Из рода Бурого Медведя. Том 3 (СИ)

Прохор молчал.
— Пойми ты Прохор, придёт время… мы построим такой мир как ты описал в своей записке. В том мире не будет войн, потому что не будет государств. Там буде только справедливость и гуманизм. Сейчас тяжёлое время, сейчас идёт война за эту идею… гибнут в том числе и невинные. Но если ты не соберёшься, не отбросишь все своим сомнения, мы никогда эту войну не выиграем. И дети будут гибнуть и умирать, их будут убивать дальше. И не как некоторые непреднамеренно… а… Ты понял Прохор.
Впервые с их разговора у Прохора мелькнуло в глазах луч надежды и он начал выползать из своего состояния удручения и… новомодное слова — депрессии.
— Контроль! Вот что главное Прохор! Контролируй себя, не сдавай назад.
— Да шеф, — вымолвил Прохор. — Но как будет называться этот новый мир?
— Нью Ворлд Ордер или по-русски Новый Мировой Порядок, — вымолвил тихо Кадетский. — Только упаси тебя бог говорить про это вслух или с кем-то обсуждать.
— Я понял шеф, — просветлел лицом Прохор. — Я понял…
— Есть новая работа, — сказал Кадетский.
На лице Прохора возник испуг.
— Никаких невинных людей, скорее наоборот, — заверил его тут же Кадетский и начал объяснять что надо сделать Прохору.
* * *
«Новый Мировой порядок», шептал про себя Прохор. И мир содрогнётся, почему-то подумал он. Но порядок он такой, перед тем как постелить покрывало, надо его встряхнуть как следует, тогда оно примет благообразный вид. Что ж Прохор был готов встряхнуть всю Русь ради такого дела.
Мороз. Изо рта шёл пар, он стоял на сенной площади, позади был «Пик» — торговый центр и офисные помещения Второго Оружейного Треста. В толпе мелькнула девчонка… та что он убил. Те же колготки, тот же свитерок… но кто ходит таком в мороз? Показалось, подумал он. Или не показалось. Убил, так убил, нечего ей по земле ходить. «Ты девочка не знала, но твой вклад неоценим в строительство Нового Мирового Порядка. Везде есть жертвы…» И все таки Прохор понял, что если бы знать что она там, он может быть бы и извернулся как ни будь, что б не убивать…
Он шёл по садовой улице в сторону Гороховой. И его глаз скользил по витринам магазина и там где встречал лёгкий алкоголь(тяжёлый запретили), туда его подмывало зайти. Впереди замаячило кафе с чёрной доской у входа, где писали цены. Там могли и чего потяжелей налить к кофе…
Но Прохор решил не идти даже туда. Пересилил себя.
В портфеле лежало десять тысяч рублей, которые он Прохор должен был свести в сиротский приют. И отдать эти деньги так что бы никто не знал от кого.
Но Прохор решил сперва зайти домой… нет, не для того что бы ополовинить деньги для сирот. А что бы добавить ещё столько же — из своих невеликих накоплений. Он знал что достанет ещё. А это… хоть какая-то возможность загладить вину.
Перед богом, перед собой…
* * *
О боже мой, думал Виктор Кадетский. Знал бы он чем это обернётся для Прохора, не стал бы сводить его с ума своими поручениями. Мать можно было убрать вне дома. Девчонку просто связать и лицо закрыть. Или нельзя?
Господи! Кадетский резко дёрнулся на кресле от нервов. Звук разбитого стекла.
Стакан с чаем, в металлическом подстаканнике упал на пол и разбился.
— Жанна! — крикнул Кадетский, потом плюну ли поднял трубку с внутренней связью. Но Жанна услышала и успела открыть дверь:
— Звали меня, Виктор Наумович?
— Да, надо убрать я уронил чай, — сказал Кадетский собирая стёкла с пола.
Жанна прихватила припасённую тряпку и быстро вымыла пол от сладкого чая, подобрал стёкла в железный совок и ушла. Кадетский не любил уборщиц в середине рабочего дня. Пусть потом домоет, когда его не будет, под присмотром секретарей.
А теперь следовало прочитать отчёт о витязях. Начальник охраны подготовил ему аналитическую записку.
«…так как они вступают в криминальные группировки, служат наёмниками, нет причин что бы не нанимать в их в трест. К тому же они являются ограниченно одарёнными, что очень подходит нашей организации с её особой политикой к одарённым…»
 
Кадетский не прочитал здесь ничего нового. Начальник охраны солидарен с ним по ключевым вопросам. Ничего нового, но Кадетский отметил что придёт время и его империя разрастётся до таких масштабов что придётся полагаться на такие вот записки. Уже сейчас информации было море и он стал испытывать трудности последнее время, что бы уместить в голове новые данные, не забыть старые и не перепутать их когда тебя спрашивают по тем или иным вопросам.
Поэтому Кадетскому всегда нужны надёжные люди, были и будут нужны. И вот такой один надёжный типа Прохора Замятина чуть не выбыл из игры. Тот никак не шёл из головы у Кадетского. Оклемается ли? А ведь Кадетский хотел его повысить в будущем и что бы сам Прохор подыскал себе замену, что бы сам лично выбрал такого «специалиста по особым поручениям».
В кабинет постучались.
Кто бы это мог пройти без предупреждения, подумал Кадетский и сразу предположил, что только Семён Шестаков — начальник охраны. Зазвонил тут же телефон — кто-то из секретарей пытался его предупредить о «незваном госте».
— Заходите! — крикнул Кадетский.
В дверь протиснулась щекастая физиономия Семёна.
— Заходи, заходи. Не стой, — сказал Кадетский.
Семён поспешно прикрыл дверь и уселся на стул.
— Прочитал твою записку. — сообщил Кадетский. — Согласен, нанимайте витязей…
— Я не за этим шеф, — огорошил его Семён. — Мы тут выяснили наконец, кто уничтожил нашу картонную фабрику.
— И кто эта свинья, этот подонок, — шутливо улыбнулся Кадетский. Он уже успел чуть подзабыть про это происшествие. Да, подзабыть, но не простить.
— Можарович, — сказал Семён. — Это он нанял волколюдов...
У Кадетского чуть челюсть не отвисла. Значит он тут готовиться нанести удар по этой рыжей свинье. А тот значит не долго думая уже гробит его предприятия, убивает его людей! Ярость затопила разум Кадетского… на доли секунды. Он перевёл дыхание и сказал:
— Ты выяснил слабые стороны его предприятий. Помнишь я давал тебе поручение…
— Вы про диверсии что ли? — уточнил Семён.
— Что ли да, — сказал закипая Кадетский. — Почему не провели до сих пор, чего вы ждёте постоянно.
— Шеф, — мягко начла Семён. — Сделай мы это хоть раньше, это бы никак не повлияло на его желание вам насолить.
Кадетский посмотрел в окном, немного успокоившись.
— Ну хоть было бы не так обидно. Так что, как там продвигается?
— Продвигается, — сказал Семён. — Но вы как прежде хотели, что бы он не знал, что это ваших рук дело.
— Разуметься, в этом весь смысл: ударить и не отвечать. Но теперь я так понял, он в курсе наверно что мы раскопали его связь с картонной фабрикой.
— Когда мы узнавали, то особо не скрывались, — сказал Семён. — Ставлю на семь из десяти что он в курсе.
— Значит придётся ему мстить в открытую, — сказал Кадетский. — Что бы он не связал потом это с диверсией.
— Придётся, — сказал Семён. — Кстати наше оружие заговорило.
— Какое это?
— То которое мы крысам отгрузили. Напали они на один клан волчий, прямо на главное имении, где глава клана… Крупный очень клан, сильный… у нас с ними проблемы были кстати.
— Не тяни, — сказал раздражённо Кадетский. — Что там за клан.
— Клан Серого волка.
Давление ударило голову. Кадетский задышал, уже готовый к войне на уничтожение. Потому что с этим кланом получится только такая война. То что было до этого с ними это мелкие неурядицы. Если бы он Кадетский отдал приказ напасть на главное имени клана, где живёт глава клана… то он сделал бы всё что бы уничтожить всех, что бы некому было потом отвечать, мстить, прямо как те ребята которые завалили уже два волчьих клана и до сих пор не найдены
— Только не говори что это наши партнёры, наш крысиный клан, — сказал Кадетский медленно.
— Нет шеф, так они нас не подставляли…