Мой босс - злодей любовного романа (СИ)

— Не все так плохо, — попыталась я улыбнуться. Хоть и была признательна за участие, но видеть, как за меня так переживает пожилой человек, было неловко. — В этот раз только вода. Меня даже не ошпарили! — с преувеличенным воодушевлением добавила я, поняв, что сделала только хуже.
— Ох, мисс, за что же вам такие испытания в таком юном возрасте? — едва не прослезился мужчина, достав аккуратный, идеально наглаженный платочек из нагрудного кармана и промокнул уголки глаз. — Куда смотрит наш господин, заставляя проходить вас через подобное из раза в раз? — пошел он на откровенное негодование герцогом. Обычно прислуге подобное не прощалось, но, учитывая опыт и стаж работы Говарда в семье Ноксов, думаю, ему бы сошло с рук, даже если бы он оттаскал Киллиана за ухо. Правда, один раз.
  
Потому, думаю, Говард берег эту привилегию на крайний случай.
— Вы так бледны, — с тревогой продолжил Говард. — Может, я вызову лекаря?
— Со мной все в порядке. Я просто немного устала. Как только высплюсь, тут же почувствую себя лучше, — запротестовала я. Больничные у меня все равно не предусмотрены, а с усталостью ничто так не справляется, как чек на крупную сумму и бодрящий эликсирчик, на которых я буквально живу. — Взамен буду благодарна, если распорядитесь вещами из кареты: там редкие реагенты, которые запрашивал господин, а так же оборудование. Ну и документы. Вы сможете принести их в мой кабинет? Боюсь, сил на их сортировку у меня уже сегодня не найдется, - откровенно говоря, я чувствовала, как из моего продрогшего тела уже потихоньку просачивается дух в поисках наименее задолбавшегося носителя.
— Конечно, все сделаем, — с готовностью кивнул головой дворецкий и подозвал лакея.
— От господина нет известий? — по пути на второй этаж, где располагалась моя спальня, продолжала я диалог с Говардом.
— Пока не было.
— Это хорошо, — покивала я своим мыслям.
Вчера вечером Киллиану пришло очередное «озарение» прямо посреди ужина, во время которого он подорвался с места и убежал в свою лабораторию в подвале особняка, строго-настрого запретив беспокоить его в ближайшие два дня. И то, что босс не показался за весь день — говорило в пользу того, что у него все идет, как надо.
Но в то же время создавало мне очередную проблему: Киллиан во время экспериментов настолько погружается в работу, что забывает про еду и отдых. И были уже случаи, когда его находили без сознания от истощения. Однако, как я уже упоминала, он терпеть не мог, когда его отвлекали. Потому перед слугами вставала очередная дилемма: с одной стороны — господин, о чьем здоровье они должны заботиться несмотря на прямой приказ, с другой — тот самый господин, который, в зависимости от настроения, мог даже уволить несчастного, осмелившегося проявить о нем заботу во время углублённой работы.
Так было до моего появления. Честно признаться, в тот злосчастный день я поддалась на уговоры Говарда и другой прислуги и рискнула заглянуть к Киллиану, который три дня пропадал в лаборатории. Как я уже рассказывала, дошло до драки и насильственного кормления. А также мне угрожали увольнением и даже казнью за нападение на господина и дворянина, но он меня настолько взбесил, что мне было уже глубоко плевать. Потому вместо выполнения приказов зажала ему нос, вынудив открыть рот, и впихивала ложки с едой.
После борьбы и плотного, хоть и насильственного, обеда, Киллиана сморило сном, после которого никто не сомневался, что меня уволят. На удивление всех, в том числе и меня, не уволили. Неожиданно для всех, после того происшествия Киллиан проявил сознательность и даже соизволил дать разрешение раз в день проверять его в лаборатории и оставлять обед. Отчего-то... этим также приходилось заниматься мне.
Словно у меня работы и без того было мало....
А потому, вместо желанной ванной и теплой постельки, я сейчас должна идти в подвал и кормить одно увлеченное великовозрастное дитя.
- Я переоденусь и спущусь на кухню, — тяжело вздохнула я, остановившись у моей спальни.
- Я прикажу подготовить поднос с закусками для вас и господина, — Говард понятливо кивнул.
— Да, спасибо, — вымученно улыбнулась я, почувствовав тошноту.
Обычно я ела либо с прислугой, либо с господином в столовой, когда у него было свободное время. Я бы предпочла спуститься в подвал, оставить поднос и удалиться, но в какой-то момент Киллиан начал капризничать: сначала требовал, чтобы я оставалась с ним, пока он не поест, а после и вовсе приказал подавать еду сразу на двоих, отчего я была вынуждена кушать сидя между реагентами и омерзительными ингредиентами, похожими на экспонаты кунсткамеры. Это у Нокса желудок был железобетонный ввиду профессиональной деградации, как у патологоанатомов, а мне пришлось долго привыкать, а после бороться с бессонницей из-за кошмаров. Даже сейчас тошно вспоминать, но сегодня аппетита нет изначально.
Вновь голова закружилась...
Вошла в комнату и еле устояла на ногах. С трудом доплелась до постели, на которую буквально рухнула, тяжело дыша. Веки будто налились свинцом, а голову словно раскаленным металлическим обручем сжало.
— Надо... встать, — пробормотала я, изо всех сил пытаясь держать веки открытыми, но, кажется, проиграла. — Пять минут... полежу всего пять минуточек... — пошла я на сделку с собой и смиренно сдалась.
***
Кажется, мне снился кошмар, в котором я неистово бежала в колесе на одном месте, точно белка, от надвигающейся на меня угрозы, которая то и дело видоизменялась: вот на меня смотрят убийственные светлые глаза герцога Гейна, после с осуждением взирают родители Эстеллы, угрожающе потряхивая фатой, а кульминацией всего был Нокс, в руках которого оказалась большая коробка, которую он держал над головой. Отчего-то от него я начала бежать еще быстрее, инстинктивно понимая, что если поймает, мне точно не выжить. Но чем быстрее бежала, тем неотвратимее Нокс приближался и увеличивался, пока его тень не затмила собой весь свет. Обернувшись в очередной раз, я с криком ужаса наблюдала, как из той самой коробки на меня валятся горы документов, женщин, реагентов и готовых эликсиров, намереваясь похоронить меня под собой.
Распахнула глаза и едва не заорала в ужасе, но в этот момент что-то мокрое и тяжелое упало мне на лицо, заполняя водой нос и рот. Меня топят!
Неистово задергалась, стащила с лица помеху и стала озираться бешеными глазами, параллельно откашливаясь.
— Надо же, а ты говорил, не сработает! — весело протянул знакомый и в тот момент ненавистный голос. Напротив моей постели обнаружился босс, который с воодушевлением разглядывал мое ошарашенное лицо. За ним стоял удрученно прикрывший глаза Говард, который скорбно поджимал губы. — Стоило только самому взяться за дело, как она тут же пришла в себя, — важно сложил он руки на груди, а после высокопарно добавил: — Гений гениален во всем, даже в уходе за больными. Цени, Элла! Где ты еще найдешь такого начальника? — самовлюбленно вздохнул Киллиан, а я машинально сжала в кулак кусок ткани, представляя вместо нее шею босса, из-за чего на постель буквально полились струйки воды.
Еще раз взглянув на Говарда, свою постель, глубокую ночь за окном, себя во вчерашнем платье, а также тазик с ледяной водой на тумбочке, картинка стала вырисовываться.
Судя по всему, я все же заболела, и Говард, заметив мою пропажу, сразу же принял меры. Полагаю, вода и тряпица предназначались для компресса на лоб. Но появившийся босс даже это едва не превратил в утопление! Зная босса и его любовь ко всему новому, вероятнее всего, Киллиану захотелось поиграть во врача. Вот только слушать наставления от опытного дворецкого он не стал и сделал все так, как себе примерно представлял: при жаре положить мокрую холодную ткань на лоб? Да, пожалуйста. Босс у у меня щедрый, потому ни ткани, ни воды не пожалел. Спасибо, что хоть ведро льда мне под одеяло не высыпал!
— Прошу прощения, кажется, я подхватила легкую простуду, — прохрипела я, поняв, что у меня еще и горло отекло, а тело все еще потряхивало в ознобе. Ко всему прочему, голова раскалывалась неимоверно.