"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Джентльмены, разрешите представиться, Пол Вермонт, торговец редкими товарами.
— Я — Эндрю Изборски, а это мой компаньон Джордж. Как раз заинтересованы в редкостях. Например, собираемся заняться не просто мехами, а с Камчатского полуострова. В Европе они считаются самыми лучшими среди подобных, а как у вас?
— Очень приятно, мистер Изборски, сразу видно что вы знаете толк в редкостях. Я, правда, больше специализируюсь на технике и новинках прогресса.
Да, чуток промахнулся, но ничего страшного. Сейчас удивлю его малёхо, а заодно и своего приятеля.
— Мистер Вермонт, рад вашему направлению. Вы слышали, что Александер Белл вот-вот запатентует свой «телефон»? Очень удобное средство для общения на расстоянии, с годами весь мир охватит.
— Нет, пока не слышал, а как оно действует?
Джордж внимает молча, но не пропускает ни одного словечка. И действительно несколько ошарашен моими откровениями.
— Примерно так же, как телеграф, только специальное устройство преобразует звуки человеческой речи в электросигналы. А на приёме происходит обратное преобразование.
— Извините, мистер, но тогда появляется возможность не переписываться, а… переговариваться. Я правильно вас понимаю?
— Именно так. Когда-то подобное устройство создал некий итальянец Меуччи, проживавший в Америке. Кстати, друг сеньора Гарибальди, знаменитого революционера. Так этот Меуччи не только создал сиё устройство, но и установил ближайшим соседям, чтобы поговорить иногда. Кажется в конце 50-х, я лишь читал о нём в библиотеке.
— Почему же оно неизвестно до сих пор, господа?
— Обычная история, мистер Вермонт. Итальянец работал костюмером в театре, а электротехникой занимался лишь как хобби. Вот и не придал значения эпохальному изобретению.
Сам удивлён тому, как мне в рот заглядывают собеседники, а люди, сидящие за соседними столиками, даже притихли, вслушиваясь в мою речь. Неужели это настолько интересно, что у них перебило аппетит?
— Поразительно, мистер Изборски, я обязательно свяжусь со знакомыми инженерами с Востока. Это же совершенно эпохальное изобретение и его нельзя пропустить.
— Эх, ценнейшие новинки требуют своих инвесторов, но мало кто готов вкладываться в неизвестное и непонятное. Я именно поэтому сконцентрировался на мехах, чтобы иметь возможность вложиться в очень выгодные разработки. Дополнительные финансы сами не придут, ха-ха-ха.
Зачарованный Пол скрипел мозгами, чтобы определиться с отношением ко мне.
— Извините, у вас столь необычная фамилия. Кроме того, создаётся впечатление что вы имеете университетское образование.
— Я русский, внебрачный сын князя Изборски. Сами понимаете, что родственники не заинтересованы во мне. Вот и путешествую, чтобы самого себя создать в итоге. Да, имею хорошее образование, но не более.
— Печально. А мы смогли бы с вами встретиться завтра? Вдруг вы ещё о каких-нибудь изобретениях знаете, которые пока неизвестны публике? Заодно, посмотрите у меня в салоне различные новомодные товары.
Я согласился, так как и сам хочу определиться с нынешним уровнем инноваций. Вдруг что-нибудь подскажу как усовершенствовать. Высокоумный трындёж иногда помогает в установлении связей. Кроме того, мне нужен хоть какой-нибудь документ. Лучше всего получить американский паспорт, а на его основании можно будет и российский спроворить. Здесь, как я понял, паспорта нужны лишь тем, кто хочет голосовать на выборах. Остальным он по барабану. Ну или до одного места.
Вернувшись в наш двухместный номер я сразу подвергся небольшому допросу.
— Бабун, а ты правда Эндрю? Если что я подтвержу где надо, но не хотелось бы лгать лишний раз.
— Джордж, да какая разница, если у меня нет ничего, подтверждающего личность, даже выписки из церковной книги. Вот и пробую использовать момент доброжелательности, чтобы обзавестись хоть каким-то документом.
— Тогда я тоже хочу получить паспорт. Тем более, что у меня есть выписка из церковной книги.
Вот и переобули наши ближайшие планы на ходу. А ведь собирались уехать из Оаквуда через два-три дня, чтобы не светиться там, где неподалёку нагадили.
    
Глава 4
 
Глава четвёртая
Мы пересеклись с нашим новым знакомцем за завтраком.
— Мистер Изборски, сэр, я вчера после вас навестил одного своего друга. Он специалист по европейским вопросам. Извините за любопытство, но когда я назвал то, что вы упомянули, мой друг удивил меня. Слово «кназ» оказывается означает высокий русский титул, соответствующий европейскому титулу «герцог». Позвольте мне называть вас «сэр», а не «мистер».
— Как вам будет угодно, мистер Вермонт, но здесь, в Америке, демократия и титулы ничего не значат на мой взгляд. Да и какой я «дюк», если не имею домена, ха-ха. И живу, как простой человек, оценивая других по деловым качествам, а не по сиятельному списку предков. По-моему, каждый представляет из себя то, чего достиг, а прошлые заслуги предков не важны, честно говоря.
Собеседник удивился и кажется восхищён тем, что я не высокомерен, а наоборот разумно прост в общении. Джордж тоже удивился, осознав что кровавый убийца, оказывается, является существом высоких кровей. По крайней мере, он больше не называл меня «бабуином», перестроившись на «эндрю».
— Если вы не имеете каких-нибудь планов на утро, мы можем посетить мой салон. Мне очень интересно ваше мнение о новинках.
— Хорошо, мистер Вермонт, так и сделаем.
Добродушный хозяин доставил нас на своей коляске в личное инновационное царство, где довелось увидеть множество малоинтересных для меня устройств. Конечно, все эти усовершенствованные косилки и ткацкие станки полезны, но какие-то древние на мой взгляд. И это понятно, потому что супер-пуперство второй половины девятнадцатого века напрочь устарело к двадцать первому, оставшись в своеобразном «прошлом тысячелетии».
— Честно признаюсь, что всё это полезно и необходимо. Увы, но я ничего интересного лично для себя не нашёл, — подсекаю аккуратно, чтобы добыча не сорвалась с крючка преждевременно, — наверное это потому, что имею интерес в несколько иной сфере.
— Объясните, если не затруднит. Здесь есть даже устройства, которые только-только начали изготавливать.
— Дело в другом, мистер Вермонт. Позвольте привести пример. В 40-х годах в России в регионе Уральских гор работал специалист по металлургии, некий господин Аносов. Если вы сталкивались с добычей золота, а именно золотого песка и самородков, то обратили внимание на одну странность. Из золотоносного песка добывают песчинки золота. Это называется «золотым песком».
Вермонт внимательно следит за моим не очень казистым объяснением, чтобы не упустить сути.
— Так вот, инженер Аносов решил не вымывать золотые песчинки, а просто обработал весь золотоносный песок в доменной печи. В результате, получилось нечто вроде чугуна, который он растворил в серной кислоте. Золото, как раз-таки с кислотой не взаимодействует. Таким образом он увеличил выход чистого золота в 8 раз! Из того же количества песка.
Ошарашенный слушатель явно отказывался поверить в чудо, причём справедливо.
— Но как же так, сэр, откуда взялось дополнительное золото?
— Я сам удивился, начав читать статью, но дальше нашлось разъяснение и довольно логичное. По сути, песчинки это те же самородки, только совсем малюсенькие. А основное содержание золота находится в тех песчинках, которые на вид выглядят обыкновенным песком. Понимаете, золото внутри кремния.
Наш друг не растерялся, сообразив что к чему, а даже приободрился.
— Так может весь песок в таких местах растворять в кислоте? Тогда нерастворённым будет оставаться лишь чистое золото.
— В том-то и дело, что на растворение многих тонн понадобится огромное количество кислоты. А если состав сначала расплавить при высокой температуре печи, то многие излишки уйдут со шлаком. А то, что останется, уже можно подвергнуть кислотной обработке.