Проклятый Дар

Киваю и выхожу. До начала тренировки остается пять минут. В раздевалку захожу последней, девчонки уже в зале. У нас смешанная группа, девушек всего три и я сама старшая. Элине четырнадцать – она с нами первый год, Вэл – пятнадцать, поэтому я для них не подруга, скорее, старшая сестра. Я тренируюсь преимущественно с парнями, и с ними меня связывают более тесные, дружеские отношения.
Когда босиком выхожу в мягкий зал, меня отпускает, я выдыхаю и чувствую, как отступает напряжение.
– Как дела, Каро? – Первым ко мне подходит парень, с падающими на нос пшеничными волосами и яркими, зелеными глазами – Волк. Буквально. Кристиан Волаф – лучший друг и соратник. Мы с ним знакомы очень давно, и именно он должен был в этом году начать учиться в колледже магии.
– Чувствовала себя не на своем месте… – фыркаю я, а он ржет и стискивает в объятиях. Выворачиваюсь и смотрю ему в лицо. Свезенная скула, разбитый уголок губы. Недовольно качаю головой. Мне не нравится, что я вижу, но его секрет не выдам. Хотя влетит Кристу сильнее, чем мне, если тренер узнает.
Прохожу дальше и здороваюсь со всей нашей компанией. Эрик – богатый нахал с обаятельной улыбкой и кольцом с неограниченным лимитом. Мы думали, он сдуется через три занятия, но три года он с нами и давно стал частью семьи. Его кузен Питер лэ Лайом – пятнадцать лет, а уже «машина», которая через раз умудряется заваливать меня. Форс – пожалуй, единственный, кто занимается давно, но так и не прижился в нашей «семье» – он почему-то считает, что у него есть права на меня. Улыбается слишком вызывающе, пытается заигрывать, я игнорирую. Здесь все братишки, я не рассматриваю их как парней. А кого рассматриваю? Почему-то перед глазами возникает вполне конкретное лицо, а на губах вкус вполне конкретного поцелуя.
Всю тренировку я несобранна. Вижу, что тренеру это не нравится. Пытаюсь взять себя в руки, ловлю настороженный взгляд Криста, пропускаю удар. Самый обычный, даже немагический и удивленно промокаю рукой губу. Кровь. Просто отличный финал этого дня! Мой соперник – рыжий и худощавый Трисс испуганно смотрит на меня, но я отмахиваюсь. Рабочий момент. Парень – молодец, подловил. Я не молодец  – подставилась.
– Так, Каро! – командует шэх. – На сегодня все. Иди переодевайся. И, давай уже, соберись. Жду тебе завтра вечером. Надеюсь, к этому времени ты сможешь настроиться на рабочий лад.
Стыдно. И я поспешно сбегаю. Нет, ну всякое бывает. Иногда лучшие допускают ошибки, и  пусть это случится на тренировке, чем в бою. Но я-то прекрасно знаю, из-за чего не могу сосредоточиться, и это злит. Я вообще не хотела никакой вовлеченности в учебу и жизнь элиты Горскейра. Мне это не нужно. Цель была такова: я прихожу, тихо сижу на занятиях, и также тихо потом уезжаю на тренировку, и так до конца обучения. Еще вчера казалось, что в этом плане нет ничего сложного.
Иду в душ, смываю с себя пот и кровь. Губа припухла, но завтра, скорее всего, будет незаметно. Сушу волосы и подхожу к своему шкафчику. Тренировка еще не закончилась, поэтому в раздевалке я одна. Тут в кой-то веки тихо и свободно. Открываю дверцу шкафа, и к моим ногам плавно вылетает цветок… засушенный ирис, который выглядит так, будто его бережно хранили много лет между листов старой книги. В общем-то, безобидная вещь, но меня прошибает холодный пот, и начинают мелко дрожать руки. Это привет из такого далекого прошлого, что оно почти стерлось из памяти. Привет от того, кто никак не мог его прислать. От того, кого я боюсь сильнее всего.
Когда в раздевалку с шумом забегают девчонки – не только наша группа, но и средняя, которых тоже, только что отпустили, я так и стою у своего шкафчика с зажатым в руках цветком ириса. На пол с волос накапала лужица воды, а я словно потерялась во времени.
– Каро, у тебя все в порядке? – спрашивает меня раскрасневшаяся после тренировки Вэл, я сминаю цветок в кулаке и киваю.
– Да, все хорошо…
Вижу по ее глазам, она мне не верит, но вопросов больше не задает, а я на автомате одеваюсь и выхожу в холл. Надо придумать, как добраться до академии, а мне на улицу выйти страшно. Дурацкий цветок! Кто мог его подложить в мой шкафчик? А  главное, зачем? Я давно перестала бояться цветов, темноты и передвигаться одна – однажды это очень плохо закончилось. Но та история в прошлом, я пережила ее.
 
– Что спишь, Каро? – сзади за плечи меня обнимает Волк. Вообще, он нелюдимый и холодный, такие вольности позволяет только со мной.
– Да так… – вяло отмахиваюсь я. Настроения никакого. Мне нужно остаться наедине с собой и хорошенько все обдумать.
– Пойдем, отвезу тебя в колледж.
– Далеко… – Я не очень активно сопротивляюсь, но Волк уже утаскивает меня по направлению к своей неновой, припаркованной перед входом осе. При условии, что мне страшно, я устала, а до лицея добираться долго, от такого предложения отказаться не могу.
Остановившись тихо говорю слезливым голосом. Я только с этим парнем могу позволить себе слабость.
– Крист…
– Что случилось Каро?
– Кажется, он вернулся…
Парень сразу поворачивается ко мне. На его лице испуг, который он пытается скрыть.
– Но это невозможно…
– Я тоже так считала, но… – Я разжимаю руку и демонстрирую смятый цветок, который все еще держу в кулаке.
– Каро, успокойся, – говорит Крист, но в его глазах страх. – Это просто чья-то дурная шутка.
Я благодарна, что он пытается меня утешить. Именно за этим я ему и рассказала. Происходящее настолько нереально, что мне нужно с кем-то поделиться, иначе меня захлестнет иррациональная паника.
– Чья? – сглатывая, спрашиваю я. – В курсе случившегося ты, я и тренер. Ну и мать… остальные представления не имеют, и, тем более, не могут знать про цветы. Я никогда и никому не рассказывала. Ты единственный. Ну и шэх только после этого того, как я поделилась, согласился взять меня к себе.
Крист кивает. Он всего на полтора года меня старше, но в тот момент, когда я появилась в экзоскелете на пороге тренажерного зала, помнит очень хорошо. Мне кажется, из того старого состава мы с ним остались вдвоем, все «наши» пришли чуть позже или вместе со мной.
– А в колледже? Твои документы передавали туда.
– Там нет подробностей… – Я с сомнением качаю головой. Да и кому это надо? Вытаскивать историю, которая случилась семь лет назад.
– Кто-то мог сопоставить факты и докопаться до той истории, – высказывает предположение парень. – Например, близнецы, с которыми ты поругалась. Они могли устроить такое типа в шутку?
– Представления не имею… – Я качаю головой. – Слишком плохо их знаю. И поругалась я с ними с утра… никто не успел бы так быстро раскопать детали. Крист, я полного дня в колледже не отучилась… это кто-то связанный с прошлым. Наверное…
Я ничего не понимаю, поэтому мне изрядно не по себе.
– Нужно рассказать шэху, – замечает друг.
Мне самой приходила в голову эта мысль, но я не хочу его дергать. Тем более, может быть, это, действительно, чей-то идиотский розыгрыш. Я думаю какое-то время, а потом отвечаю.
– Нет. Возможно, цветок ничего не значит…
– А если значит? Я волнуюсь, Каро.
– Я уже не наивный беззащитный ребенок, Крист, я боюсь иррационально, но могу за себя постоять. Да и его уже нет в живых.
– Это точно известно?
Пожимаю плечами. Я знаю о смерти самого страшного детского кошмара из письма мамы, которое пришло пару лет назад. Я не стала писать ответ. В двух годах ада она виновата не меньше, чем он.
– Все равно, будь осторожна, Каро. Если вдруг снова произойдет что-то странное, не скрывай.
– Хорошо.
Благодарно киваю и прижимаюсь к широкой груди Криста, он обнимает меня и кладет подбородок на макушку, даже не пытаясь отстраниться. Мне приятна эта близость, она успокаивает. Страх отступает, поделившись с кем-то, я начинаю мыслить рационально. Я действительно старше, сильнее, и ни за что не позволю утянуть себя в ад. Но вопрос, почему мне кто-то упорно пытается про него напомнить, остается открытым.