порцию в чашке наемникам, чем немало тех порадовал.
  
Глава 13
 
Пока я наедаюсь, посматривая по сторонам и обдумывая, как бы половчее предложить наемникам связать свою судьбу со мной. Чтобы они сами про это дело не особо догадывались, что нужны мне именно, как спутники довольно сильно в новом для меня мире.
Я пока не знаю, для чего именно нужны, только понимаю, что такой отряд за спиной очень даже поможет мне выжить и выжить хорошо. Нет им смысла пропадать в лесу, когда они могут помочь мне. Такие вот немного корыстные мысли в моей голове вертятся.
Кругом пир горой, крестьяне и бабы жарят, парят и варят кучу мяса, радуясь жизни очень так непосредственно.
Воины ведут себя сдержаннее и солиднее, не первый такой пир в жизни опытных в военном деле мужчин.
Смысла сидеть в лесу я для себя не вижу вообще никакого, только время терять и вшей кормить. Полностью бесперспективное для меня занятие, нужно двигаться вперед, строить себе новую и хорошую жизнь. Раз уж мне реально повезло выжить около холма с каменными стенками и потайным бункером, откопать его тайну и проникнуться мудростью установленной Системы.
Именно в схватке с бандой Хоба я убедился, какое страшное и коварное оружие поселилось у меня в голове.
Всех врагов, конечно, не станешь в полных дебилов превращать, действовать придется мягче и дальновиднее.
По словам Кситы, она здесь зимой жила, значит и остальные воины с ее сестрой тоже тут куковали. Голос потеряла и мерзла много наверняка, как и все остальные. Скорее всего, что какие-то серьезные проблемы с законом не дают им уйти отсюда. И еще наемники сами по себе достаточно безынициативные мужики, что сидят столько времени тупо на одном месте, слушаясь в качестве вождя и организатора нападений этого самого покойного Хоба.