Проклятый Дар
– Это в твоем понимании нормально?
– Это в моем понимании тренировка, – усмехаюсь я и отступаю. – Там иногда бьют. И бывает по лицу. Ненормально, в моем понимании, использовать поцелуй как наказание. Эффект как от удара, только без применения силы. Метод того, у кого силы недостаточно!
Я понимаю, что своими словами задеваю его, но не согласна молчать, потому что Дар напросился сам. Парень замирает с поднятой рукой, в которой тлеет сигарета, а я обхожу его по дуге и, гордо выпрямив спину, удаляюсь. Он больше ничего мне не говорит. И это прекрасно. Я до сих пор чувствую запах дорого табака и теплые пальцы на своих губах. Этот парень, действительно сущий демон. Проклятый Дар! Он настолько сильно меня раздражает, что я не могу перестать о нем думать. Такого со мной не случалось никогда.
Дар
Не знаю, зачем я с ней заговорил. Вообще, не понимаю, почему я веду себя рядом с Каро, как последний идиот. Зачем мне эти проблемы и встряски? Даже пытался связаться с Китом в надежде, узнать, что у него с новенькой. Но брат не ответил, и меня порвало. Почему-то я сразу решил, что они вместе. Казалось бы, какое мне дело? Но крышу унесло.
Поэтому и поцеловал приторно-сладкую блондинку, у которой в глазах смешались жадность и жалость. Страсть она играла, причем, не очень талантливо. Кроме брезгливости этот поцелуй ничего не принес. Повторять точно не хочется.
А вот Каро мне целовать нравилось. Пожалуй, в тот момент, мне на миг показалось, что я победил. Ощущение было недолгим. Я поступил как мудак, она мне об этом сказала. Точка. Больше никаких поцелуев. И история закончена. Она унизила меня, я унизил ее. Зуб за зуб. Не осталось даже обиды.
Медленно иду по аллее к воротам колледжа, начинает крапать дождь. Весь день на ногах, несколько испорченных рубашек, общая усталость, боль, которая стала частью существования, и огромная бездна внутри. Ни цели, ни желания жить – пустота. Надо бы идти ложиться спать. Завтрашний день не будет проще. Простых дней меня вообще не привидится, но я упрямо заставляю себе переставлять ноги и за углом сажусь на осу. Ее пригнали еще днем. Втайне от Кита, и, естественно, бабушки. Этот аппарат не такой навороченный, как был у меня раньше или на котором иногда гоняет брат, но зато о ее существовании никто не знает. Мне запрещено даже приближаться к осам, если я упаду снова, меня не соберут. Даже если падение будет лайтовым.
Но я упрямый и совсем не уверен, что расстроюсь, если меня не соберут. Моя жизнь вряд ли имеет цену.
Сажусь на новенькую осу и провожу руками по металлическим усам. Вспыхивают кристаллы, зажигаются глаза, освещая дорогу. И я медленно трогаюсь, чувствуя, как впиваются импланты. Боль становится сильнее, зато я чувствую себя живым. Впереди дорога и попытка восстановить утраченные навыки. Или закончить бессмысленное существование. Мне самому сложно понять, почему я раз за разом испытываю жизнь на прочность. Ведь ясно, что это испытание я не прошел еще год назад.
Возвращаюсь домой через два часа, мокрый насквозь из-за начавшегося дождя, радуюсь, что на территории кампуса погасли фонари и народ уже разбрелся по своим комнатам. Потому что я еле иду. Все мышцы в напряжении, ноги и руки дрожат. И хорошо, что мою слабость никто не видит. Вваливаюсь к себе в комнату и навзничь падаю на кровать, но понимаю – она не пуста. Матерюсь, щелчком пальцев включаю свет и вижу перед собой испуганное лицо ванильной блондинки, которую целовал сегодня вечером. Что эта дура тут делает? Впрочем, определенные мысли по этому поводу у меня есть. Только вот мне неинтересно даже спать с ней. К счастью, даже объяснять это, скорее всего, не придется. Блондиночка явно переоценила свои силы. Даже ради моих денег, связей и статуса, она все еще не готова спать с парнем, закованным в экзоскелет… многие не столь разборчивы. Блондиночку же я пугаю. Так зачем ей все это? Я не единственный парень в колледже.
Судя по ужасу в широко распахнутых глазах, видок у меня еще тот. А девица, ее имя не помню в нежно-розовом кружевном белье, на котором у же появились пара капель крови. Все же снова травмы. Сейчас все не так критично, но люди пугаются. И это явно не то, чего ожидала моя гостья.
– П-прости… – дрожащим голосом шепчет она, пытаясь от меня сбежать. – Я пойду.
– А зачем приходила? – спрашиваю я, переваливаясь на спину и демонстративно вытирая кровь со щеки.
– Я… я… – заикается она и пятится к двери. Прекрасно, я напугал ее настолько, что даже явившись меня соблазнять, она не готова остаться… «Интересно, а Каро бы осталась? – мелькает шальная мысль, и я тут же отвечаю на нее. – Каро бы никогда не пришла».
Каро
Я прихожу в комнату и сразу иду в душ. Моя милая рыженькая соседка уже спит, трогательно положив ладошку под щеку, и я стараюсь не шуметь. Я эмоционально вымотана и единственное, чего хочется – спать. Точнее, отключиться от этого дня и всех неприятных событий, которые произошли.
Понимаю, что не усну самостоятельно, поэтому специально использую гель для душа с запахом бергамота и цитруса, он всегда действует на меня успокаивающе. Ну и ментальный дар помогает. У меня получается, завернувшись с головой в одеяло, отрешиться от реальности. Всего несколько дыхательных упражнений и наступает умиротворение. Я хорошо «взрываю» головы, и очень плохо чувствую чужие эмоции. Ментальная магия очень разная. Кто-то чувствует других людей, кто-то может проникнуть в голову соседу, я умею воздействовать на мысли и эмоции подавлять их, захватывать в плен и рождать волну боли или отчаяние. В эмпатии я не сильна, но умиротворение, идущее от посапывающей на соседней кровати соседки, ощущаю остро. Таких людей очень мало. У нее действительно все хорошо. Ни тревог, ни волнений, ни злобы и зависти. Ни одной отрицательной эмоции – это странно и редко встречается. В нас всех сидит своя в боль. У всех есть страхи, и мы часто испытываем злость. Я немного открываюсь для чужих эмоций и плавно засыпаю, правда, если бы я знала, что ждет меня во сне, пожалуй, предпочла бы провести эту ночь за учебниками. Сон в моей голове явно не следствие позитивного настроя соседки.
Во сне холодно и темно. Мне достаточно давно темно и холодно. Пока Его нет, я должна сидеть в шкафу. Старые, пахнущие нафталином платья, поджатые замерзшие ступни и красивая кукла, которую я не трогаю. Она сидит рядом со мной, и я до мелочей знаю, как она выглядит, хотя сейчас, как и я, полностью погружена в темноту. Ярко-зеленые травяные глаза в обрамлении черных ресниц, пухлые губы, лицо-сердечко и длинные черные локоны. На кукле розовое платье с оборками – рукава-фонарики, пышная двухслойная юбка – нижний слой – атлас, а верхний – шифон. Кукла очень красивая и какая-то мертвая. А я не очень красивая и живая. Это важно.
Я постоянно сравниваю себя с куклой и панический боюсь, потому что Он пытается сделать меня похожей на нее, но пока ему что-то мешает. Я неидеальна и радуюсь этому.
Вчера он завил мои волосы, но они еще недостаточно длинные. Кудри едва касаются лопаток, а у куклы спускаются почти до поясницы. И это меня спасает, я бы обрезала их, но нечем. Я твердо уверена, как только я стану такой же красивой, как эта кукла, то умру. Все куклы умирают… на его полке в гостиной с камином сидят куклы… их пять. Моя – шестая. А вот маленьких испуганных девочек в доме нет. Он говорит, что я неидеальная и это проблема, но он обязательно ее решит, и я займу свое место…. В этот момент он смотрит на полку и смеется, а мне становится очень страшно. Место на каминной полке оно не для меня, оно для куклы, а что будет со мной? Точного ответа на этот вопрос нет, но я знаю – ничего хорошего.
Никогда раньше не думала, что человек, напрочь лишенный магии, может быть таким пугающим. У меня есть сила. Мне говорили об этом… но я не понимаю, как ее использовать. Я вообще не понимаю, что делать, поэтому просто сижу в шкафу, грею руками замерзшие ступни и считаю минуты. Я боюсь, он придет за мной… но еще больше боюсь, что не придет вообще, тогда я останусь в шкафу навсегда без еды и воды. И это страшнее, чем день за днем превращаться в куклу.