Генеральный попаданец (СИ)

Суслов подслеповато уставился на меня. Думает, решает.
— Кажется, начинаю тебя понимать. Мягкая сила?
— Можно и так выразиться. Ты же, Михаил, метишь на пост КПК? Вот и начинай думать иными масштабами.
Суслов надел очки и откинулся на стуле. Все-таки они тут неудобные, никак пристроиться не может секретарь. Нам принесли чай, сделали перерыв на перекус.
— Меня беспокоит товарищ Фурцева.
Я внутренне ухмыльнулся. Нашла коса на камень!
— Что, бабе не место наверху? Это же дискриминация! Недавно женщин с Восьмым марта поздравляли.
Неожиданно после моего укола главный идеолог партии смутился.
— Ничего такого, Леонид Ильич! Но ставил её на пост министра культуры Хрущев, так она его методы и переняла. Нет, она сделала и немало хорошего. Но…
— Мотает бабёнку туда-сюда? — я задумался. Мне и других проблем хватает, возить еще и со взбалмошной дамочкой. Женщина она яркая, но, по сути, бестолковая. — Просто убрать нельзя. Надо устроить её к Демичеву начальником какого-нибудь отдела. Или создать таковой. Связей с интеллигенцией у нее полно, вашим кабинетным деятелям пригодится. И её не обидно. Работа в ЦК и в руководстве по знакомой стезе. Только сначала подберите умного и достойного человека на пост министра.
В том будущем партийные бонзы от безысходности назначили министром культуры Демичева. А мне такой кадр нужен в ЦК. Ну не вижу я никого лучше его на посту секретаря по пропаганде.
Михаил кивнул. Спорить дальше у него желания не было. Мы не стояли в оппозицию по отношению друг к другу. А споры по рабочим моментам можно было пережить.
— Договорились. Как тебе речь к пленуму?
— Суховато.
— Хочешь отдать своим? — ревниво поинтересовался Суслов.
— И отдам, потом посмотришь доклад свежим взглядом.
— Хорошо!
Какая все-таки он очкастая гнида! Но я, похоже, нащупал его слабое место. Пущай его!
Фиделя подвезли позже. Все столпились около крыльца поглазеть на легендарного Коменданте. Даже обычно беспристрастные охранники лыбились во все тридцать три. Кастро бодро выскочил из машины, облаченный в любимую кожаную куртку подводников. Те подарили ему её во время визита в Заполярье в шестьдесят третьем году. Все-таки какой здоровый черт! Под два метра с роскошной бородой и яркими, блестящими глазами. Мы крепко обнялись, хохоча и постукивая друг друга. Фидель к тому же левша, ручкаться с ним сложно. Общаться приходится через переводчиков. Я больше силен на английском, а он из русских знает не так много слов.
Вскоре нас взяли в оборот егеря. Наконец-то, им разрешили организовать охоту! Фиделя и меня быстро переодели по погоде. Правда, лидер Кубы отказался снимать куртку. Да наши и не настаивали. В такой точно не замерзнешь. Но теплые штаны, шерстяные портянки поверх носков и валенки были обязательны. Я был уж в пимах, они намного удобней, да и теплей. Вскоре мы катили на снегоходах к кордону. Там на месте выдали обычные охотничьи лыжи. Если я успел сноровисто их надеть и сделать небольшой круг около огромной ели, то с Кастро пришлось повозиться.
Нет, в прошлые поездки он уже вставал на лыжи, так что сразу не свалился. Широко расставив руки, легендарный революционер под одобрительные возгласы румяных егерей сделал несколько шагов, потом даже перешел на скольжение, сильно отталкиваясь палками.
— Молодец!
Фидель снял рукавицу и показал мне большой палец:
— Карашьо, Ильич!
Я не смог удержаться от хохота, а затем задумался. Это же со сколькими историческими личностями мне еще получится встретиться и даже подружиться! Скоро состоится визит к космонавтам, а там Гагарин! Юра, я не хочу, чтобы ты ушел от нас. Но и не желаю видеть тебя заслуженной развалиной и свадебным генералом, которого зовут на мероприятия без конца и края. Потому ты так и рвался в небо, где закончил свой великий полет. Нет, страна должна увидеть героя вновь и в той же ипостаси. И опять это произойдет неожиданно. Почву я начну готовить уже сейчас.
  
— Ильич, adelante!
Мы осторожно скользим меж заснеженных деревьев. Солнце неплохо пригревает, отгоняя остатки ночного морозца. Мне уже жарко в полушубке. Нас ставят на места, проверяют оружие. Охота сегодня простая, так что взял из своей коллекции подходящее ружье. По истории я знал, что Ильич накопил таковой двадцать четыре единицы. Кто-то и вовсе рассказывает о 90 стволах. Вождь очень гордился наградным маузером К-96, который получил в награду за участие в десанте на Малую землю. На кобуре-прикладе оружия красуется надпись «За боевые заслуги гвардии полковнику Л. И. Брежневу. Кавказ, 1943 г.» Кроме этого, у Генсека был еще один маузер М-712, конструкция которого позволяла вести огонь очередями. Среди излюбленного оружия генсека был 9-мм двуствольный штуцер МЦ-10–09 с 9-кратным оптическим прицелом ПОЗ 9×39, изготовленный для него в Тульском ЦКИБ СОО.
Я присмотрел для охоты обычную итальянскую переломку Cosmi. Егеря проверили ружье, взятые с собой патроны и патронташ. Показали место за небольшой елкой и исчезли из поля зрения. Я не новичок, чего зря докучать? Сейчас остается лишь ждать. Со своего места я вижу Фиделя. Он спокоен и наблюдает за лесом. Я знаю, что кубинский революционер отличный стрелок. Мы обмениваемся жестами и улыбками. Затем послышался шум, собачий лай. Кто-то стремглав бежит между деревьев. И тут срабатывает азарт. Понимаю, что это бедное животное ни в чем не виновато, но ничего с собой поделать не могу.
Выстрел! Еще один! Сноровисто, руки работают самостоятельно, переламываю ружье, вставляю патроны. Глаза сами ищут цель. Что-то яркое мелькнуло между кустами, но меня опередил Фидель. Раздался радостный крик, а я уже навожу ружье на следующую цель. Бедные зайцы! Сегодня вам не повезло. Раздались крики егерей, дробим стрельбу. Все осторожно выглядывают, затем нас зовут к месту сбора, и лишь потом организованно ведут к добыче. С техникой безопасности в заказнике строго.
Фидель радостно держит за хвост ярко-рыжую красавицу. Не повезло лисице попасть в гон. Моя добыча скромнее, два упитанных зайца. На таком расстоянии первоклассному стрелку взять зверя не проблема. Мы хвастаемся друг перед другом, егеря достают термоса с чаем. Устраиваем небольшой перекус. Затем я собираюсь добраться до домика на лыжах. Застоялся. Двигаюсь по следу снегохода, ловко перебирая руками и ногами. Лыжи на прогулках я давно использую спортивные, но сейчас и эти широкие сойдут, к таким уже привык. Кастро поначалу пытается меня догнать, но быстро отстает. Личники к моими выкрутаса привычны, идут по сторонам.
— Ильич, карашо!
Встречаемся с революционером через минут сорок. Я посмотрел по дороге на часы и решил, что можно остаток пути доехать. Иначе начнем посиделки поздно. Все равно отлично прогулялся!
На месте нас ждет банька, где егеря отводят душу, хлеща во всю мочь тушки лидера кубинских революционеров и главы советских коммунистов. Затем мы пьем много чая и садимся обедать чем бог послал. А послал он супчик из тетеревов, жаркое из дичи и большие пироги с ягодами. Фидель в пище неприхотлив. В свою прошлую поездку по СССР ел борщ и сало со свинаркой Марией в украинском селе, пил с геологами водку из бутылки. Фидель отдавал должное русским блюдам — солянкам, борщам, котлетам, пирогам. И особенно ему понравился цыпленок Тапака.