Междумирье (СИ)

Ловцы пару раз засекали снитч, но тут же теряли золотой мячик. От канона эта игра отличалась очень сильно. Во первых, поле куда меньше, так что само действо динамичнее. Во вторых, это очень жестокий спорт. Та же Джонсон получила ядро в грудь и ее просто сорвало с метлы в сторону движения мяча. Потеряв контроль над полетом, девушка приземлилась на покрытие с высоты более пятнадцати метров, да так, что Трюк была вынуждена остановить матч.
Если бы не магия, то вряд ли после такого удара хрупкая на вид третьекурсница осталась жива. Однако, мадам Помфри, вышедшая из госпиталя через пятнадцать минут, подняла большой палец вверх, сигнализируя всему стадиону, что игрок в норме.
На замену охотнице вышел Амадей Пруэтт, сидевший до этого на скамье запасных. Отличительной чертой сурового семикурсника была метла Варапидос семь из Бразилии и агрессивная контактная игра.
Более того, этот монстр принял на себя несколько ударов бладжеров, прежде чем выбыл вслед за сокомандницей. Оба охотника Когтеврана сосредоточились только на новичке на поле, что заметно ослабило команду и счет был сравнен на отметке в сто девяносто очков у обоих факультетов.
Дало ли это действо реальный результат мы не узнаем, так как ночь быстро вступала в свои права. С каждой минутой становилось все темнее, пока наконец, на пятьдесят восьмой минуте матча и отрыве в десять очков у воронов, золотой мячик не начал подсвечиваться тусклым огоньком.
Простой способ ограничить игроков от несчастных случаев в ночное время, подсвети снитч и оба ловца сразу его обнаружат. Так и произошло, первым сорвался гриффиндорец Кристал, зависший чуть дальше от заветного шарика. Когтевранка Чжоу Чанг чуть опоздала, так что золотой плащ нивелировал разницу в расстоянии.
Оба ловца, под громогласные комментарии арбитра выжимали максимум из своих двухтысячных Нимбусов, проносясь без страха прямо через гущу сражения за квоффл.
Понимая, что забитые голы сейчас уже мало что решают, а потерять светящийся мячик практически невозможно, обе команды присоединились к наблюдению, только имитируя продолжение сражения.
Синяя мантия Когтеврана и красно-золотая Гриффиндора неслись по кривой траектории к самому дну стадиона, прямо на мячик. Будто поняв, что ему угрожает опасность быть пойманным, снитч сорвался с места и полетел на скорости, не сильно уступающей новейшим метлам, в противоположную от ловцов сторону.
К сожалению, каноничных балок и высоких трибун, между которыми бы лавировали игроки тут не было. Весь стадион идеально овальный, а поле для игры строго ограничено, что не мешало снитчу устроить шоу и заставить ловцов пролететь прямо над зрителями добрые пол круга по стадиону.
Ощущение, надо сказать, просто невероятные. Когда ты стоишь в толпе фанатов и над тобой в трех метрах проносятся на полной скорости две метлы, у любого захватит дух. А самые впечатлительные захотят сами оказаться на месте звезд.
И вот, пол стадиона спустя, ловцы смогли догнать снитч. Счетчик очков перевернулся, присудив дополнительные сто пятьдесят баллов поймавшему мячик Томмену Кристаллу из Гриффиндора.
Овации, кажется, могли бы пробить анитимагловский барьер, если бы мы были в настоящем мире. Все факультеты, даже вороны, разразились криками и аплодисментами. А игроки отправились на заслуженный круг почета. Кстати, тоже прямо над трибунами.
И уже никто не жаловался на холод и промокшую одежду. Целый стадион начал постепенно покидать свои места и перетекать через большую дорогу в замок. По случаю первого матча должен был быть пир, однако, его перенесли, как гласила надпись над входом в зал.
 
Всем ученикам, именем директора Дамблдора, приказано было отправляться в гостиные и переодеваться в сухое. А праздник начнется только через полтора часа. Сейчас, в большом зале и больничном крыле всем желающим выдавались зелья и горячие напитки. А старшим курсам могли вместо бодроперцового или восстанавливающего плеснуть огненного виски.
Меня, несмотря на согревающие чары и вполне успешные попытки высушить одежду, благодаря которым с мантии не текла вода, а она стала просто противно мокрой, пробирал озноб. Вряд ли я заболею в теплом замке, хотя, кого я обманываю, лестничные пролеты и большая часть коридоров, кажется, напрямую состоят из сквозняка.
Переодевшись, я вернулся вместе с друзьями в обеденный зал. Даже несмотря на погоду и холод, праздник по случаю открытия сезона никто не отменял. Сегодня на ужин собралась, по моему, вся школа без исключения. Как минимум все преподаватели, ибо их места заранее определены и легко понять, что кто-то отсутствует по пустующему креслу.
Директор поздравил Гриффиндор с первой победой в этом году и похвалил обе команды за красочную и зрелищную игру. По велению палочки Дамблдора, по залу прокатилась волна тепла, выбивающая из тел учеников любые отголоски холода и влаги на одежде. А следом за согреванием начался пир.
Игроки нынче сияли и получали все возможное внимание. Все четырнадцать членов команды, из которых половина запасные, поздравлялись каждым, сидящим за столом. Старшекурсники, получившие негласный картбланш на алкоголь, поднимали тосты один за другим, самые впечатлительные подходили за автографами.
Эд, старающийся держать лицо, как подобает наследнику древнего и могучего рода, тихо поскрипывал зубами. А Лита, сразу заметив проблески зависти и жажды славы у родственника, исходила кислотными комментариями.
Осуждать друга я конечно не буду, это было бы лицемерием. Признаю, я и сам захотел попасть на стадион игроком, когда семерка, с зажатым в руке снитчем, летала над трибунами, поднимая за собой слившиеся в единый гром, голоса болельщиков. Пожалуй, несмотря на опасность этого вида спорта, стоит попробовать себя в следующем году на отборах.
Однако, праздник длился не долго. То тут, то там, несмотря на магию директора, начинали чихать студенты. Заметив, что общее самочувствие постепенно проседает, Дамблдор поднялся, еще раз поблагодарил и поздравил команды и завершил пир досрочно.
Все, кто чувствуют себя простуженными, были направлены в больничное крыло за зельями, а остальным предписывалась горячая ванна и покой в факультетских гостиных. Зал отреагировал крайне положительно, ведь задержка ужина на час с небольшим выбивала всех нас из привычного ритма жизни. А завтра, между прочим, в девять начнется первый урок.
Собравшись в группки друзей, все мы поплелись в сторону факультета. К счастью, всем нашим было вполне хорошо и без снадобий Помфри. Не зря учили чары согрева на тренировках, обновляя их раз в десять минут получилось продержаться не околев.
На разговоры и очередные обсуждения сил не осталось. Единственное, что я заставил себя сделать, это принять горячий душ и залезть в теплую постель.
Дождь за окном превратился в снег, освещаемый тусклым светом луны и звезд и на Хогвартс спустились первые заморозки. Завтра, на первом уроке травологии будет очень холодно, подумал я, засыпая. Надо будет переносить растения в теплые помещения и прикапывать морозостойкой землей, Стебель точно не будет давать новую тему…