Междумирье (СИ)
Дом Дурслей стоял на недавно обновленной улице вместе с другими дорогими коттеджами. Пожалуй замечу, что дома тут не одинаковые, как хотели нам рассказать в каноне. Да, есть общие элементы, вроде лужайки с цветами, гаража, подъезда к нему и небольшого крылечка с колоннами. Но на этом все.
На первом этаже горел свет в гостиной и кухне: вероятно, тетя готовит ужин. Постояв у входа пару минут, я думал о том, что для полноты картины не хватает старой пачки Мальборо и той песни Луи Армстронга из Очень странных дел.
Помечтав, я поставил велосипед и вошел в дом, встретивший меня запахом печеного мяса. Дадли, вероятно, уже вернулся и сидел у себя в комнате, дядя читал газету, не обращая на меня внимания, а тетя хлопотала на кухне. К ней я и направился, проводя свою обычную линию поведения с родственниками.
— Тетя Петунья, вам помочь? — спросил я, подходя к кухонному столу.
— А, что? Нет, не стоит, — рассеянно ответила она.
— Подойди, — раздался из столовой голос Вернона. Мне не оставалось ничего другого, кроме как пройти к нему, мысленно сжав кулачки, чтобы разговор этот прошел хотя бы нормально. На столе перед ним лежала газета и мое утреннее письмо.
— Ты ведь читал, что написано в письме?
— Да, сэр.
— И ты знал, что ты… можешь… ну вот это все? — видимо дядя очень не хотел произносить слово волшебник.
— Да, сэр, — вновь ответил я.
— Значит, слушай сюда, — дядя с угрозой посмотрел на меня и даже показал мне палец, иногда тряся им перед моим носом. — Платить я ни за что не буду. Ты учишься в той же школе, что и Дадли, потому что помогаешь ему, не более. А все… вот это, не имеет для меня никакой ценности.
— Я понимаю, сэр.
— Хорошо, что понимаешь. Мое согласие у тебя есть, и чем быстрее ты отсюда исчезнешь — тем лучше. Тут написано, что за тобой придет кто-то из учителей? Ну вот и отлично, поскорее бы.
На этом, показывая, что разговор закончен, дядя взял газету и продолжил чтение. Тетя же, внимательно слушавшая из дверного проема, скривилась, но промолчала, возвращаясь к готовке. Через полчаса мы все собрались на ужин, но тема письма и школы больше не поднималась, как, впрочем, и в течение ближайших полутора месяцев.
***
Тридцать первого июля, одиннадцать лет назад, на свет появилось тело, в котором я сейчас обитаю. День этот, конечно, знаменательный, но только для одного человека в мире. Для самого Гарри Поттера. Вернее, именно это тридцать первое июля для него стало примечательным. Ибо отмечать день рождения в семье, в которой ты радуешься, что тебя не бьют и не наказывают за любую мелочь, это верх комедии.
Итак, в одиннадцатом часу утра, когда семья уже закончила завтрак, дядя укатил по делам на своем новеньком форде, а Дадли ушел гулять с приятелями, раздался громкий стук в дверь.
Я, как и всегда впрочем, пошел открывать дверь, предполагая, кто может за ней стоять. До глазка я еще не дотягивался, а выглядывать в окошко для почты мне было стыдно: не ребенок же. Итак, за открытой дверью меня ждал человек, который понятия не имел о таком понятии как дверной звонок, и повредивший белую входную дверь Дурслей.
— Привет! Ты, должно быть Гарри? — спросил великан, улыбаясь в давно не расчесанную бороду.
— Да, а вы.?. — сыграл я удивление. Великан уж точно не было легиллиментом, так что бояться за свои мысли еще рано.
— Ах да, Рубеус Хагрид, хранитель ключей Хогвартса, — представился великан и подал мне руку, которую я неуклюже пожал. — Ты волшебник, Гарри.
— Да, я получил письмо, не хотите ли пройти? — пригласил я гостя.
— Э-э-э, — видимо, Дамблдор проинструктировал Хагрида перед приходом и тот не ожидал подобного приема. — Да-да, конечно.
— Во блин! — пронеслось у меня в голове. — Что же я творю? Я так выдам себя еще до приезда в школу.
Тетя вышла в коридор и уставилась на гостя. На лице ее пронеслись тысячи эмоций, выделить ни одну из которых не представлялось возможным.
— Петунья Дурсль, — представилась она, все же, манеры превыше всего. — Вы, вероятно, будете из школы магии?
— Э-э-э... — опять начал тормозить лесничий: он точно не был готов к подобной атмосфере. Ему даже не нужно было наколдовывать никому свинячий хвост. — Да-да, я пришел показать Гарри волшебный мир и купить необходимые вещи для школы.
— Вам нужны деньги? Сразу предупреждаю, что мы не будем платить за обучение, но если нужно заполнить какую-то специальную… форму, или что-то типа того…
— Нет, не стоит. Школа берет на себя все расходы, — лесничий продолжал стоять в коридоре, переминаясь с ноги на ногу. А Петунья, как ледяное изваяние, смотрела на него, не шевелясь и скрестив на груди руки.
— Чай, кофе? — предложила наконец она, прервав затянувшееся молчание.
— Да, то есть, нет, спасибо. Мы, наверное, пойдем, нужно еще много куда зайти, да и посмотреть есть что. — Хагрид уже направился к выходу, но тут же воскликнул. — Чуть не забыл, Гарри, с днем рождения. Я тебе подарок принес, вроде бы даже не помял.
Лесничий достал из сумки на поясе приличных размеров коробку, в которой, по канону, должен быть торт. Как оказалось, именно торт там и был. Три коржа, какой-то белый крем, а сверху была надпись: “С днем рождения, Гарри!”.
— Я могу попросить вас поставить его в холодильник? — спросил я тетю. — Будет вместо печенья к вечернему чаю.
Тетя на это лишь кивнула, забирая выпечку, а я повернулся к сопровождающему, предлагая выдвигаться.
Думаю, торт никто из Дурслей есть не будет, а зря. На вид очень даже хороший и, вероятно, вкусный.
***
Косая аллея оказалась куда больше и… разнообразнее, чем я помнил из фильмов. Чувствовалось, что это и правда центр магической Британии. Помимо магазинов, тут были десятки отелей, кафе, парикмахерских и других организаций. Да и самих магазинов было куда больше, чем это описывала Роулинг.
— Куда мы идем, Хагрид? — спросил я, еще несколько раз перечитав список покупок. Ответ на этот вопрос должен был знать и каноничный Поттер, ведь денег у меня не было с собой, как и у него. И что важно, именно с собой, ибо дома я скопил приличную сумму в три тысячи фунтов. Как? Тяжким трудом и лишениями, но скопил.
— В магический банк Гринготтс, — ответил лесничий.
— Но у меня нет денег…
— Не волнуйся, твои мама и папа не оставили тебя без средств. Вот и пришли.
Перед нами стояло белое здание, чем-то смахивающее на дворец. Хагрид, дав мне пару секунд на созерцание, двинулся по ступенькам вверх.
— Что это за создания такие? — спросил я его, косясь на работников банка.
— Это гоблины, Гарри, не самые дружелюбные создания, не отставай.
Как же трудно держаться канона, но надо терпеть, иначе весь сюжет сойдет с рельсов, а у меня больше не будет статуса Марти Сью и я стану просто первокурсником, который всю жизнь занимался истязанием собственного тела и тренировками мозгов.
— Мистер Поттер хотел бы посетить свой сейф! — гордо и громко проговорил Хагрид.
— А у мистера Поттера есть ключ? — спросил гоблин за стойкой.
— Да-да, кажется, он был у меня.
Когда лесничий откопал мой ключик, гоблин повел нас к тележкам, мы спустились и заглянули в сейф. И тут я замер с открытым ртом. Мои родители, вернее, родители Поттера оставили ему не просто много денег. Я был чертовым Скруджем Макдаком. Если в каноне это была просто горка золота, то сейчас передо мной стояло с десяток сундуков, доверху груженых монетами. Даже больше, по стенам расположились стеллажи со всякой всячиной, вероятно, артефактами.
— Впечатлен, а? — спросил лесничий. — Но мы возьмем лишь немного, сотни галеонов хватит, чтобы купить все необходимое для школы и еще останется на сладости в поезде.
Я лишь кивнул в ответ. Если бы Хагрид прислушался, то услышал бы, как заскрипели шестеренки у меня в голове. Если цены в магическом мире остались такие же, как и были, то… А к черту все, будем решать вопросы по мере поступления.