Большая проблема (СИ)

— Любопытство, юноша. Давно я не видел тех, кто вместо того чтобы добивать моих детей, лечит их. Знаешь насколько вы редки?
— Нет — развёл я руками, размышляя есть ли в этом мире толковые ветеринары. Вообще должны быть — И насколько же?
— Слишком на мой вкус, но ты всё же принёс моему сердцу радость — тряхнул гривой конь — Даже странно, что Лес избрал твоим тотемом хищника. Я не могу предложить тебе союз с одним из своих детей, но могу предложить свой договор.
— И какой же? — сделал стойку на предложение младшего духа я.
— Лечи моих подопечных, когда можешь лечить, не отправляй их на смерть, когда можешь не отправлять и я повелю им считать тебя своим вожаком.
— Мммм, а если в схожей ситуации мне придётся быстро продолжить путь? Что если лечить одного из твоих подопечных всю ночь может быть опасным для меня самого и я его просто добью? Это будет считаться нарушением договора? — задал я уточняющие вопросы. Всё таки ситуации разные бывают, а нарушение договора с сильным духом… Это может привести к последствиям вплоть до летальных, причём прямо в яви.
— Нет — мотнул головой дух и махнул хвостом — Я же заинтересован в том, чтобы ты помог как можно большему количеству моих детей, а не издох по быстрее.
— Договор — кивнул я, всё обдумав. То, что копытные будут признавать меня «сферическим вожаком табуна в вакууме» — это вроде бы немного, но только на первый взгляд. Здесь люди воюют на конях и нападать кавалеристу на меня будет ох как не легко не смотря на узду и шпоры. Волосатый мопед будет выражать своё несогласие до последней крайности. Да и с командами для «своих» коней кое-что можно придумать. Уж точно не придется подманивать трофейных коней отдельным камланием… Сплошные плюсы.
— Договор — ответил конь, ударив копытом и по земле мира духов прошла рябь, как по воде. А потом животное посмотрело мне в глаза и добавило — И займись уже своей защитой.
После этих слов жеребец весело заржал, а потом в мгновение ока развернулся и лягнул меня задними копытами в грудь. Я даже мявкнуть не успел, как оказался в своём теле, падающем на спину из положения сидя.
— Мать-перемать, кто-то слишком много общался с людьми и поднабрался всякой дряни — проворчал я, рассматривая следы копыт, проступившие на физическом теле. А потом схватился за голову, которую прострелила боль и новая информация. Дух решил немножко защитить свой актив, который подвязался помогать ему с защитой популяции, а потому снабдил меня знанием нескольких знаков для ритуалов, чтобы никто на одном уровне сил с ним не мог подобраться ко мне через круги незаметно. Мне осталось только хмыкнуть, присмотревшись к едва заметным следам подков с теми же пиктограммами — Шутник хвостатый, млять.
Ну да духи духами, а я был снова в нави, потому пришлось быстро подниматься и бодрым кабанчиком метнуться к лагерю, где рядовые бойцы уже свернули стоянку, а предводители и Килан наседали на Силаниля.
— Что за шум, а драки нетуть? — гаркнул я, выходя из леса.
— Ну наконец-то — выдохнул монах — Они уже собрались тебя искать.
— Где ты был вообще? — грозно насупил брови эр Блом.
— Моя проводил ритуал, прося прощение у медведя — похлопал я по шкуре с простодушной физиономией — А то зимой греть не будет. Надо было сегодня, завтра уже слишком много дней прошло б.
— А чего один и далеко? Волнуемся ж за тебя, а этот ничего толком сказать не может — мотнул ма Гратан головой на Сила.
— Нельзя больше никто, только моя с медведем дрался — ответил я, несколько сконфузив ма Крамана и других причастных. Они-то той ночью вмешаться не смогли.
На том всё и закончилось, если не считать того, что Килан стал проявлять интерес к обычаям и традициям великанов. Пришлось рассказывать ему общую концепцию, придумывая её на ходу. Сами великаны в силу скудности языка не формулировали никакого мировоззрения в словах и определениях. Потому я в целом объяснял, что мы живем как часть природы, в гармонии с собой и миром, не пытаясь взять лишнего и стремимся быть едиными с зверем лесным, птицами небесными, рыбой речной, твердью земною и солнцем и младшим братом его, огнём… Если предыдущие сентенции ещё укладывались в подростковую голову, то вот с огнем случился затык. И не только у него.
 
— Огонь же обжигает, чуть ближе только поднеси. Какое с ним единство? — высказал общее мнение эр Эдво.
— Самое важное единство. Через одну луну можно будет новый ритуал провести, этот даже показать посторонним могу — рассмеялся я, прикидывая что в обжитых землях смогу раздобыть себе факелы по больше и пару верёвок. Это конечно не пои с тонкими цепями, останавливаться во вращении будет нельзя, чтоб верёвки не подпалить, да и светала нет, огнём не плюнешься… Но и публика непритязательна, так что им трёхбиток с бабочками должно хватить. Опять же Феонор кое-чем поможет — Вы же тоже огнём свои дома обогреваете, на нём готовите пищу и от него греетесь ночами у костра.
На том мы и условились. Дорога же наконец привела нас к обжитым землям, контраст с приграничьем был разителен. Леса перемежались полями, здесь похоже люди селились не только у рек, но и активно начали взлёт на холмы. На самой дороге стали регулярно попадаться путники, а порой и целые караваны купцов. Мда, здесь серьёзной торговлей занимаются не прилизанные белые воротнички в офисах, а суровые дяди, которые возят товар из пункта А в пункт Б, переходя границы, ведя разговоры с местными феодалами «по понятиям» за пошлины и поборы, а порой и отбиваясь от бандитов. Совсем другой типаж и масштаб личностей.
На меня все смотрели, как на диковинку. Всё таки не каждый день встретишь великана, тем более такого, который не хочет угостить тебя дубиной. Разговоры правда народ начинал естественно с рыцарями, которые и объясняли ситуацию. После этого удивление только нарастало, гиганты, что путешествуют с жрецами Света — это ещё больший дефицит. У меня была мысль сбыть торгашам хотя бы часть трофеев, но Блом с ма Гратаном отговорили, мотивировав это тем, что им меня еще владетелю Осато представлять вместе с Силом, а там зримое доказательство помощи может пригодиться. Так что пришлось двигаться дальше с гружёным табуном и обихаживать лошадок. Мне определённо не помешали бы несколько оруженосцев!
Но вскоре идиллия нашего путешествия была нарушена, когда мы прибыли в Сивро, самый крупный город на северо-востоке Осато, в некотором роде являющийся его торговой столицей. Аданаил за северо-западе это звание конечно оспаривал и не без успеха, всё таки через него шла торговля с соседним королевством. Зато здесь проходили караваны, которые шли с юга на север и с севера на юг через ново колонизированные земли, не платя пошлин на внутренних таможнях. Мы же предвкушали хороший отдых, починку одежды и снаряжения… Я же помимо прочего собирался добраться сначала до цирюльника, а потом до кузнеца, которому можно было бы заказать одноручный топор под мои габариты, который вероятно будет переделкой с двуручной секиры для человека, а так же наконечника на копьё. И естественно хотелось наконец обзавестись сапогами, штанами, рубахой и прочими радостями, которые может предложить цивилизация. В конце концов мы хотели задержаться на недельку, отправив письмо владетельному папаше Килана, чтобы тот прислал подобающую наследнику с невестой свиту.
А на воротах нас тормознули, не смотря на наличие двух рыцарей. Караулом командовал какой-то благородный хлыщ, который и так-то поговорил через губу с запылёнными путниками, которые сопровождают порядочно убитую карету без гербов, а в конце выдал под офигевшие взгляды ма Крамана и ма Гратана:
— …и раба своего оставите за воротами, нех@р полуживотному в городе делать. Мля… Какой всё таки огромный.
  
Глава 16
 
Выслушав последние слова хлыща, я оказался перед довольно забавной дилеммой, которая по большому счёту сводилась к вопросу «убивать идиота сейчас или по позже?» Варианта «не убивать» в принципе предусмотрено мирозданием не было, если я конечно на самом деле не планирую переходить в полуживотные. А всё дело в местном менталитете и окружающих меня людях.