Междумирье (СИ)
— Пожалуй, ты прав. Я не знаю, вернул ли Волдеморт себе тело и как он мог это сделать, но его сторонники, сильные сторонники, стали выходить из тени. Уизли больше не прячутся, теперь это нападения, — ответил директор.
— Как это произошло? — подал голос Малфой. — Как они попали в самое сердце замка?
— Я не знаю, — просто ответил Альбус.
— Зачем они это сделали? Темный лорд никогда не делает ничего просто так, тем более, с таким размахом.
— И этого я тоже не знаю, — глубоко вздохнул директор. — Все его планы, уничтожение мира, искупление грехов или что там он пропагандировал, я в это не верю. У него другая цель, ни власть, ни деньги его не волнуют. Я не знаю что он хотел, как он сюда попал и зачем было убивать столько детей.
— И что будем делать мы? — спросил Локхарт.
— То же, что и всегда, пытаться выловить его слуг и предотвратить то, что этот безумец хочет сотворить.
— Ты убил Уизли? — вспомнила вдруг, после небольшой паузы, Беллатриса.
— Нет, сильно ранил, но оказалось, что не смертельно, — злость слегка вырвалась из под контроля директора и весь кабинет на секунду замер, а гости поежились, — прошу прощения.
— Ничего, — улыбнулась Лестрейндж, — замок пуст, враг потерял много ресурсов, тебе стоит отдохнуть.
— Пожалуй, ты права, — ответил директор и гости постепенно, еще немного поговорив у камина, покинули школу.
Глава тридцать третья — Меланхолия Гарри Поттера
Уже вторую неделю я живу в школе один. После нападения, меня переселили из башни факультета в просторный профессорский кабинет в подземелье. Последние две недели я провел в пустой школе, переселившись из башни Гриффиндора в комнату в подземелье. За пару минут до отправки порталами по домам, директор мысленно порекомендовал мне остаться, что я и сделал. Через час после эвакуации, профессор Макгонагалл отвела меня в мое новое жилье и порекомендовала отдохнуть. Не последовав ее совету я так и остался сидеть в кресле перед тлеющим камином, пока сон не взял свое. Последний спокойный сон на ближайшие месяцы.
Днем меня пристроили помогать леснику, которого в свою очередь попросили помочь в восстановлении замка. Так что мой день начинался и проходил достаточно однотипно и состоял сплошь из рутины. С утра, сначала намеренно, а затем просто по привычке, я выходил с ведром сырого мяса в сторону леса и отдавал лакомство страшного вида крылатым коням, именуемым фестралами. Потом вычесывал и задавал корма нескольким обычным лошадям недалеко от хижины Хагрида. Кормил Норберта, подросшего за это время до размеров большой собаки и живущего в дымоходе камина. А вслед за дракончиком шли другие разнообразные звери в вольерах и клетках чуть поодаль, скрытые от любопытных густой рощицей.
Вечер я встречал чаще всего в библиотеке или в одном из тренировочных залов, без особого энтузиазма читая что-то полезное или приятное или отрабатывая очередную связку заклинаний. А затем приходила ночь.
Про сон без специальных зелий я забыл от слова совсем. Как только голова касалась подушки, в нее сразу приходили хорошо отпечатываются в памяти картинки умирающих студентов. Покрытые брызгами крови и глубокими порезами лица, на которые ментальной магией нацепили улыбки и умиротворенное выражение. Не замечая, ученики продолжали спокойно обедать, пока на них не падал очередной кусок камня или горящая деревянная балка.
Проснувшись от собственного крика в холодном поту, мне не оставалось ничего, кроме как браться за какую-нибудь книгу, запивая ее чашками кофе или принимать зелья для сна без сновидений.
В зельеварню я так и не зашел, не смог себя заставить. После смерти профессора Снейпа, забравшего с собой в могилу добрый десяток пожирателей, это помещение наводило на меня смесь ужаса и очередного приступа меланхолии.
Так и протекали дни, сменяя друг друга, а Гарри Поттер в нетопленной комнатке в полуразрушенном замке постепенно превращался в тень. Кофе, чтобы не уснуть, успокоительные, чтобы не допустить нервных срывов и сильное снотворное, чтобы раз в пару дней восполнить уходящие силы.
***
Через пару дней после нападения. Временная база Волдеморта в Нурменгарде.
— Это идиотизм, Том! — в кабинет к Темному лорду ворвался его ближайший соратник вместе с еще парой доверенных лиц. — Мы не можем так рисковать, без доступа к командному модулю Икара нас просто размажет атомами по мирам.
— Тихо, — гаркнул Волдеморт, рассматривая голографические чертежи овального космического судна, по которому красными точками двигались люди. — Они вскрыли только оболочку, до рубки и двигателей им не добраться.
— Конечно не добраться, волшебники даже от этих… маглов отстали, не то, что от нас. Только мы сейчас остались с голым задом и палочкой в руке. Как нам теперь пройти к кораблю?
— Маячок что-то глушит, но Икар в Британии. Скорее всего его спрятали министерские, Дамблдор в такое не полезет.
— А может маглы? — спросил стоявший до этого молча Питер Петтигрю, но сразу стушевался, получив два презрительных взгляда от начальства.
— Маглы бы его даже не увидели. А эти крысы сумели даже войти внутрь, — ответил Волдеморт.
Понаблюдав пару минут за движением волшебников по творению гения мысли далекого и горячо любимого обоими волшебниками мира, Артур спросил:
— Уверен, что они не взломают двери?
— Да, уверен. Да и если они пройдут в рубку, то все равно ничего не поймут. Там ведь все управляется мыслями, так еще и только на общем языке.
— Хорошо, что будем теперь делать?
Темный лорд задумался, а затем внимательно рассмотрел своих подручных людей.
— Если Икар у министерских, то за него отвечает отдел правопорядка или невыразимцы. А доступ к ним есть только у министра и королевы. До последней нам не добраться, а вот пощекотать Фаджа не так сложно. Надо подготовить операцию по захвату, а ты, Артур, выяснишь, как они вообще обнаружили судно.
***
На следующий день после нападения. Дом Блэков на Гриммо 12.
— Как Августа? — спросила постаревшая на пару десятков лет за последние сутки Вальпурга, когда старшая племянница Белла и ее близкая подруга Пандора вышли в гостиной из камина и отряхнулись от пепла.
— Плохо, заперлась в доме и поставила убивающий щит, — мрачно ответила Пандора. — Альбус сказал, что зайдет к ней завтра.
— Ужасно, бедная женщина, сначала сын, теперь внук…
— За что ей все это…
Посидев пару минут в молчании и помянув не чокаясь погибшего вчера Невилла Долгопупса, женщины перешли на волнующую всех тему.
— Что бы не говорили про Дамблдора, но только в его присутствии раньше не боялись нападений пожирателей, теперь же они лезут даже в Хогвартс, — говорила Пандора.
— Причем прошли через все слои защиты как нож сквозь масло, — добавила Вальбурга, — как-то раз мне нужно было переместиться своим порталом из школы, меня на границе купола так перекрутило, что я уже стала прощаться с жизнью, а это был полностью заряженный родовой пробойник, еще дед мой его делал.
— Кстати об этом, как это случилось? Ты была в зале в тот момент? — спросила Пандора.
— Нет, мы с Флитвиком и Помоной обедали около теплиц. Но я отлично все видела, как будто провидение заставило поднять глаза в небо, — старушка ненадолго остановилась и отхлебнула чаю. Привычку каждый свой рассказ наполнять загадочностью и говорить с расстановкой из нее не выбить даже такими потрясениями.
— Сначала небеса будто вспыхнули в паре километров белым светом, белый луч устремился в сторону школы, пробивая даже не замедляясь многослойные купола. Мощнейшие заклинания только вспыхивали и сразу разрушались, а луч продолжал полет. Затем он пробил крышу школы, между прочим, тоже усиленную еще основателями.
— Луч, говоришь, был белый? — уточнила Пандора.
— Скорее… м… Переливался разными цветами, но в основном белый, а что? У тебя есть идеи?