Декан в моей голове (СИ)

«То есть, он успел освободиться сам и вас оттуда вытащить?»
«Да, он усыпил тех, кто остался в поселении, как и меня».
«Почему же он раньше не применил эту магию?»
«Радиус действия невелик, все поселение не захватывает, а там было слишком много людей. Усыпил бы одних — другие бы поняли, в чем дело».
«Ясно. И что же дальше было?»
«Да ничего особенно. Поблагодарил за спасение. Начал бормотать что-то насчет долга жизни, но я не очень хорошо понимал их диалект, он достаточно искажен по сравнению с нашим. Так что показал знаком, что прошу в награду волос… Тот выдернув аж целый клок», — Гайер усмехнулся. — «И я начал его исследовать».
«И изобрели морритус?»
«Да, верно. В то время я уже делал артефакты для военного ведомства, так что морритус тоже нашел свое назначение. Жаль только, что тот журналист…»
«Какой журналист?», — встрепенулась я. Первый раз об этом слышала.
«Ну, не думаете же вы, что я сам пошел в издательство, чтобы они опубликовали статью про мое изобретение? У меня хорошо получались военные артефакты: оружие, бомбы, защита. Но душой я прикипел к артефактам для обычной жизни, и меня полностью устраивало, что я занимаюсь и тем, и тем. А один проныра-журналист начал приставать ко мне, видите ли, я в молодом возрасте так разбогател. Искал компромат, но каким-то образом пронюхал про морритус. Не знаю, каким местом думали в издательстве, но они все-таки опубликовали статью про молодого гения», — закончил Гайер очень язвительно.
Надо же, я и подумать не могла.
«Спасибо, что поделились», — пробормотала, уткнувшись носом в подушку.
«Этель, вы уже усыпаете».
«Ага».
«В следующий раз чур вы откровенничаете».
«Что?» — резко распахнула глаза.
«Мне все еще интересно, что за история с этим Харди. Я поделился своими тайнами, теперь ваша очередь», — невозмутимо заявил этот… жук!
«О чем делиться? Я же вам рассказывала…»
«Хочу грязные подробности».
А он не офигел?
«Насколько грязные?» — невинно осведомилась я.
Гайер помолчал.
«До чего у вас дошло?» — осторожненько так, тихонько спросил.
Он точно офигел!
Теперь настала моя очередь молчать. В принципе, Гайер и так уже знает много личного и интимного про меня. Надеюсь, он не болтун…
«Ни до чего. Я вовремя поняла, с кем имею дело», — ответила, чувствуя, как загорелись щеки. Если он спросит, девственница ли я, точно получит щелбан! И плевать, что это будет мой лоб!
«Почему он к вам так прилип, в таком случае?» — задумчиво протянул Гайер. — «Может, у вас в родственниках кто-то известный или магически одаренный?»
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Да ничего подобного», — теперь сама задумалась.
Раньше мне казалось, что я привлекаю Йена как девушка, но мало ли красоток на свете. И это точно не любовь, не с таким отношением.
«Странно, что он, учась в другом университете, считает вас своей девушкой», — продолжил Гайер. — «Он не боится, что вы здесь заведете с кем-то роман?»
«Думаю, в этом случае меня сразу сдаст Кэти, его сестра».
«Ах, вот как интересно. Надо это обдумать».
«Вы думайте, а я спать!» — невозмутимо заявила я, чувствуя, что глаза уже не разлепить.
И быстро уснула.
  
Глава 7
 
Следующим утром я быстро привела себя в порядок и позавтракала вчерашними вкусностями, после чего мы с Гайером собрались на «военный совет».
Я честно не представляла, какой из меня толк — он может и сам все обдумать, а потом мне скажет.
«Этель, так дела не решаются», — заявил он мне, когда я поделилась с ним своими мыслями. — «Все самые интересные идеи и решения приходят как раз во время обсуждения с кем-либо. Так что, давайте приступим».
Я вздохнула и покорно заняла место в его кабинете за столом, предварительно подготовив письменные принадлежности — вдруг что-то потребуется записать.
«Итак, первый вопрос, который меня интересует: зельевар или менталист?»
«А это важно?»
«Весьма. Все менталисты числятся в реестре ментальных магов и давали клятву не причинять вреда и использовать дар только на благо общества».
 
Какая-то расплывчатая формулировка…
«А зельевары?»
«А зельевары не состоят ни в каких реестрах. И тут возникает сложность. Если это менталист с навыками зельевара, то, очевидно, его нет в реестре. Значит, он не обучался в высшем учебном заведении, следовательно, учился самостоятельно… нет, тоже не сходится».
«Что не сходится?»
«Чтобы отточить навыки, ему нужно было тренироваться на людях, а такие случаи тщательно отслеживают. Человек с ментальным вмешательством ведет себя странно, родственники или просто окружающие бы точно заметили и сообщили стражам. А вот если он иностранец…»
«Думаете, он отточил навыки менталистики в другой стране? Не обязательно иностранец, может, он просто долгое время жил там, а потом вернулся на Родину».
«Да, вполне возможно».
«Подождите, но если это зельевар с навыками менталистики, то ему так же само нужно было обучаться где-то».
«Да, и исходя из всего, с большей вероятностью это именно зельевар».
«А если это менталист, который окончил университет в другой стране, а потом приехал к нам?»
«Нет, такие тоже вносятся в реестр».
«Значит, иностранец-зельевар? Но вы говорили, что их может быть несколько человек».
«Тоже верно», — Гайер вздохнул. — «Либо он просто купил зелья на черном рынке».
«Так можно?» — удивилась я.
«Конечно. Торговлю запрещенными зельями и ингредиентами просто невозможно прикрыть — слишком высоких чиновников она кормит».
Неприятно. Понятно, что жизнь не сахар, и зачастую люди наживаются на всем, чем можно, но когда это касается напрямую тебя…
«Значит, прежде всего нужно найти незарегистрированного менталиста?» — подвела я итоги.
«Да, это легче, чем искать, возможно, несуществующего зельевара».
«Ладно».
«Теперь, кому это выгодно», — Гайер будто ментально скривился. — «Точно не военные и не стражи. Первые в курсе, из чего сделан артефакт, только схему точно не знают. А вторым я и так изготавливаю морритусы по заявке».
«А когда волосы закончатся?»
«Не закончатся. Они обладают невероятно большим магическим потенциалом, один волос я использую для создания сразу нескольких десятков артефактов, так что еще долго не придется пополнять запасы».
Я задумалась.
«Тогда каким-то преступникам? Чтобы скрываться от закона».
«Да, это вероятнее всего. Скорее даже группа людей, если бы им нужен был один, они могли бы просто выкрасть его у какого-нибудь стража, это легче, чем пытаться добыть схему и список компонентов»
Звучало логично.
«И как они узнали, что ваше сознание у меня?»
Гайер помолчал, обдумывая.
«Вероятно», — начал он. — «сначала они не знали. Взрыв восприняли просто как возможность напоить меня зельем. Потом почему-то не повторяли попыток… и к Новому году точно узнали, что происходит. Надо выяснить, кто вообще в курсе про это. Ректор, Хенкс, те два менталиста — это те, про кого мы знаем. Хенкс не мог никому рассказать. Ректор и менталисты — вполне».
Картина вырисовывалась печальная… Я не представляла, как нам все это выяснить.
«И что делать?», — спросила у Гайера.
«Когда вернемся, напишем моим заказчикам. У меня много знакомых среди военных и стражей, пусть разбираются. Ну и поспрашиваем осторожно ректора. Еще можно выяснить, не появлялись ли новые люди в академии. В общем, на рожон не лезем, ведем себя тихо, осторожно. И обвешиваемся артефактами!»
Последнее напомнило про подарок Гайера — защитный кулон.
 
«Как все-таки сорвали кулон?»
Но Гайер удивил:
«Не уверен, надо обдумать. До того дня я считал, что это невозможно. Я тоже не всесилен, Этель».
«Я понимаю», — кивнула. — «А почему вы не хотите написать им сейчас?»