Райшаария (СИ)

– Позови своих коллег, – мягко сказала я, намекая на драконов, которые работали в «Созвездии».
Когда мы сели в машину, и я застегнула ремень безопасности, я еще раз проверила линии. Они не изменились. Получалось, что Грей сидит на одном месте, и никуда не уходит. Или же он привязан. Ладно. На месте разберемся. Но свою собаку я просто так не брошу!
– Оля, ты точно уверена? – спросил Павел, выворачивая с парковки.
– Да. Прямо и потом налево.
И мы поехали.
Ехать пришлось два часа. И не потому, что навигатор из меня так себе. Просто не всегда мои линии совпадали с дорогой, и  Павлу приходилось или объезжать, или возвращаться и искать новый путь. Но, в конце концов, мы подъехали к тому месту, где обрывалась линия. Дальше пошли пешком. Уже давно стемнело. И пробираться в темноте в незнакомом, совершенно безлюдном месте было как-то не по себе.
Что это было за место, мы так и не поняли. Вроде как заброшенная деревня, где еще оставались какие-то постройки. Вот только они были совершенно не пригодны для жилья. Каким образом могло занести сюда Грея, я даже не представляла. Все-таки о присутствии здесь человека говорить даже и не стоило. Видимо, мои сомнения отразились у меня на лице, потому что Павел, взяв меня за руку, повел в ту сторону, куда я показала рукой.
– Давай, хотя бы посмотрим. Не зря же мы сюда приехали, – сказал Громов.
Мы зашли в полуразрушенный одноэтажный дом. Опасаться, что на нас рухнет крыша, не стоило, просто ее уже не было. Я имею в виду крышу.
Павел светил фонариком с телефона. Я так понимаю, что нам пришлось пройти в самую дальнюю комнату, так как дверные проемы еще остались. Эта комната была последней, больше проходов не было. Павел посветил по углам: в левом дальнем углу, сжавшись, понуро сидел Грей.
– Грей! – воскликнула я и хотела подойти к собаке, но Паша схватил меня за руку.
– Стой.
Я остановилась. Паша медленно стал водить фонариком по комнате. Немного правее от моей собаки лежало тело. Обнаженное мужское тело. Я закрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Не скажу, что я трусиха. Да и вид голого мужика меня не напугал бы. Если бы не его длинный хвост и рога. Ну да. Он очень был похож на голого черта.
– Кто это? – прошептала я.
– Верборневиец, – тихо ответил Паша.
Он отпустил мою руку, и ничего не сказав, подошел ближе к лежащему телу. Я стояла не шевелясь. Глядя, то на чудное существо, то на свою собаку, трясущуюся в углу.
– Оля, достань телефон, и посвети мне, – сказал Павел.
Я послушно выполнила то, что он просил.
– Вот сюда, мне нужно успеть его сфотографировать.
Я посветила. Павел сделал несколько снимков и тут же кому-то их отправил. Через пару секунд раздался звонок.
– Да. Да. Ты сам не видишь? Да, не знаю я, где мы. Но даже и если дам тебе метку, ты не успеешь. Через час, максимум час десять, он исчезнет. Все отбой. Не смей оставлять детей одних!
– Паша, кто сейчас звонил? – спросила я.
– Андреев.
Это был один из драконов «Созвездия».
– А что с этим вербор…невийцем не так, если, конечно, исключить, что он мертв?
– Он не мертв. Он ушел.
– Как ушел? Куда ушел? Он же тут лежит! Я еще пока не слепая!
– Это ненадолго. Если бы приехали на час позже мы бы его уже не видели. Это уже не тело, а его проекция. – И Павел в доказательство провел своей рукой сквозь тело. Оно, точнее его изображение слегка покачнулось и встало на место. Но уже было менее четким.
Мда….  Это мой мозг отказывался принимать.
– Оля, нам нужно все здесь хорошо осмотреть, – сказал Павел.
– Я могу забрать собаку?
– Да, конечно, только посади его в машину.
– Нет!
– Почему? – Павел удивленно посмотрел на меня.
– Я не знаю, – честно ответила я. – Буду держать его возле себя на коротком поводке.
– Хорошо.
Странно, что Грей не подбежал сразу ко мне, как он обычно это делал. Он словно оцепенел. И почти никак  не реагировал на меня, пока я прицепляла на него поводок.
– Грей! Идем! Рядом! – скомандовала я. Только услышав мой голос, обращенный к нему, Грей отреагировал. Но был еще заторможен.
 
Мы вышли на улицу. Павел включил фары, но они не давали достаточно света. Обойдя дом, мы заметили черную «Вольво». Теперь понятно, как он тут оказался. А Грей, значит, бежал всю дорогу за ним? Или успел запрыгнуть в машину?
– Это тот, кто сегодня был у нас, – сказал вслух Павел, узнав номер машины.
– Я уже догадалась.
– Только не понятно, зачем ему подкладывать драконьи чешуйки?
– Может, чтобы все спихнуть на драконов, – предположила я.
– Не думаю, – произнес Громов. – Оля, тебе завтра придется объяснить, как ты нашла это место.
– Кому? И зачем?
– Андрееву. Хотя, может, и не надо.
– А тебе не нужно объяснять? – спросила я. Ведь он так и не знал про мой дар, который я получила от Райшаарии. Или знал?
– Оля, если ты не хочешь, то можешь ничего не объяснять. Я тебе и так верю. И знаю, что не все вещи можно раскрывать.
– Но в этом никакого секрета нет! – воскликнула я. – Просто….
И тут я замолчала. А ведь на самом деле все не так уж и просто. И если кому рассказать, то на мой дар могут найтись и психиатры, и охотники.
– Вот, видишь. Поэтому, я просто тебе верю.
Мне стало так спокойно от его слов. Вроде бы, совсем простые слова: «я тебе верю», а как много они значат!
– Паша, а тот, верборневиец, он был один?
– Не знаю. И боюсь, это не так легко узнать. Единственная известная нам верборневийка находится в тюрьме на Эньбруервесе.
– Алианна?
– Да.
– Но у нее не было рогов и хвоста!
Павел улыбнулся.
– У женщин их и не бывает. Это прерогатива мужчин. На Верборневисе.
Все чудесатее и чудесатее. А я точно не Алиса?
– Ладно. Пусть будет так. Но почему только Алианна может знать о том, сколько рогатых ходит по нашей планете?
– Она тоже может этого не знать. Ведь уже несколько сотен лет, как верборневийцы-мужчины исчезли. И никто так и не нашел причины этого.
– А этот тогда откуда взялся?
– Хороший вопрос.
Павел снова начал осматривать окрестности. Я же задумалась о своем. Точнее, об этом странном существе из другого мира. Что привело его сюда? Или что заставило? Почему он был возле моей дочери? Зачем эти чешуйки? Почему он оказался здесь, так далеко от города? И зачем Грей побежал за ним? И кто может ответить на все эти вопросы? Ну, если, конечно, исключить Алианну. И тут меня словно током стукнуло! Я поняла, зачем Грей привел нас сюда: чтобы я увидела сама, как выглядят эти самые верборневийцы!
Я попыталась немного успокоиться и выстроить свои линии в поисках этих странных существ. Линий оказалось шесть. Это в ближайшем, я так понимаю, нашем, городе. А дальше…. Я пока убрала дальние.
– Паша! – позвала я Громова.
– Да?
– Паша, в нашем городе их шесть. По крайней мере, я столько вижу.
Паша посмотрел на меня так, словно это я открыла закон всемирного тяготения.
– И ты можешь сказать, где их найти?
– Сказать не могу. Только показать, – почему-то виновато сказала я.
– Тогда поехали!
– Паш, ночь на улице. Дома дети. Может, все-таки мудрое утро?
– А ты сможешь показать утром?
– Думаю, что да.
– Хорошо. Тогда поехали домой, – согласился Громов.
– А можно мне посмотреть на того, что тут…. Ну, что там осталось?
– Конечно.
Мы снова вошли в дом и проделали уже знакомый путь. Грей на пороге заупрямился и ни в какую не стал идти дальше. Я не настаивала. Я передала поводок Павлу, чтобы пес, не дай бог, снова не потерялся, и нам не пришлось бы его искать по темноте.
На полу от верборневийца ничего не осталось. Точнее, если бы я не знала, что тут лежало его тело, я бы не заметила легкого светящегося пятна. Он, как и сказал Павел, просто исчез. Не знаю зачем, но я еще раз самым пристальным образом осмотрела то место, где лежало тело. Но ничего больше не разглядев, вернулась к Паше, державшему мою собаку.