Эль. Начало

— Слушай. Скот пропадает просто, как по волшебству, при этом судя по рассказанному мне, ни следов крови, ни пострадавших при этом нет, к тому же, скот пропадает и из стоил в самой деревне. При этом, ворота и стены тоже не повреждены, так что скорее всего, они не пропали, а были украдены. Либо кем-то из местных, либо из соседних деревень.
— И на кой чёрт им понадобилось это? Не, на кой, это понятно, жадность там, ревность или нужда. Это то понятно, что человеком движет, странно это — закончил я мысль.
— Действительно странно, но, если честно, как я только покинул свою деревню, я много чего видел странного. Чего у нас не было. Те же молоссы. У нас они не водятся, обычные волки есть, но они мелкие и довольно трусливые, небольшую стаю можно в одного спокойно прогнать. Или, например шлюхи.
— А тут то, что для тебя удивительного!? — конкретно я так охренел от услышанного — древнейшая же профессия!
— Это да, меня другое удивляет, что, ничего не делая, они могут жить припеваючи, просто раздвигая ноги, жить в роскоши и достатке, ну или просто не бедствовать. При этом, если она достаточно хороша, и входит в топ, то у неё даже какое-никакое влияние в обществе появляется. В это же время, обычные девушки, кто тоже раздвигает ноги, но не за деньги, а по любви, перед мужем там или ещё кем, делают же тоже самое, возможно, даже не так, скорее всего даже лучше, чем многие шлюхи, но у них ничего подобного нет, а если кто прознает про их навыки, то сразу же эта девушка будет опозорена и всё на неё будут криво смотреть. В чём же разница между ними?
Я подвис от такой постановки вопроса. Во-первых, какого чёрта его это волнует? Во-вторых, действительно, и та и та раздвигают ноги перед мужиками. Но в случае со шлюхой это достижение, и она за это получает деньги и какой-никакой почёт, а вторая, не получает за это деньги, а в случае, если об этом узнают, она будет покрыта позором. Действительно, в чём же разница? Почему у людей такое разное отношение, по своей сути, к одним и тем же действиям?
Данный вопрос погрузил меня в дебри раздумий, настолько глубоко, что я даже не подозревал, что можно так думать. Но не успел я выдать хоть какой-то ответ, хотя бы для самого себя. Как тишину нарушил Роси.
— Есть ещё одна странность, которая происходит прямо сейчас, и она меня заботит куда больше, чем остальные.
— А? — не сразу я понял его слова, выныривая из омута рассуждений — о чём это ты?
— Посмотри вон туда, — Роси указал палкой, что ковырялся в костре на кусок неба, который был виден за обрывом. Обычное небо, со звёздами, так как уже солнце зашло и давно стемнело. Небо как небо, тёмное, видно звёзды, да немного облачков есть.
— И что в нём странного?
— Внимательно посмотри на звёзды что проходят у края обрыва, — он начертил в воздухе небольшую дугу, ограничивая тем самым зону, на которую я должен смотреть. «Да, что он там увидел? Звёзды как звёзды» — подумал я, только вот, две из них подрагивали немного, а потом резко, на буквально долю секунды, потухли и снова зажглись.
— Чего-о-о-о? — от удивления мои глаза распахнулись до боли.
— Вот и я о том же, — пожав плечами и снова начав тыкать в костёр палкой, сказал Роси.
— Они там довольно-таки давно появились, почти сразу, как солнце зашло.
— И почему ты мне об этом ничего не сказал!? — сверлил я его взглядом через дым от костра.
— А зачем? — развёл он руками и потянулся, — это же, наверное, просто странные звёзды или огни чего-то вдалеке, поселения какого-нибудь. Ну или на худой конец, за нами может кто-то наблюдать, но это не важно, будь это кто-то достаточно сильный, он бы уже напал, значит это кто-то слабый. И нам не стоит о нём переживать — резюмировал он, помешивая содержимое кастрюльки.
Да как он может быть так спокоен, в недоумении я смотрел на него. Роси же как будто ни в чём не бывало пробовал содержимое на готовность. Я же теперь не могу спокойно сидеть. Я прям ощущаю на себе чужой взгляд, это гнетущее, давящее на затылок чувство, что за тобой кто-то наблюдает. Тебя словно обволакивает чувством беззащитности и всё внутренности сжимаются в комочек, ты хочешь спрятаться, убежать, зажаться в угол закрыться в укромном месте, лишь бы не ощущать этого взгляда на себе. «Да что это такое! — сказал я сам себе, про себя — я же мужик, а не девочка какая!»
 
— Достал, — с этими словами я резко повернулся и швырнул то, что было у меня в руке, а это была моя тарелка, для ужина, в те странные два огня или звезды.
Пролетев по небольшой дуге, тарелка попала точно между этими светящимися огнями, чуть выше их середины. «Пи-уф-ня» — именно такие три коротких звука послышались после звука удара от тарелки и два огня исчезли. Мы оба с Роси не сговариваясь метнулись к краю обрыва. Я на изготовке с копьём, он со своей мини косой натягивая на лицо платок. Встав на краю обрыва, мы посмотрели вниз. Там был небольшой подлесок, он был промят каким-то темным сгустком, который копошился внизу, издавая непонятные звуки.
— Эй, — крикнул вниз Роси, — сгусток замер на мгновение, а потом сорвался с места и в два прыжка растворился в подлеске, — что это сейчас было? — Роси смотрел вопросительно на меня пока мы шли обратно к костру.
— Что, что? — ворчал я себе под нос — проблема вот что.
— Что ты там бормочешь?
— Ну, — заулыбался я, почёсывая затылок, — кажется я навлёк на нас несчастье.
— А? — не понял меня Роси.
— Ну, похоже, я только что зарядил тарелкой по лбу юродивому.
— Кому-кому? — всё также с непониманием смотрел на меня Роси, накладывая себе в тарелку содержимое кастрюльки.
«А, точно — вспомнил я — он же в глуши рос» — подумал я и хотел было положить и себе покушать, но вспомнил, что свою тарелку я запустил в юродивого.
— Точно, ты ведь можешь не знать кто это такие, — копаясь в мешке, в надежде найти ещё одну тарелку, бросил я слова через спину.
Ага, вот она, и там ещё одна останется. Итого всего четыре штуки Лин-лин мне положила. Она будто знала, что Роси попрётся без ничего, и что я могу парочку куда-нибудь запустить.
— Юродивыми называют местных чудил, — часть содержимого кастрюльки перекочевало и ко мне в тарелку.
— А по подробнее? — не отрываясь от еды с набитым ртом, спросил он.
— Особо подробнее не расскажешь, — теплая каша начала спускаться по моему пищеводу, распространяя тепло по всему озябшему от вечерней прохлады телу, — о них с одной стороны много известно, с другой стороны практически ничего.
— И что же известно? — уже умяв свою порцию и накладывая ещё, с ещё большим любопытством спросил он.
— Юродивые, — начал я рассказ тоном, будто учитель рассказывает новую историю ученику, — это люди, которые постоянно шатаются по всем трём странам, при этом, постоянно что-то вытворяя.
— Что именно вытворяют?
— Постоянно что-то неадекватное, то следят за кем-то, как сейчас за нами, то могут прийти посреди ночи к путникам и залить им костёр. Могут стоять посреди дороги и не пускать путников пройти, какое-то время. Иногда они прибиваются к путникам на какое-то время и ходят вместе с ними, при этом, тоже могут, что-нибудь выкинуть. Например, как-то был случай, Мирук рассказывал, что к его знакомому прибился как-то один, с неделю за ними ходил, проблем не доставлял. Потом, ночью, взял и отвязал всех коней и прогнал их.
— Зачем это? — удивился Роси наконец переведя свой взор от тарелки на меня.
— Да кто их разберёт, потом ещё рассказывал, что как-то на привале, наготовили полный огромный котелок, Мирук хорошо продал товар и устроил небольшой пир для своих людей. Наготовили они значит, огромный котёл еды и пока все суетились, из леса появился юродивый и вылил весь котёл в костёр, и пока все конкретно так офигевали он просто ушёл обратно в лес и всё.
— Какие-то они подозрительные, — задумчиво сказал Роси, — а чего их никто не трогает за такие действия?
— Тут есть небольшая загвоздка. Всё юродивые поразительно сильные. Под их полностью закрытыми плащами не разберёшь, какое у них телосложение и мужчина там или женщина. Поэтому нет объяснения откуда у них такая сила, — развёл я руками.