Моё сладкое наказание (СИ)
Недоуменно посмотрела на маму. Я, конечно, хотела, чтобы она снова полюбила и была счастлива. Но парень то на вид всего на пару лет старше, чем я! Ну мама дает! Хоть стой хоть падай.
— Привет, Миа, — наконец, подал голос этот жигало.
— Ну, привет, — поздоровалась я почти вежливо и прищурилась. Кого-то он мне напоминал.
— Не узнала? — искренне удивился парень.
— А должна была? — холодно поинтересовалась я.
С чего мне узнавать маминых ухажеров?
— Миечка, ну ты чего? — поразилась мама, будто я глупость спросила. — Это же Дима!
— Какой Дима…
Вдруг парень улыбнулся, и я заметила ямочки на его щеках, а в уголке виска небольшой шрам. Эти ямочки… И такой же шрам, получил мой сосед и друг детства лет десять назад, когда полез мне на дерево за яблоком и, зацепившись за ветку, свалился. И тут до моей дурьей башки, наконец, дошло.
— Дима! — с визгом бросилась ему на шею, чуть не разлив, стоящий на столе чай.
— И сто лет не прошло, как до вас дошло, — с ухмылкой прокомментировал мое ранее недоумение друг детства.
Дима восемь лет назад уехал с родителями на пмж в Америку, даже не доучился в школе, хотя ему оставалось полгода всего. Его отцу предложили какую-то хорошую работу заграницей, и он решил рискнуть. Ведь такие приглашения не делают каждый день.
Маме вдруг позвонили, и она вышла в другую комнату, чтобы ответить на звонок.
— Но как ты…? Когда?
— Вернулся? Еще два месяца назад, — как ни в чем не бывало, ответил Дима, неторопливо жуя печеньку.
— И я об этом узнаю только сейчас… — обиженно буркнула себе под нос. Вот тебе и друг.
— Я обосновался в столице, — перевел тему Дима. — Твоя мама сказала, ты сейчас тоже учишься в Москве. Здорово. Будем чаще видеться.
— Ага, — опустила взгляд на чашку, все еще дуясь на парня.
И неудивительно, что я сразу его не узнала. За восемь лет от того тощего задохлика, с которым я провела почти все свое детство, не осталось и следа. Сейчас рядом со мной сидел крепкий симпатичный парень. Ух, чувствую, и не одной американке он разбил сердце.
— Ты очень изменился, — призналась я.
— Да? Нравится? — поиграл бровями парень и напряг мышцы на руке, показывая бицепс. — Потрогай, потрогай.
Ущипнула Диму за бок, и мы вместе рассмеялись. Не могу на этого дурака долго злиться. Я за ним скучала. Очень.
Вдруг парень схватил меня за ладошку и, заглянув в глаза, серьезно сказал:
— А ты все такая же… — и столько нежности было в его голосе, что мне сразу как-то неловко стало, — … моя Миа.
А в следующий момент на кухню зашла мама и окинула нас странно довольным взглядом. Затем сообщила, что ей звонил врач Миши. Мальчик уже очнулся.
Дима понял, что сейчас нам будет точно не до него и, поблагодарив за радушный прием и вкусный чай с печеньками, засобирался на выход.
— Димочка, приходи на ужин, — сказала внезапно мама. — Будет тетя Света с дочкой и ее мужем. Помнишь же Нику? Посидим посемейному.
Дима почему-то смотрел на меня, отвечая моей маме:
— Конечно, Анна Александровна. Я буду.
После ухода друга детства, мы с мамой сразу же поспешили в больницу и уже через час подходили к стенам частной поликлиники.
В палате нас встретила приветливая медсестра, которая следила за состоянием мальчика. Условия здесь и правда, более чем. Перед кроватью даже висела большая плазма. Миша до сих пора нас не заметил. Лежал на боку и смотрел какой-то мультик.
— Мишенька, мальчик мой, — было видно, что еще немного и мама расплачется.
Ей так тяжело дались эти последние дни в ожидании и неведении.
— Привет, маленький боец, — наклонилась и чмокнула брата в щечку.
Миша был очень рад нас видеть. Конечно, видно, что он еще слаб, но держится, прям молодцом. Настоящий мужчина растет.
Позже к нам зашел врач. Почка у мальчика заработала, так что все хорошо. Через неделю Мишу уже можно будет забрать домой. Мужчина даст нам рекомендации по правильному уходу за ребенком и выпишет все нужные лекарства.
А вечером мы уже сидели в гостиной за большим обеденным столом. Мама, я, тетя Света и ее дочь с мужем, которые заехали, чтобы забрать ее домой. Немного позже подошел и Дима. Торжественно вручил мне букет красных цветов и всучил в руки большую коробку с тортом, не забыв поцеловать в щеку.
— А что это у Миечки, наконец-то, жених появился? — подала голос моя родственница, когда в комнату вошел Дима и поздоровался со всеми.
— Это же Дима, теть Свет, — фыркнула я и вдруг поймала на себе недоуменный взгляд друга. Мол, «Какого фига?».
— Точно! — ударила себя по лбу тетя, а я усмехнулась ее реакции. Похоже, это у нас семейное тормозить. — Ну, ты конечно красавчиком стал прям. А девушка у тебя сейчас есть? — не в бровь, а в глаз.
Я насмешливо закатала глаза, присаживаясь рядом с другом. Ну, тетя Света как обычно. Хобби у нее такое — свахой подрабатывать. Особенно, когда не просят.
Но Дима молодец. Не поддался на провокации тетки. Он ловко перевел тему и уже рассказывал о своих приключениях в другой стране. Даже я заслушалась, открыв рот. Окончил там школу, играл в футбольной команде, затем колледж, стажировка в крутой фирме. Его точно всего 8 лет не было?
Внезапно в квартире раздался звонок. Все были так увлечены беседой, что даже И не заметили этого.
— Я открою, — поспешила встать из-за стола.
Скорее всего, соседи. Они часто к нам заглядывают. Поэтому меня совершенно не насторожил чей-то поздний визит, но как оказалось зря…
— Ты что здесь делаешь?? — чуть не выкрикнула, удивленно округлив глаза.
На лестничной площадке стоял Воронцов и сверлил меня очень недобрым взглядом.
Глава 39
— Думаю, это очевидно, — прожигает меня цепким взглядом своих синих глаз Марк, а затем вкрадчиво интересуется, — Ничего не хочешь мне объяснить, случайно?
Я почему-то не спешила с ответом. То ли внезапное появление мужчины повергло меня в ступор, толи его поведение.
Слишком спокойным мне кажется его голос. Слишком не сочетается он с тем мрачным выражением лица, от которого у меня сейчас мороз пробежал по коже. Казалось, еще немного и его терпению придет конец.
И моему кстати тоже… Зачем он приехал?! Неужели не нравится, что потерял свою игрушку? Похоже, задела его бесценное самолюбие. Не привык, наверное, что от него так быстро отказываются.
Торопливо захлопнула позади себя входную дверь и вышла на площадку. Не хочу, чтобы родные стали свидетелями предстоящего разговора. Очевидно не самого приятного.
— Не думаю, что обязана тебе что-то объяснять, — наконец, нарушила напряженную тишину. — Я, по-моему, все доходчиво изложила в своем сообщении.
— Да что ты говоришь! — прорычал мужчина, надвигаясь на меня. Ну вот. Видимо, его терпению, все-таки, пришел конец.
— Не нервничайте, Марк Викторович, — медленно попятилась я назад, стараясь говорить как можно спокойнее. Будто неумелый дрессировщик пыталась успокоить разгневанного льва. А вот дрожь в коленках унять было труднее. Но я все же продолжила свою мысль. — Сами же говорили, что нужно уметь контролировать свои эмоции. Или я что-то путаю?
– Миа, — хрипло прошептал Воронцов, практически касаясь губами кончика моего уха. Бархатный голос мощными вибрациями прошел по всему моему телу.
Не заметила, как наткнулась спиной на холодный подоконник. Ну вот и все… Отступать больше некуда. Освещение на площадке было очень тусклое и какое-то слишком… интимное что ли.
Попыталась отодвинуть от себя мужчину, который уже склонился надо мной, но получалось с явно трудом. И на все мои жалкие трепыхания Марк, казалось, вообще не обращает никакого внимания.
— Что случилось? — тихо спросил, медленно проводя тыльной стороной ладони по моей щеке. И не дождавшись моего ответа, твердо заявил, — Не знаю, что ты там себе уже надумала, маленькая, но так просто я тебя не отпущу.