Друзья, любимые и одна большая ужасная вещь. Автобиография Мэттью Перри
В феврале Джулия появилась на шоу Леттермана, и он стал донимать ее вопросами о том, встречаемся мы или нет. Она только что снялась в качестве приглашенной звезды в сериале «Друзья» в «Эпизоде после Суперкубка». Этот эпизод был перенасыщен приглашенными звездами: Джулия, Жан-Клод Ван Дамм, Брук Шилдс, Крис Айзек и другие, и потому его посмотрели 52,9 миллиона человек. Это оказалось самое популярное шоу, когда-либо следовавшее за финалом Национальной лиги по американскому футболу. Одни только доходы от рекламы уже были ошеломляющими — более полумиллиона долларов за тридцать секунд эфирного времени! Стало ясно, что наше шоу теперь прочно заняло место главной «дойной коровы» канала NBC.
(И все же я до сих пор помню пару ночей, когда думал, что мне лучше было бы вызвать неотложку, чем сниматься в «Друзьях». Мне по-прежнему недоставало внимания. Эта проблема все так же была со мной, она стала моей неотъемлемой особенностью, как отпечатки пальцев или цвет глаз.)
Джулию в сдвоенном эпизоде снимали через несколько дней после Нового года — с 6 по 8 января. Мне подготовили реплики типа: «И тогда я использовал юмор как защитный механизм — слава богу, я больше так не делаю» и «Я встретил идеальную женщину». А наш поцелуй на диване был настолько похож на настоящий, что зрители подумали, что он настоящий.
Да он таким и был! Джулия в сериале была великолепна, и химия наших отношений, казалось, разлилась из телевизоров по всей Америке.
А в ответе Леттерману Джулия в очередной раз показала свою способность отшить кого угодно:
— Да, я встречалась с Мэттью Перри, и по какой-то причине, может быть, из-за того, что я участвовала в «Эпизоде после Суперкубка», люди подумали, что это Мэттью Перри из «Друзей». Но на самом деле так звали продавца мужской одежды, которого я встретила в Хобокене, штат Нью-Джерси. Впрочем, Мэттью Перри из «Друзей» тоже хорош, так что и против такой ошибки я не возражаю.
Она также назвала меня «ужасно умным, забавным и красивым».
Все тогда так и было.
В апреле, когда мы закончили работу над вторым сезоном, я отправился в Вегас для съемок в своем первом художественном фильме. Мне заплатили миллион долларов за роль в картине «Поспешишь — людей насмешишь» с Сальмой Хайек. На сегодняшний день это, наверное, мой лучший фильм.
Если бы я сейчас снимался в таком фильме, то приехал бы на съемки с тремя спутниками — в основном потому, что боюсь оставаться один. Но в те времена я приехал соло. Меня не переполнял страх, как это происходит сейчас. Я думаю, именно поэтому отправляют на войну молодых людей. Они молоды, им не страшно, они непобедимы.
Не поймите меня неправильно, но перед съемками фильма «Поспешишь — людей насмешишь» я очень нервничал. Я оказался в Вегасе, на моих плечах лежала ответственность за фильм ценой 30 миллионов долларов… Когда в первый день меня повезли домой, я попросил водителя остановиться, а когда он остановился, я выскочил из машины, и… меня вырвало от страха прямо на обочине.
На съемках художественного фильма работа идет медленно, а роль получается только в том случае, если вы действительно чувствуете то, что пытаетесь изобразить как чувство. Актерам ТВ бывает трудно перейти к более глубокой по содержанию работе, а мне это показалось еще труднее, потому что режиссеры художественных фильмов склонны снимать сцены не в том порядке, в котором они потом будут показаны на экране.
Помню, на второй день съемок фильма «Поспешишь — людей насмешишь» мы снимали сцену в кабинете акушера, где герои впервые услышали, как бьется сердце их ребенка. Я понятия не имел, как все это прочувствовать, учитывая, что я впервые видел Сальму. А потом, как я помню, снималась сцена, в которой я должен был заплакать, и я тоже очень боялся с ней не справиться. Как быть? Я думал об этом весь день и беспокоился об этом всю ночь, но в конце концов как-то ухитрился справиться с задачей. Собственно говоря, уловка была проста — нужно было думать о чем-то таком, что заставляет вас сильно грустить. Проблемы в том, что: а) необходимо сделать это точно в нужное время, и б) вы должны повторять это снова и снова.
В тот день на съемках фильма «Поспешишь — людей насмешишь» я проплакал все рабочее время. Я подошел к режиссеру Энди Теннанту и сказал: «Слушай, мы занимаемся этим уже десять часов. Во мне ни одной слезинки не осталось».
На что Энди ответил: «Друг, нам осталось всего два дубля».
Такая перспектива заставила меня расплакаться. Мы оба рассмеялись и согласились в том, что в баке должно было остаться еще немного слез. (На самом деле мне легче играть драматическую роль, чем комедийную. Я смотрю на сцену и думаю: «Что, так мне не обязательно быть смешным? Это будет совсем не сложно». За свою жизнь я был номинирован на четыре премии «Эмми». Одна из них в комедии и три — в драмах.)
Я начал придумывать всякие нестандартные стратегии для того, чтобы задействовать настоящие чувства и стать скорее лидером, чем забавным актером ситкома. В полдень в отеле Stratosphere в Вегасе устраивают большой фейерверк. Я пригласил Сальму заглянуть в это время в отель, чтобы понять, как чувствовал себя мой персонаж, когда впервые встретил ее героиню.
Сальма тоже старалась изо всех сил. Однажды в начале съемок она зашла в мой трейлер со словами «Давайте немного полюбезничаем».
Я сделал все возможное, чтобы изобразить Чендлера; дважды бросил на нее сардонический взгляд и произнес: «О, хорошо! Давайте немного полюбезничаем!»
У Сальмы всегда были очень сложные и путаные идеи о том, как нужно играть ту или иную сцену, но ее многословные объяснения не всегда помогали. В фильме есть сцена, в которой я признаюсь ей в любви. Она стала предлагать нам не смотреть друг на друга — скорее, мы должны были вместе смотреть в будущее. Прослушав эту чушь минут двадцать, я наконец сказал: «Слушай, Сальма, в этой сцене я говорю тебе, что люблю тебя. Поэтому ты смотри куда хочешь, а я буду смотреть на тебя».
На протяжении всего процесса создания фильма я просматривал сценарий и постоянно шутил с Энди Теннантом, который оказался очень умным и невероятно милым парнем. Он постоянно меня осаживал: когда я начинал прыгать и вообще вытворять свои забавные штучки, он отводил меня в сторону и говорил: «Ты не должен этого делать. Ты достаточно интересен и без всяких твоих штучек».
Такой ход мыслей позволил ему добиться от меня одного из лучших выступлений в моей карьере. Ну разве можно было найти иной способ сказать: «Мэтти, хватит!» — слова, которые я хотел услышать всю свою жизнь? (Энди снял десятки фильмов, в том числе «Правила съема: Метод Хитча» с Уиллом Смитом в главной роли. Думаю, снимет и еще: как говорится, хорошие парни не приходят к финишу последними.)
Энди также был всегда готов выслушать ваши предложения. Однажды мой друг Эндрю Хилл Ньюман, который пришел посмотреть на меня на съемочной площадке, придумал для меня фразу: «Ты — все, чего я никогда не знал и чего всегда хотел». Я написал эту фразу и передал ее Энди Теннанту. Режиссеру она понравилась, а потом понравилась и зрителю. Более того, она стала самой известной фразой в нашем фильме. А я всегда говорю, что это, наверное, самая лучшая реплика из всех, какие я произнес в кино.
* * *Однажды во время съемок на водохранилище Мид я увидел на заднем плане кучу людей на гидроциклах, и я спросил, могу ли я покататься на такой штуке во время обеденного перерыва. Это происходило в самом начале работы над фильмом, и мне сказали, что это слишком опасно.
Но тогда мне все было можно, поэтому я просто сказал им: «М-м-м, а ведь правильный ответ на этот вопрос — „Да!“».
Итак, я направился к водохранилищу Мид. Солнце стояло высоко; голубая вода искрилась, как пламя. Катаясь на гидроцикле, я мог видеть вдалеке плотину Гувера, где должен был сниматься кульминационный момент фильма, и гору Уилсона, которая нависала над всем пейзажем как последнее предупреждение. Но предупреждение — кому? Не мне же?! В моей жизни все было идеально. У меня была подруга — самая красивая и знаменитая женщина в мире. Я снимался в американском телешоу номер один. Я зарабатывал кучу денег, снимаясь в фильме, который просто не мог не стать самым кассовым хитом. Я сильно раскрутил гидроцикл и почувствовал, что слабо связан с водой. Я вертелся туда-сюда, волна заставляла меня скакать на сиденье вверх и вниз, а моя правая рука все поворачивалась, поворачивалась и поворачивалась, подталкивая гидроцикл к его предельной скорости.