Междумирье (СИ)

После последней фразы горгулья отодвинулась и освободила проход. Посмотрев на нее пару секунд, я хлопнул себя по лбу и прошел внутрь. Идиотизм — это врожденное и не лечится. 
— Минута и двадцать секунд, — произнес директор, посмеиваясь. Перед ним, спиной ко мне, сидел кто-то, смеясь страшным, немного безумным и лающим смехом.
Встав, незнакомец подошел ко мне и протянул руку. Это был высокий мужчина лет тридцати с длинными черными волосами, небрежно убранными в хвост. Одет он был в простую черную кожаную одежду, местами протертую, но, видимо, очень крепкую. Такие же черные кожаные берцы превращали его образ в военного офицера времен второй мировой войны. На груди, на серебрянной цепочке красовался медальон в форме знака даров смерти.
— Оред Певерелл, нынешний глава этой богом забытой семьи, — представился он.
— Гарри Поттер, — ответил я и пожал протянутую руку.
— Проходи, присаживайся, — позвал меня директор, а я подозрительно посмотрел на улыбающегося старика. — Стоит предложить тебе чаю, чтобы не сидел с нами третьим лишним.
Добрый дедушка-манипулятор наверняка что-то задумал. Наше родство с Певереллами настолько дальнее, что найдутся и более ближние связи... что же ему от меня-то надо? 
— Ты наверное думаешь, Гарри, почему я решил пообщаться именно с тобой. Ведь с моей семьей ты последний раз пересекался лет так пятьсот назад.
— Да, я задавался таким вопросом. Но, вероятно это связано с тем невоспитанным родственником, чей портрет я, к сожалению, не смог переместить из столовой куда-нибудь подальше от особняка.
Певерелл пару секунд смотрел на меня немигающим взглядом, а затем расхохотался. 
— Так вот почему Харольд был так зол! — воскликнул он, продолжая смеяться. — Надо будет рассказать остальным: юный Поттер попытался выкинуть портрет Харольда!
— Мы несколько отвлеклись от темы, — заметил я, когда Оред отсмеялся и повисла пауза.
— Ах да, конечно. Харольд, к сожалению, нынче покойный, был братом моего отца, он женился лет так с триста назад на двоюродной бабушке твоего деда Фримонта и уехал в Америку. Его сын рассорился с нашей семьей и взял фамилию матери, вместе с кучкой таких же молодых идиотов он стал у истоков МАКУСы, знаешь ведь, что это? Лет так через пять он отправился к Моргане, так и не оставив потомков.
— Это не объясняет того, что некто мне незнакомый, даже не представившись, начал меня оскорблять и жизни учить. Не можешь уследить за своими детьми — нечего к чужим лезть! — спокойно ответил я и съел дольку лимона, даже не поморщившись.
— Мой дорогой папаша и так ему маленькой ложечкой все мозги выел, не нужно накалять отношения еще сильнее. Он всегда очень хорошо относился к твоей семье.
Допив чай, я отставил чашку и откинулся на спинку, выжидающе глядя на почти-родственника. Певерелл тоже не спешил начинать разговор, рассматривая меня и продолжая пить чай. Возрастающее напряжение разрядил Дамблдор. 
— Гарри, как ты относишься к посещению замка лорда Певерелла на этих выходных? Тебе было бы полезно познакомиться с новыми людьми, да и решить некоторые… "математические" вопросы.
Я ухмыльнулся. Судя по интересу директора к нашей с Асторией работе, его самого завершение и оптимизация щита волнует не меньше. А вот Оред с вопросом глянул на директора и, кажется, напрягся. Стоит ли на этом сыграть? Все для семьи... но за пределы — ни-ни.
— Только если пойду не один, — ответил я чуть подумав.
— Мисс Гринграсс... ее семья не будет этому рада, — ответил мне Дамблдор.
— Поэтому я и хочу пойти с ней.
— Вот как? Надеюсь, наш гость меня простит, если я кратенько расскажу, к чему привел мой юношеский максимализм... в свое время.
— Конечно… — Оред хотел что-то сказать, но я его перебил.
— Вторая мировая война. Я наслышан.
Повисло молчание, а Дамблдор явно попытался проникнуть мне в мысли. Не тут-то было, ежедневные тренировки многими годами — это вам не шутки, а взяться за палочку при моем родиче не получится. 
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — наконец сдался директор. Он был явно недоволен, но пойму это подробнее и позднее.
 
— Отлично, раз этот вопрос решили, остается только согласовать дату. Я пришлю сову не позднее второго дня от сегодняшнего со временем. Ориентировочно... в пятницу вечером. Во сколько ты и юная особа из рода Гринграссов заканчиваете занятия?
— Около трех, — ответил я и мы стали прощаться. Как ни странно, Дамблдор не стал меня задерживать и отпустил восвояси.
Я вернулся к себе, а директор еще десяток минут задумчиво рассматривал развернутый на одной из стен большой гобелен с более чем тремястами магическими родами, особое внимание уделяя пересечениям Гринграссов, Певереллов и Поттеров и гадая, кто из участников стародавних событий еще живет где-то там, куда даже Волдеморт побоялся сунуться.
  
Глава сороковая — Певерелл-хиллс
 
Портал в менор Певереллов оказался вовсе не прямым порталом в старый особняк или чем-то подобным. Мы перенеслись в небольшой городок, расположенный, по словам сопровождающего нас с Тори Ореда, на острове Англси. От городка мы прошли пешком немного на север, а после свернули на гравийную дорожку.
Следуя за Певереллом, нас начало настигать волнение, ведь вокруг ничего магического не было и в помине, а шли мы долго и по достаточно густому лесу. 
— Надо будет перенести вход, — бросил Оред через плечо, убирая недавно упавшее прямо на путь дерево. — Наша земля очень хорошо защищена, но одним из минусов такой основательной защиты, как видите, является неудобный проход. Кстати, мы пришли. 
Остановились мы посреди дороги, и как только Оред что-то разглядел? Для меня и Тори это была самая обычная тропа, такая же, как шла позади и петляет куда-то вперед.
— Держитесь, — Певерелл протянул руку и мы, немного замешкавшись, взялись за нее. 
Вместо аппарационного рывка или портала, мы втроем вдруг провалились вниз, в темноту, а по всему телу разлилось приятное тепло. Закрыв глаза, я попытался понять куда летит мое тело, но вестибулярный аппарат отказывался работать в полной невесомости. 
Какое-то неопределенное время спустя я почувствовал под ногами твердую поверхность и открыл глаза. 
Картина, представшая передо мной, взорвала мне мозг. Ожидая, что я попаду в прохладный осенний сад, с дорогой, ведущей к богатому поместью или старому замку, я представлял себе владения Певереллов чем-то похожим на меноры других знатных семей. Лестрейнджей или Малфоев, например. 
Однако, вместо готического антуража, сохранившегося в волшебном мире, передо мной открылся вид на целую долину, окруженную залитым солнцем лесом, белеющими на горизонте горами и небольшой деревушкой, затерянной на берегах сверкающей изумрудами голубой реки. 
Чуть поодаль стоял и замок, построенный из белого камня и высящийся над окружающим пейзажем высокими, покрытыми медными крышами башнями. 
Свежий ветер дул в лицо, развевая мои отросшие ниже плечей черные волосы, наполняя их запахом цветущих по полям цветов. Рядом, с, похоже, широко раскрытыми глазами, стояла Тори. 
— Добро пожаловать! — воскликнул Оред и, развернувшись на каблуках, зашагал по посыпанной желтым гравием дорожке. 
Мы, все еще пораженные размахом и красотой мира Певереллов — а это было однозначно отдельное измерение, как и Хогвартс — поспешили за ним. 
Проходя через деревеньку, Оред здоровался с местными, что кланялись ему и улыбался своими лучезарными улыбками. Дома тут, как и одежда людей, были вполне современными, из открытых окон звучала музыка или звуки телепередач на английском, так что сказать, что это место было отрезано от мира, совершенно точно нельзя. 
Вопрос только в том, почему о нем никто не знает. Даже Гринграсс и Дамблдор толком мне ничего не смогли ответить. Проверив библиотеку и даже откопав некоторые очень старые книги, из тех времен, когда род не только не ушел в закулисье, но и принимал активное участие в жизни магической Англии, я лишь подтвердил слова директора и подруги: мол, есть такие великие маги, свое жилье спрятали так, что найти его не может никто; а если вам надо примерно, то ищите на западе, на одном из островков.