Именем Анны (СИ)

Роза задумалась и кивнула. Речь, как понял Лент, зашла о знаменитом модельере, который не любил афишировать своё жёлтое происхождение, бравируя тем, что в своей жизни всего добивался сам. Возможно, во многом так оно и было, от использования связей отказаться можно, только кланового обаяния всё равно не выключишь.
– С Карлом будет непросто… Его не оторвать от бомонда. Разве что уложить потихоньку в больницу, заинтересовав прелестями тайной рекламной кампании. Пусть журналисты побегают-поищут, куда он подевался. Взбодрим сплетнями заспанный Париж. Карл действительно невероятно силён, и если Демону нужен сильный жёлтый, то он захочет до него добраться. – Последние слова Розы если не удивили Лента, то заставили задуматься. Сильный? Вероятно, он ошибся, и они говорили о каком-то другом Карле.
– Отец! Роза! Может, перейдём к делу?
Ответом ему стал смех. Мужской – тяжёлый и сухой. Женский – прима-театральный, хотя чего ожидать от женщины, которая всегда была прекрасной актрисой и весьма убедительно сыграла в жизни несколько непростых ролей?
– А мы всё обсудили, сын. Осталось попросить Александра проявить осмотрительность.
Как ни странно, скомканное ведьмацкое «Обойдусь без ваших советов!» у блистательного Питера Скорза отрицательных эмоций не вызвало, напротив, он даже просветлел немного: «Я так и думал». Что он думал Лент совершенно не понял и не успел переспросить, потому что отец сразу обратился к нему: – Я думаю тебе сто́ит переехать в Лондон, сын. И как можно скорее. Рассчитывайся там по своим счетам и перебирайся. Дел невпроворот.
Старика явно не интересовало дальнейшее развитие событий по материализации Демона. Спрячут жёлтого в больнице, поищут и предупредят коричневого в Альберте, а красного пусть забирает, не жалко. И всё! Собственно, Лента незнакомые тёмные тоже не особо интересовали, гораздо больше его беспокоила безопасность Мины. Демон водил Мину по лесу! Выскочку Додо следовало разыскать немедленно. Некоторые мысли по использованию для этой цели международных агентств Лент как раз собирался выложить на совете, когда заметил, что Розы на связи больше нет, да и отец нетерпеливо расстёгивает воротничок.
– Ты спешишь? – ему показалось или пламя печи метнулось и зашипело в ответ на выброс его эмоций?
– По правде говоря, да, сын. Буду тебе признателен, если по мелочам мы пройдёмся в другой раз. Честь имею, господа! – и повторил то же самое по-английски: – Честь имею, дорогая Мина, – после чего просто встал и ушёл, а трое свидетелей его «английского» ухода продолжали пялиться на спинку опустевшего кресла, пока хозяин дома не обрубил связь.
– Что это было, заведи меня леший в болото!?
Ответить на этот вопрос Лент не мог. Ему нужно было подумать. А в присутствии ведьмака думалось ему плохо, вернее, о другом.
– Мы поедем, Александр. Отнесись к моему совету серьёзно. – Лент встал под глухое рычание зелёного и потянул за собой Мину. Потянул грубо и сильно, как упирающегося ребёнка, хотя она не упиралась. Пожалуй, сама мечтала оказаться подальше от непонятного ей мира и языка. Также бесцеремонно он запихнул её в «Мазду» и, потрепав за ушами псов, быстро уселся за руль. Тень стоящего на крыльце человека со скрещёнными на груди руками давила и требовала убираться, они и убрались, как только ворота открылись на достаточную ширину.
Завернули за угол и остановились.
Проверив на навигаторе пробки, Лент просмотрел предложенный маршрут и огляделся. Минут через пятнадцать стемнеет окончательно. Он понимал, что у Мины наверняка накопилась куча вопросов, на которые ему совершенно не хотелось отвечать. Прости. Не сейчас. Тем более, что ему так легко молчалось в её присутствии. Может, дело в «Мазде»? Не заговорил ли её случайно кто-нибудь из его ведьм от болтовни? Алевтина? Она, должно быть, сейчас накрывает на стол и хлопочет по кухне, спотыкаясь о приковылявшего за морковкой Черепа. Руки сами легли на руль. Пора домой!
На следующим повороте сердито пиликнул чёрный джип, съезжающий с трассы им навстречу – за рулём молодой хозяин жизни, рядом эффектная дама – и в следующую секунду салон «Мазды» обжог сдавленный возглас Мины: – Додо?!
 
Сильнейшую эмоцию в её голосе Лент разобрал без труда – девушка отказывалась верить своим глазам. Обозналась? Но на анализ ситуации времени не было, и он ударил по тормозам…
  
Глава 9
 
«…Лаврентий Петрович! Лаврееентий Петрооович…»
Не может быть, чтобы его посетило дежавю. Одни только руны на его теле способны легко и совершенно самостоятельно разгонять подобную мелочь. Однако ничем другим больничная палата в сочетании с Любочкой быть не могла, ведь так?
Он поискал глазами плоский телевизор, но увидел только трещину на стене. И на этот раз ему было плохо. Очень.
– Лаврентий Петрович, ну наконец-то! Как вы меня напугали!
Тяжёлая голова отказывалась воспринимать больше двух слов в минуту, а Любочка выдавала больше, гораздо больше. Да, напугал. И сам себя в первую очередь.
– Где я?
– Так в больнице, Лаврентий Петрович, но вроде бы ничего страшного. Вас нашли без сознания в машине на Рублёвке. «Мазда» зарегистрирована на контору. Позвонили мне. Алевтину я решила не тревожить, всё же к полуночи дело идёт.
А сама примчалась… Что ж, по крайней мере, теперь понятно про трещину на стене. Это вам не стандартный пакет синих.
– Вы всё же позвоните Алевтине, Любочка. Она, должно быть, места себе не находит… готовила ужин… ждала…
– И правда! Как я не подумала? Алевтина ведь сама никогда не побеспокоит, набираю!
Щёлкнул замочек сумки, проехал юзом стул – прямо по изнанке его мозга! – и взвизгнули тормоза памяти. Тормоза. Он ударил по тормозам! Почему? Потому, что в проезжающей мимо машине Мина увидела Додо. Машина ехала в сторону терема. Где живёт зелёный ведьмак… Жил. Да чёрт с ним, с ведьмаком! Додо узнала Мину! Иначе не вырубила бы его заклинанием сна. Благо он успел нажать на тормоз. Жалко, что впечатался головой в руль.
– Что с девушкой? Где мои вещи? Мне нужен телефон!
Хотелось требовать и торопить, но слова еле-еле шептались. Любочка хлопнула пару раз глазами, однако перетряхнула сложенный на стуле пиджак и, не отнимая трубки от уха – «не волнуйтесь, он пришёл в себя… поговорю со сменным врачом и сразу вам перезвоню… возможно сотрясение, но будем надеяться на лучшее…» – подала Ленту его новый айфон. Лент огляделся. Мимо проходили люди. Некоторые в халатах. Посеревшие от времени «колбасы» ламповых плафонов тянулись по потолку двумя полосками и пропадали вдалеке. Его, что же, бросили в коридоре? М-да.
– Отец! У нас ЧП. Додо вышла на Александра. Давно. Сразу после Лысой Горы. Я в больнице, временно не в форме. Помоги. Помоги найти Мину! – он пытался быть спокойным, но последняя фраза выдала его с головой. Демон получил зелёного ведьмака – с таким материалом он вполне способен самостоятельно разгуливать по планете и добывать недостающие цвета. А о чём думает Лент? Катастрофа.
Сознание качнулось и поехало, и Лент не сразу понял, что поехала кровать. Его везли. Это убаюкивало и успокаивало, а главное, помогало. Надо же! Правда, с помощью всё оказалось проще, он быстро заметил синюю оторочку на халате сотрудника. Жаль, поговорить на мыслеформе не получится – Любочка семенит рядом и тараторит без умолку.
– Куда вы меня везёте?
– На транспортировку в другой стационар. У нас нет технической возможности оказать вам квалифицированную помощь. Решение утвердил дежурный врач.
Ясно. Неплохо. Бедная Любочка, нужно успокоить её поскорее. На широком запястье медика сверкнули часы, дышать стало легче, головная боль слегка ослабила тиски – синие не сильны в энерго-целительстве, но артефакты уважают не меньше традиционной медицины. Терпи, Лент, скоро отпустит.
 
Естественно ни в какой другой стационар он не поедет. Дайте ему только добраться до транзитного транспорта синих! Но прежде он сделает то, что собирался сделать сразу, как только вспомнил про Мину: отпустить Любочку.