Оценщик (СИ)

— А твоя война с ленью тоже учитывается? — поинтересовалась лолька. — Если учесть, что ты в том конфликте постоянно проигрываешь…
Зараза такая.
— Думаешь это как раз то, что мне нужно в качестве подбадривания перед сражением? — поинтересовался я.
— Ну, — лолька постучала пальцем по губам, — хочешь, могу привести сюда коня Дари, на нем разомнешься, так сказать сбросишь пар…
Сидящие в метре от нас несколько девушек-воительниц демонстративно пересели на десять метров подальше.
— Спасибо, Лоль, ты всегда знаешь как меня подбодрить, — вздохнул я, понимая, что оброненные ей слова реально попортят мне жизнь.
— Обращайся, — без тени иронии искусственное чудо в платье показало мне большой палец.
Улыбнулась так, что у меня волосы во всех нескромных местах начали преждевременно седеть и выпадать.
Да еще и подмигнула.
— Ты же в курсе, что выглядишь сейчас как героиня какого-то второсортного анимэ? — уточнил я. — Пожалуйста — больше никогда так не улыбайся. Дебафф морали лютейший.
— Склоняюсь к мысли, что весь этот мир живет по идиотским законам социальной механики, — посерьезнела она. — Поэтому, по закону жанра, ты должен победить.
— Тебя точно собрали не на платформе робота-тролля? — полюбопытствовал я у машинки смерти.
— Гарантирую, — кивнула она. — Цель моего существования — оказание поддержки в захвате миров. Ну, или в их уничтожении.
— Я с тобой больше рядом спать не буду, — серьезно, начинаю ее уже побаиваться.
Просто шаблон рвет это детское личико и то, что она произносит — причем даже не знаешь, стебется она надо мной или на полном серьезе говорит.
— О, Предки, — услышал я обреченный голос Дари, подошедшей ко мне со спины. — Теперь мне понятно, почему второй взвод считает тебя извращенцем и желает, чтобы генерал выпотрошил тебя как свинью. 
— Разговоры на околопедофильные темы мотивируют общество к линчеванию, — великомудро изрекла лолька, закрыв глаза, подняв указательный палец вверх и задрав носик.
Ну будто заповеди со скрижалей читает.
— Хорошо еще, что я знаю вас получше и понимаю, что это не более чем недоразумение, — вздохнула Дари.
— Вообще-то мы ни о чем таком извращенном не говорили, — запротестовал я. — Просто лолька предложила мне привести твоего коня, чтобы я расслабился перед боем… Эм… Лоля, а чего у нее так лицо перекосило?
— Инсульт, похоже.
— ОТЪЕБИСЬ ОТ МОЕГО КОНЯ, ГРЯЗНЫЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ!!!
О, те дамочки в черном снова пересели…
Не понял.
С какого рожна они подсели ближе-то, а?!
«Идет начисление большого количества очков злодеяний!»
— Слышала? — обратился я к лольке. — Кажется у Дари зубы крошиться начинают…
— Зато глотка уже неплохо подготовлена для прославляющих твои умения восклицаний.
— Капитан, — процедила сквозь свои жемчужные зубки сисястая лейтенантша, убивая меня взглядом и игнорируя термоядерную засранку в сандаликах, — ты можешь просто пойти на арену, сразиться с генералом и просто сдохнуть как любой уважаемый мной мужик?!
— Прости, милая, — я похлопал девушку по щеке, — но, чтобы меня уважать, тебе сперва придется как следует попотеть подо мной.
И спокойно себе пошел в сторону центра присыпанного песочком дуэльного ринга.
«Идет начисление очков злодеяний».
Хм… и кто из них двоих сегодня тормоз — «Злодейка» или Дари?
И вообще, что-то маловато очков мне перепало за последний подлый приемчик, надо проявить больше изобретательности.
* * *
Генерал Триплескар выглядел все такой же старой пожеванной калошей, которую трепали дворовые собаки, предварительно искупав в луже.
Ну, разве чего доспехи его сияли, как у кота яйца, а седина…
— Старик, ты чего, укладку сделал? — спросил я у него первым же делом, как только мы сошлись в центре местного Колизея.
— Настоящий мужчина должен быть неотразим, выходя на бой с тем, кто оскорбил его честь! — пафосно заявил старикан, выпятив тощую грудную клетку. — На меня возложена великая честь…
 
— Мужик, честное слово, иди помойся, — посоветовал я. — Выглядишь как педик. А я вообще-то не в «Голубую Устрицу» пришел, а на дуэль.
«Идет начисление большого количества очков злодеяний!»
Хм… Недурно, недурно.
Так, погоди, чего это он.
— Старикан, ну харош тебе! — взмолился я, видя, как он, насупившись и потряхивая нижней челюстью, повернулся ко мне боком и своим визгливым голоском крикнул в толпу зевак. — Ваше Величество! Этот безродный пес только что оскорбил меня еще раз!
— Эм… Мужик, ты серьезно? — не поверил я. — Решил поплакаться принцессе, что тебя педиком назвали?
— Вот! — старикашка ткнул в меня пальцем. — Еще раз сделал это!
— О, благороднейший из генералов, — услышал я знакомый полудетский голосок-колокольчик. — В чем же заключается оскорбление на этот раз?
«Идет начисление большого количества очков злодеяний!»
Машу ж вать, серьезно!?
Проследив направление взгляда старикана, к своему удивлению обнаружил, что принцесса с минетным именем сидит на простой скамеечке среди простых граждан, как ни в чем не бывало…
А, ну да… 
Простые граждане наверняка носят кольчуги под плащами и дорогие артефактные штучки.
Хитро. 
Типа как будто и с народом, но и под охраной.
— Он, он, он… — старикашка замялся, а я получил очередные очки злодеяний. — Он… он сказал…
— Господи-боже, — взмолился я, схватив все еще выставленный в мою сторону указательный палец и проводя болевой на нем, отчего старик рухнул на песок и заверещал, как недобитая свиноматка, порванная вдоль во время седьмых подряд родов после случайной связи с изголодавшемся по женской ласки бегемотом с плохим зрением и дальтонизмом. — Я назвал этого расфуфыренного чмошника педиком. Потому что у меня на родине иначе кроме как для торговли своей жопой или ртом, мужики его возраста не подкрашивают губы, не затеняют глаза и не укладывают волосы.
«Идет начисление охрененно большого количества очков злодеяний!»
Система взвизгнула так, что я даже ухо прочистил мизинцем.
— Господин Смелый, — вот по глазам вижу, что эта принцесса моихэротических фантазий явно лыбится мне не просто так, а вот точно не будет против превратить мои сны в реальность после того как старикашка будет страдать. — Мы все вам благодарны за то, что вы сумели нанести поражение отряду противника и отбили у них смотровую башню… Но, не были бы вы еще столь любезны сперва одну дуэль провести, а затем уже организовывать себе другие?
Ага.
То есть ты как минимум рассчитываешь на несколько подобных «историй» с дуэлями?
Бесплатные гладиаторские бои себе нашла, что ли?
— Палец! — прошипел старик. — Палец отпусти!
— Как скажете, — пожал плечами я, обращаясь к обоим. — Но, старикан, ты лучше все равно сходи, помойся.
Пришлось еще минут пять выслушивать оглашение условий навязанной мне дуэли, полностью совпадающие с тем, что сказала лолька в темнице.
Без увечий, без смертей, победитель может забрать оружие и доспехи побежденного.
Старичок аж скривился, посмотрев на меня, одетого в облегающий поддоспешный костюм, вырисовыввающий всю мускулатуру и дешевый «Разрядник» в руке.
Он такими мечами, наверное, вместо афродизиаков пользуется, так что в случае поражения не разбогатеет.
Даже если проиграю, то ни броней, ни поддоспешником он или кто-то другой воспользоваться не сумеют — для этого нужен имплант в голове.
А, ну и в моем случае, в случае поражения, принцесса может удовлетворить просьбу генерала, если таковая будет озвучена, сделать меня его рабом со всеми вытекающими.
И если до сих пор я был полон скепсиса по отношению к этой процедуре, то вот в контексте «парадно выгребного» вида старикана, серьезно напрягся за свои тылы и будущее.
Не внушает мне этот заносчивый сморчок гетеросексуального доверия.