Архангел (ЛП)

Такер почувствовал прилив облегчения.
Сычкин вскрикнул, это был скорее стон, чем слова, но его требование было понятным. 
- Нет.
Грей проигнорировал священника, явно не интересуясь его словами.
Сычкин достал что-то из кармана. Маленький передатчик с мигающей красной лампочкой. Это было бессмысленно для всех, кроме Турова.
Капитан попятился, как будто протоиерей бросил к его ногам кобру.
- Что не так? - спросил Грей.
Туров уставился на Грея, на всех них, выражение его лица было мрачным, а слова - еще хуже.
- Это конец света.
19:32 вечера.
Туров закрыл глаза, балансируя между яростью и раскаянием. 
- Это не тот исход, которого я хотел.
В этом заявлении было много смысла, помимо сожаления. Он боялся именно такого сценария. Вот почему он так упорно боролся — не столько за то, чтобы обезопасить этот маленький участок земли, сколько за то, чтобы не допустить развертывания ядерного оружия. Тем не менее, его собственные амбиции привели его сюда в той же степени, что и Сычкина.
- Я думал, что только у меня есть устройство, способное связаться с подлодкой “Синий кит”, - произнес он. - По крайней мере, так мне сказали.
Он уставился на мигающий передатчик, точно такой же прибор в надежном футляре был передан ему курьером из Объединенного стратегического командования Северного флота. Очевидно, кто-то сомневался, что Туров прибегнет к этому варианту, даже потерпев поражение. Туров догадывался, кто это был, единственный, кто обладал достаточной властью, чтобы осмелиться на такое, кто-то, чьи желания совпадали с желаниями Сычкина.
Вице-адмирал Глазков.
Тем не менее, Туров знал, что было много других людей в командной цепочке, которые хотели провести испытание торпеды "Посейдон" боевыми стрельбами.
И теперь мы должны заплатить за это.
Не только те, кто собрался на льду, но и сотня членов экипажа "Ляхова".
- Мы все в ловушке, - сказал он.
Американец с телефоном — Грей — подошел к нему и спросил.
- Что вы имеете в виду, говоря, что наступил конец света?
Туров не видел причин уклоняться от ответа.
- Подводная лодка класса "Белгород", "Синий кит", является третьим элементом этой миссии. Им было приказано всплыть на поверхность в пятидесяти милях от нас, чтобы оказать поддержку в случае необходимости, но также и в качестве меры предосторожности, чтобы убедиться, что никто, кроме России, не имеет территориального контроля над этим местом.
- И что это значит для нас?
- Вы знакомы с нашими торпедами ”Посейдон"?
Грей кивнул.
- Беспилотное оружие-невидимка. Длина - восемьдесят футов. Может нести ядерную боеголовку.
- На "Синем ките” есть одна, оснащенная боеголовкой мощностью в сто килотонн.
- Сычкин послал приказ, атаковать этой боеголовкой?
- Приказ уже выполняется. - Туров махнул рукой в сторону передатчика на земле. - “Синий кит” получил команду на запуск.
- Вы можете отменить ее? - Спросил Грей.
Туров покачал головой.
- После запуска ”Посейдона" лодке был отдан приказ нырнуть под ледяную шапку и уходить. Он оглядел группу. - До них никак не добраться.
Такер посмотрел на своих собак, больше не утруждая себя наведением пистолета на Турова. 
- Сколько у нас есть времени?
- На расстоянии пятидесяти миль, учитывая скорость полета ”Посейдона"... - Туров пожал плечами. - Тридцать минут, может быть, меньше.
Грей посмотрел на юг, быстро что-то говоря. 
- Сто килотонн. Огненный шар в четыреста ярдов. Радиус взрыва - две мили. Чтобы избежать худшего — радиации, тепловых повреждений — нам нужно находиться на расстоянии девяти или десяти миль. Он повернулся к другому мужчине.
- Капитан Келли?
Туров посмотрел на двух мужчин.
- С двумя двигателями “Кинг" может развивать скорость двадцать два узла. Но это по открытой воде. Даже если мы развернемся по тому же маршруту, что и раньше, скорость не превысит пятнадцати-восемнадцати узлов. 
Грей сделал паузу, чтобы перевести дух, явно производя в уме расчеты, а затем осекся. 
 
- Мы не успеем.
Туров понял, что они задумали, и выразил некоторую надежду. 
- Эти цифры, которые вы назвали, мистер Грей. Это цифры для взрыва в воздухе. Для ядерной бомбы, которая взрывается на поверхности. Наша бомба взорвется под водой.
Грей выпрямился. 
- И подо льдом.
Келли кивнул.
- Это должно обеспечить некоторую изоляцию.
- Там все равно будет жарко. - Грей указал на ледокол. - Нам нужно, чтобы все вернулись на борт, живее.
Келли повернулся и передал инструкции. Были подняты рации, распространяя информацию. Через несколько секунд завыла сирена. Капитан повернулся к ним.
- Я связался с Мерфи. Он запускает двигатели. Слава богу, они были еще теплыми.
Они все побежали к кораблю.
Туров заколебался, не уверенный, относится ли это к нему.
Такер схватил его за локоть. 
- Чего ты ждешь? - Он посмотрел вверх. - Давай устроим миру шоу, которое они никогда не забудут.
Когда они двинулись в путь, огромный мужчина крикнул им вслед. 
- Подождите!
Такер оглянулся.
- Ковальски, что случилось?
- Вы все кое-что забыли!
  
55
 
14 мая, 19:38, по Восточно-Сибирскому времени
Восточно-Сибирское море
Валя ползла по неровному камню. Кровь текла у нее из предплечья, с обеих лодыжек, заливала сапоги, пропитывала броню. Кровь скапливалась под Валей и стекала ручьями в пузырящуюся грязь позади нее. Открытые раны привлекли мух и мошек, которые полчищами кружили вокруг.
Я не умру вот так.
Валя двигалась, опираясь на локти и колени. Она с трудом доползла до медной лодки, все еще лежавшей перевернутой на берегу. Сейхан оставила свой дробовик спрятанным под ней.
Валя боролась за это. В прошлом — брошенная, подвергавшаяся жестокому обращению и клятвам на крови - она в значительной степени утратила контроль над своей жизнью.
Больше нет.
Она добралась до лодки и оттолкнула ее плечом в сторону. Она схватилась за приклад дробовика и потянула его к себе. Лучше покончить с этим сейчас, собственноручно, чем стать жертвой травм, нанесенных ей кем-то другим.
Она намеревалась вернуть себе контроль над ситуацией.
Она перекатилась на спину.
При этом она смотрела мимо своих ног на илистую отмель и шуршащую растительность.
Она прищурилась. Она не помнила, чтобы растения росли так близко к берегу, там, где ее кровь впитывалась в ил.
Словно заметив ее внимание, ближайшее растение изогнуло листья в почти гипнотическом ритме. Две ветви раздвинулись, обнажив вьющуюся лозу. Женщина инстинктивно отдернула ноги, но была слишком медленной, слишком слабой. Лоза хлестнула ее, как хлыст, по лодыжкам, в том месте, где бабушкин клинок глубоко вонзился в нее.
Она отдернула ногу.
Мгновение спустя огонь охватил ее колено, а затем и выше. Она приподнялась на локтях, пытаясь спастись от боли, но та преследовала ее.
И это было еще не все.
Растения, дрожа, придвинулись ближе, подталкиваемые корнями, которые плавали и впитывали горячую грязь. Одно, затем другое и еще одно. Вторая лиана метнулась к ней, промахнулась на несколько дюймов и вонзилась в камень. Там, куда она попала, брызнуло алое масло.
Она вскинула дробовик, с трудом прицелилась и выстрелила.
Пуля пробила ближайшее растение, обрывая листья и обезглавливая мясистые соцветия. Запаниковав, она выстрелила еще раз. Но серьезных повреждений не было. Растение слева от нее выползло на каменистый берег, пуская корни и цепляясь шипами за камень. Оно подобралось ближе, двигаясь по кровавому следу.
Его движения были медленными, неумолимыми, решительными.