Декан в моей голове (СИ)

— Не верю. Правду скажи.
— Люблю и хочу жениться! — час от часу не легче.
— Я за тебя не выйду, — отрезала я, хотя сердце екнуло: все-таки первое предложение руки и сердца в моей жизни.
— Почему? — чуть ли не взревел он, снова сжимая кулаки.
— Я другого люблю, — брякнула я, почему-то подумав про Гайера. А потом осознала, что вообще произнесла… Хотя и раньше тоже, когда Йен только пришел… Нет, это просто хорошая отговорка, вот и все: сердцу не прикажешь, и так далее.
— Кого?!
— Йен, да какая тебе разница, — разозлилась я всерьез. Мне это все надоело. — Я люблю другого, он подарил мне кольцо, и мы поженимся совсем скоро. Возвращайся в свою академии и забудь про меня, наконец!
На его лицо будто тень набежала. Он выпрямился, хмуро глянул на мои руки, окинул всю меня мрачным взглядом, от которого стало не по себе.
— Не забуду. Все еще не решено. Только больше я уговаривать не собираюсь.
Он развернулся и быстрым шагом направился к выходу. Я облегченно вздохнула, но у самой двери Йен оглянулся и мрачно кинул:
— Плакать еще будешь, — и вышел.
От его слов мне вдруг стало холодно. Я обхватила себя руками, размышляя обо всей этой ситуации. Плакать мне не хотелось. Слезы — это всегда от счастья или от боли… А Йен явно подразумевал именно последнее…
Изнутри царапнуло, и я подпрыгнула на месте.
— Точно, плакать! — воскликнула, бросаясь к фолиантам.
«Что?» — удивленно переспросил Гайер.
«Я знаю, как сделать обезболивающий артефакт!»
Гайер вздохнул.
«Этель, ты неисправима», — но в его голосе мне почудилась улыбка.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌Я быстро нашла книгу по свойствам льда. Пробежала глазами по нескольким абзацам. Ничего толкового и подходящего! Наоборот, складывалось впечатление, что лед самая бесполезная основа — ненадежный, хрупкий, энергоемкий и неудобный в обращении. А слезы?..
— Соленая вода, соленая вода, — приговаривала я, листая книгу. — Почему тут обычный лед?
«Видимо, потому что замораживать морскую воду для артефактов никому в голову пока не пришло».
«Морскую?», — вздрогнула я. «Ну да, соленая вода…»
Я ведь имела в виду слезы, но морская вода тоже соленая. А соль… Я нашла нужную книгу и быстро пролистала. Соль как раз и обладала мощным обезболивающим эффектом, как я и ожидала.
Я пока не могла поймать мысль, как это все соединить, она болталась где-то на грани сознания. Я чувствовала, что решение по основе найдено, надо лишь придумать… И нельзя использовать соль без воды или льда… Может кулон с соленой водой? Или все же кристалл льда?..
«Этель, вообще-то мы опаздываем», — напомнил Гайер.
Я бросила взгляд на часы и подорвалась с места. С артефактом и Йеном совсем забыла про урок, который должна была вести сегодня. Чтобы не заставлять студентов меня ждать, надо было пробежаться.
К счастью, я успела вовремя и даже отдышалась за углом, и накинула артефакт с иллюзией. Приведя себя в порядок, спокойно пошла к кабинету.
Не дошла я буквально пару шагов. Уже видела дверной проем и нескольких моих ребят, болтающихся по аудитории. Боковым зрением зацепилась за черную фигуру и успела удивиться необычной одежде незнакомца. А тот кинул в меня какой-то предмет и скрылся за углом.
К моему счастью, в очередной раз сработали артефакты, которыми Гайер меня обвешал. Я почувствовала сильный толчок, упала на колени, больно стукнувшись ими об пол и поранив ладони. Вокруг меня образовалась защитная сфера теплого оранжевого оттенка. А уши заложило от сработавшей сигнальной магии.
Как во сне протянула руку к сфере, но не смогла коснуться — магия мягко оттолкнула мои пальцы. Я послушно убрала ладонь и только в этот момент заметила предмет, который в меня, видимо, бросили — обычная металлическая монетка. Сфера отбросила её в сторону и, видимо, обожгла настолько, что та немного дымилась.
Больше ничего сделать я не успела — прибежали дежурные преподаватели и начали суетиться вокруг меня. Нужно было как-то снять сферу, отвести меня в лечебницу и разобраться, что вообще произошло и почему сработала сигнальная магия.
 
— У меня там студенты в аудитории, отпустите кто-нибудь их с урока, — спохватилась я по дороге, но не думала, что меня услышали.
Судя по тому, что я поняла из разговоров вокруг, монетка была зачарована на портал. На территории академии подобными артефактами пользоваться было запрещено, кроме тех, на которые дал разрешение лично ректор. Выходило, что сигнальная магия сработала бы в любом случае, хоть успей монетка меня коснуться, хоть не успей. А она бы точно до меня долетела, если бы не артефакты!
Мне стало жутко от подобной перспективы.
В лечебнице меня заперли на целые сутки, хотя даже Хенкс подтвердил, что я абсолютно здорова. Но куда там, нас обоих не стали слушать и передали приказ ректора — сидеть в палате до тех пор, пока маги не разберутся с произошедшим.
Для меня было несложно переночевать и здесь, но Гайер злился, что не может передать весть о покушении своим друзьям.
«Всегда легче раскрыть преступление по горячему следу, сразу после случившегося, чем когда виновный уже скроется и уничтожит все следы», — пояснил он мне.
Я его понимала, но сейчас мне эгоистично хотелось оказаться где-то в мирной обстановке, чтобы спокойно пережить произошедшее, а не бежать сломя голову кому-то что-то передавать.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​«А почему на балу не сработала сигнальная магия?» — спросила я Гайера поздно вечером, когда меня наконец оставили одну.
«Она установлена только в аудиториях и коридорах. В бальных залах, возможно, тоже, но на балконе — вряд ли».
Я вздохнула и перевернулась на другой бок. Палата была в этот раз не общая, а отдельная, как у Гайера. Это напомнило о том случае, когда его пытались напоить подчиняющим зельем. Тогда ведь тоже злоумышленник ушел с помощью портала, а сигнальная магия не отреагировала…
Я поделилась соображениями с Гайером, но тот и сам не знал, что думать на этот счет.
«Все странно», — сказала ему мысленно я, не в силах уснуть. — «И я никак не могу понять, все-таки это один человек или несколько?»
«Не уверен, фигура у портальщика долговязая и тощая, а Тэйна мы видели, это не он».
«А можно изменить свою внешность и стать похожим на другого человека?»
«Теоретически да… Но практически это зелье настолько сложное в приготовлении, что достать его или ингредиенты для приготовления нереально».
Нереально… Мне казалось, нереально похитить человека из защищенной академии — а у Тэйна это получилось. Нереально запихнуть другое сознание в чужое тело, но Гайер со мной уже несколько месяцев. Так что все было возможно, другое дело, что, наверное, слишком сложно…
Мои мысли опять вертелись вокруг менталистов и зельеваров, и я не заметила, как задремала.
На следующий день Хенкс пришел ко мне с двумя новостями: как полагается, одной хорошей, а второй не очень.
— Не разобрались? — удивленно протянула я. — Почему тогда меня отпускают?
Целитель пожал плечами.
— Как я понял, расследование еще продолжается, но там какая-то непонятка с сигнальной магией: оказывается, её в этом семестре заменили на новый экспериментальный вариант. И сейчас ректор допускает, что магия сработала ошибочно. А, возможно, и нет. В любом случае, тебя он разрешил отпустить. Но, Этель, все-равно будь осторожна.
Я пообещала. Еще бы, с такой связкой артефактов-то.
Дни полетели очень быстро. Меня больше не пытались похитить, не бросались в меня непонятными артефактами, и самое приятное — Йен как уехал к себе, так пока и не возвращался.
 
Я поверила, что все наладилось: мало ли, что там с похитителем случилось, вдруг он передумал. И про Йена и его последние слова старалась не думать. А вот своей внезапно заигравшей новыми красками жизнью я наслаждалась по полной. Особенно, общением с моим соседом по голове. В последние дни я поймала себя на том, что чаще мне хочется больше просто слушать его голос, чем вникать в его слова. Это было неожиданно, но с того момента началась моя борьба с самой собой, ведь Гайер редко повторял что-то по два раза, а рассказывал удивительные и интересные вещи, которые мне хотелось запомнить. А его голос — тихий, чарующий — в такие моменты становился моим наркотиком, которым хотелось наслаждаться, позабыв обо всем.