Наследница темной крови (СИ)
- Что тебе нужно? – проговорила через силу. Губы пересохли и отчаянно хотелось разлечься на прохладном полу, чтобы сверху водой поливали.
- Это женский туалет.
Внутри похолодело все, разливаясь жидким азотом по венам. Перепутала. Снова.
- Я еще плохо ориентируюсь в здешних достопримечательностях, - попыталась отмахнуться, хотя по глазам Милоша видела, что он уже успел зацепиться за это, и неспроста столько времени стоял и рассматривал.
- Я сейчас долбаных 10 минут пытался пробиться к эмоциям, - он зло чеканил каждое слово. – А ты даже бровью не повел. И это, знаешь ли, БЕСИТ!
Он метнулся, прижимая меня своим телом, ставя в капкан из накаченных рук.
- Кто ты, демоны тебя дери?! Почему цепляешь, заставляя только о тебе и думать?
Я не могла вырваться, теряя связь с реальностью. Глаза начинала застилать тьма, а тело предательски слабело. Милош ослабил хватку, рванул ворот моей школьной рубашки.
- Девка! Шпионишь здесь? – почти выплюнул мне в лицо, но потом, видимо, заметил, что я не притворяюсь. – Э-э-э, плохо?
Говорить не могла, но кивнуть постаралась. Милош усадил у стены, метнувшись к умывальнику. Через секунду на голову полилась вода, потом еще и еще, обдавая так нужной сейчас свежестью. Человек, возомнивший себя моим врагом, носил и носил воду в ладошках, с волнением заглядывая в побледневшее лицо. А значит, вся эта его вредность - лишь желание скрыть истинную суть.
- Милош! – громкий шепот так нужного сейчас человека вызвал на губах улыбку. Почувствовал. Не мог не прийти.
- Юр, ей плохо, не знаю, что делать! – голос резонатора буквально звенел от тревоги.
- Отойди, - рявкнул Юра, двумя пальцами стараясь нащупать пульс на моем запастье.
- Что за маскарад вообще? Кто она тебе? – откуда-то сверху раздавалось нетерпеливое кудахтанье Милоша. Он явно облегченно выдохнул, сдав обузу на руки другому человеку.
- Потом… Лера, Лер… - Юра легко хлопал по щекам, стараясь привести меня в чувства. – Опять ген?
Я все отчетливо слышала, могла перемалывать в голове, но реагировала вскользь. Странное состояние, будто после наркоза.
Юра умеет задавать правильные вопросы. Я бы не стала копаться в себе, списав все на стресс и долгое голодание. Но это был действительно ген ловца, на который за последние сутки беспрестанно воздействовали. Резонатор, менталисты, дед со своим обрядом по признанию родства.
- Юр, - все-таки удалось выговорить, и надо мной склонились сразу 2 мужские головы. – Отнеси на опушку леса. Надо деда…
- Какого деда? Моего? – Юра не понимал, о чем я прошу.
- Моего. Амарат, дед…
Я, наверное, все-таки отрубилась. Потому что в себя пришла от сильной встряски.
- Ты такими нежностями ее в себя не приведешь, – ворчал Милош, стоя чуть в стороне. Я это обнаружила с трудом разлепив глаза.
- Лер, что дальше делать? Я перенес к лесу, - Юра сидел на примятой траве достопамятной опушки, держа меня на коленях.
Я достала кинжал, который носила за поясом и, предубеждая реакцию мужчин на холодное оружие, резанула себя по ладони. Нож отобрали мгновенно. И краем уха слушая резкие возгласы о моей безголовости, я наблюдала как на глазах затягивается рана. Удивительно…
- Тебе лучше? – я кивнула, хотя чувствовала себя все также паршиво.
Юра аккуратно ссадил меня с колен и пошел с кинжалом к Милошу. Мальчишки! Миры меняются, а страсть к оружию постоянна, тем более, что это еще и артефакт. И Юра, как менталист, наверняка разглядел его ауру и нити принадлежности.
Я воспользовалась кратким мигом уединения.
- Амарат, - позвала еле слышно, размазывая остатки крови по ладони.
Знала, что он придет, но не ожидала такой скорости. Я вроде бы только что произнесла имя, а у кромки леса уже появилась высокая фигура, затянутая в кожу. Облегченный выдох вырвался помимо воли.
Меня накрыло знакомой тьмой. Она ласкала кожу, ощупывала в поисках повреждений. А когда уловила запах крови, черной вспышкой метнулась в сторону склонившихся над кинжалом парней. Тьма окружила их резко, будто веревками обвивая руки и тело. А затем, взметнув в воздух, протащила в сторону с десяток метров. Это выглядело так страшно, что я вскрикнула и попробовала ползти в их сторону. Но Амарат перехватил, обняв крепко.
- Что случилось? – он еле говорил, дыхание вырывалось надсадно, с хрипами. Видимо в момент призыва был далеко и очень быстро летел сюда вороном.
- Можно заблокировать ген ловца?
Он понял все без лишних слов. Посадив на пенек, опустился напротив на колени.
- Скажи тьме, пусть их отпустит, - попросила до того, как дед начал только ему ведомый обряд.
- Сами разберутся, - отмахнулся от меня Амарат, делая пассы руками вокруг головы.
И я, не выдержав, развернулась посмотреть. Мда… Сами разберутся, это мягко сказано. Парни, освободившись от пут, стояли по одну сторону поляны, а тьма Амарата по другую. Они играли в гляделки недолго, пока Юра не рискнул выпустить свою. Она у него была массивнее как-то, тяжелее. И если дед тьмой даже не интересовался, уделяя сейчас все внимание мне, то Юра напряженно управлял огромным черным сгустком, постепенно обретающим очертания парящего человека, закутанного в плащ. Так смерть рисуют в детских страшилках, жаль косы не предусмотрено.
Дедова тьма обернулась ко мне, счастливо скалясь, точь-в-точь как в нашу прошлую встречу. А потом тоже приняла форму смерти в безразмерном балахоне.
Издевается, поняла я. А мне улыбалась, потому что осознала, что помощь подоспела вовремя, и угроза скоро минует. Значит и время можно провести с пользой – подразнить молодых и горячих.
- Дедушка, - позвала, в упор глядя на закрывшего глаза Амарата.
- М-м-м?
- А почему ты свою тьму вот так просто отпустил, и она будто сама по себе там. А Юра не может?
- Потому что, когда живешь долго, вторая суть перестает быть обычным симбиотом в одном теле, она становится верным другом. Не мешай.
Я замолчала, а сама напряженно думала. Он прикрывает дружбой то, что давно перестал контролировать тьму. Она ведь очень показательно меня защищала совсем недавно, идя в разрез с «хозяином», вставая непроходимой стеной между нами. Дед не властелин здесь, это точно и, кажется, вообще мало влияния имеет. Они и общаются на равных, точнее даже – тьма ведет себя мудрее, успокаивая его в нужные моменты и поддакивая, когда чувствует угрозу срыва.
Именно поэтому Амарат после побега жены предпочел скитаться. Скрываясь в темном лесу, разбойничая на больших дорогах, да что угодно, лишь бы не появляться в больших городах. Привлечет внимание, на него снова натравят ищеек, во главе с инквизитором. А стабильностью, в их понимании, тут и не пахнет.
Боялась ли я сейчас? Нисколько. Его тьма не тронет меня. Она скорее перегрызет глотку любому, кто посягнет на новообретенное сокровище. А вот Николас много лет назад действовал скорее всего правильно и четко в рамках отведенных инструкций: «Нашел нестабильного темного, надевай браслеты». Так была ли обоснована эта их кровная вражда?
А вообще, деду очень повезло, что его тьма оказалась именно такой – заботливой, правильной и понимающей. Она не пошла давить сознание своего симбиота, когда поняла, что способна заполучить свободу, не превратилась в одержимое чудовище.
Я настолько погрязла в себе, что боль, остро пронзившую мозг, восприняла как нечто собой разумеющееся, а судороги, вмиг скрючившие ноги и руки, заслуженной карой перед избавлением от наследия предков. Все, что угодно, лишь бы избавиться от того, что делает меня слабой и уязвимой перед внешним миром. Что заставляет мучаться даже от слабого магического давления.
- Хорош играться, детки, - заревел Амарат, ни на секунду, не отвлекаясь от меня. – Поставьте купол, будет громко.
Мое тело корежило и ломало, выворачивало кости. Кожа трескалась, будто старая побелка на фасаде дома. А я кричала, пытаясь голосовыми разрядами облегчить адское пламя, сжигающее изнутри.