"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Ага, внимание привлечено и бандильерос ссаживаются, прервав свой путь в никуда. Чего-то маловато их, я лишь одиннадцать двигающихся насчитал. Впрочем, ещё одного угораздил от всей души юноша, залегший в нескольких метрах от меня. Ответная стрельба пока не очень прицельна, поэтому шмаляю аккуратненько прицеливаясь и вылавливая цели. Ага, рассыпались и стараются прятаться за камнями или иными издержками топографии, постепенно продвигаясь наверх по склону. Мы ещё пару подстрелили, когда сработал засадный полк. Джорджу хорошо видны спины атакующих, вот одного, а затем и другого приголубил.
В перестрелках автоматически считаешь тех, кто выбывает, а в итоге в голове остаётся лишь число действующих таргетов. В нашем случае их шесть, а это уже поправимая ситуация. Правда остатки сладки уже очень осторожны и стали совсем редко высовываться. И где знаменитый сверхметкий ганфайтинг спрашивается? Или мекситосам тоже жить хочется без героизма? Их лошади так в сотне метров разбрелись, видимо давно приучены к самостоятельности.
«Моралесы»-аморалесы растянулись, но наш туз в рукаве оказался козырным, как ни странно. Бежать к нему они не стали и теперь ёжатся, пытаясь укрыться между камнями. Именно «между», а не «за» как дотоле. Такое впечатление, что у бандитов не было никакого плана на случай возможной засады. Или они разбалованы предыдущей наглостью, когда толпой врывались в деревни и творили произвол против мирных жителей, боящихся вступить в схватку? Впрочем сложно проявить героизм, когда рядом свои родные и дети, это я понимаю.
Ещё одного снял, когда он метнулся из одного укрытия к другому. Блин, меня пять месяцев в учебке по два часа в день заставляли стрелять из любых положений, да ещё, порой, и навскидку. Небось заклёпочники будущего начнут трындеть о «мышечной памяти, несвойственной новому телу». Причём с такой уверенностью, как будто… чбан, ещё одного метнувшегося удалось угомонить. Тут же кого-то выцелил Джордж, замочив с трёх выстрелов.
Вот и момент истины — четверо оставшихся запаниковали и побежали к лошадям вразнобой и петляя, как зайцы. Дистанция в сто метров преодолевается профессиональными спринтерами за десять секунд и жертвам неразберихи их хватило, чтобы получить своё. Последнего (странно, но стопудово самого нарядного) я жбахнул, когда он на треть секунды тормознул, достигнув своего коня. Скакуну ничего, а моя крупнокалиберная «маслина» явно пришибла беглеца, попав в пресловутую спину.
Теперь самый сложный и длительный манёвр предстоит — нужно пройтись по всем, кого наваляли, и добить раненых, коли таковые имеются. Потом придётся оперативно собрать хабар, обшмонав убивцев как следует, и побыстрее самим свалить куда подальше. Нечего дожидаться полицейских машин или каких-нибудь шерифствующих умников ради торжества справедливости. Могут нас самих обвинить в нехорошем поведении и повесить где-нибудь за рекой. Почему не прямо здесь? Просто вокруг ни одного дерева не видно, лишь кустарники и подобная хрень растёт.
— Бабун, а ты, что, воевал? — интересуется Джимми.
— Всякое в жизни бывало, дружище, только не здесь, не в Америке.
Я когда-то читал, что снайперов не любили ни федералы, ни конфедераты. Своих они презирали, а чужих казнили без суда и следствия. Впрочем и в Штатах будущего к армейским относятся с опаской и предубеждением, причём вполне обоснованно. Я даже рад, что на моём «шарпсе» нет прицельной трубки, а значит и я, по визуальному определению, не снайпер. Те же винчестеры, как и револьверы, обыденны, а вот винтовки со спецоборудованием наверняка нежелательны в обиходе. Разве что на бизонов охотиться или на каких-нибудь слонопотамов.
— Если мы поспешим, то успеем до утра добраться до ранчо Сандлера, — поделился Джордж, достойно поучаствовавший в боёвке.
— Друзья, давайте-ка уберёмся отсюда и где-нибудь подальше заночуем, — предлагаю промежуточный патр… блин,…вариант, — а до Сандлера хорошо бы обсудить, как дальше жить собираемся.
— Бабун, мне, честно говоря, тоже больше не хочется иметь дел с Риганом, — словно выдохнул нечто наболевшее бородатый подельник.
Лишь безбородый Джимми непонимающе уставился на нас. Парня лишают бандитской романтики, когда один за всех, а все на одного. Разрыв шаблона, мать-перемать, да ещё в тинэйджерском возрасте. Однако он спорить не стал, предпочтя попозже, вечерком, перетереть на столь скользкую тему.
Удобное место нашлось через несколько миль. Вполне себе удобная и солидная роща примыкала к какому-то холму и вполне прикрыла нашу стоянку от дороги. Не сказать что особый трафик имеется, но лучше схорониться от потенциальных неприятностей. Тем более, что с нами табунчик трофейных лошадок, который каждому разбойнику захочется экспроприировать. Да и другие составляющие дувана денег стоят, что ни говори. Пока доверили Джорджу общее руководство, как самому опытному подельнику. Он, кстати, лишь полгода в банде Ригана состоит. То трапперствовал из года в год, то золото мыл, правда не очень удачно добытым распоряжался. Даже фермерствовал полтора года, пока злые люди не ограбили и чуть не прикончили начинающего земледельца.
Теперь, закончив с обустройством стоянки, сидим возле костерка, нямкаем и (куда же без этого) лясы точим. Кста, не только трофеи пересчитали, но и свои «доли».
— Бабун, тебе должны были выдать десятую часть, — поясняет бородач, — мне тоже, но здесь почему-то лишь три тысячи шестьсот долларов.
— Джорджи, у меня столько же. Наверняка Снэйк отщипнул от нас, когда времени на проверку не было.
Наш вьюнош молчит, ибо ему вообще ничего не выдали, коли не попросил вовремя.
— Понятно, что нас оставили на убой, но зачем? — высказываю версию.
Нет желания выдумывать легенду об амнезии, а правдой делиться тоже не хочется. Да и что мне хочется? Пока в калейдоскопе событий и времени не было подумать толком, лишь по поверхности скользнул.
— Так вы поедете на ранчо или нет? — напрямую спросил Джим.
— Придётся поехать, раз нам не доплатили, — отвечаю, — и лошадей нужно продать, как и оружие мексиканцев. Надеюсь, что ранчеро нам поможет с этим.
— Сандлер не совсем фермер, хотя и следит за своим хозяйством. Ранчо примыкает к горам, говорят что он там золото нашёл и тайком его моет.
Разъяснение Джорджа внесло в мою голову свежую мысль.
— А может он просто посредник и скупщик краденного?
Чего-то штампы с клише опять разгулялись у меня в мозгах, надо бы поубавить их воздействие. Мало того, следует определиться чем я собираюсь заниматься в дальнейшем. Ну не бандосить же всю предоставленную вторую жизнь. Решил чуток приоткрыться братцам по несчастью.
— Друзья, я собираюсь заняться мирным бизнесом, раз деньги появились. Хочу перебраться в Северную Калифорнию и заняться торговлей мехами.
— Бабун, возьми меня с собой, — раскрылся Джордж, — я опытный траппер и в мехах хорошо разбираюсь. Ну не по мне эти перестрелки и глумление над простыми людьми, поверь.
— Верю, Джордж, верю.
Бедолага Джимми видимо своим ушам не доверяет. Тут такая карьера намечается в мире настоящих мужчин, а уничтожение банды Моралеса своими руками моментально должно поднять авторитет среди бравых ганфайтеров. Какой смысл возвращаться в мир слабаков и трусов? Однако парень уже приучен не лезть поперёк батьков со своим мнением, поэтому лишь прислушивается, но не поддакивает. Кроме того, у мексов мы нашли денег (в основном, у Моралеса). Более двух тысяч песо насчитали. Джиму отдали семьсот, а то он совсем нищеброд получается из-за своей доверчивости и покладистости. За лошадей и оружие (после их продажи) тоже треть выдадим и будет ему счастье, всё-таки деньги по нынешним временам и дешёвым ценам хорошие. В той же России, а точнее в Сибири, он мог бы лавку открыть, имея такой капитал.
Собакость волчачья, матерь помидора! А кто мне мешает самому в Русию отправиться и там чего-нибудь замутить на имеющееся бабло? Ну сколько в этой сраной Америке можно куковать? И так почти тридцать лет прошлой жизни хернёй (пусть и на благо Родины) маялся. Понятно, что сейчас Романовы рулят, а революционеры бомбами кидаются, но неужели не впишусь между ними? Да и семьёй пора бы обзавестись, а то бобылём задрало жить. И кто мне слово поперёк скажет, какие такие идеалы раком на пути встанут?