Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

- Но дело и не в этом тоже? – недоверчиво смотрел на него полковник.
- Вы хорошо знаете меня, Алекс – ни вы, ни я не привыкли отступать… - помолчав, он цинично ухмыльнулся: - Вы знаете - я последователь Кондорсе и Ламетри - в моей жизни нет бога. И никогда не будет идолов. Разгадывая же тайны баронессы… эта ночь как-то незаметно выпала из моей жизни и подозреваю, что то же самое может случиться и с самой жизнью. Оставим даму дю Белли лазарету, Алекс.
- Я еще раньше сделал такие же выводы. Из иных соображений, но принял это же решение. Оставим, Луи… Но это не значит – лишить её здешнего общества, - напрягся полковник.
- Пусть решает общество, - легко согласился маркиз.
- А что касается её слов о… тактике наступления? Это могли быть… не её мысли? – осторожно спросил ла Марльер.
- Как раз таки – её! – отрезал маркиз, - женщины живут чувствами и ничего не смыслят в чести. Я уж не говорю о стратегии.
  
Глава 22
 
Этот населенный пункт назывался не До и не По, а Ло - деревня во французской глубинке, оказавшаяся красивейшим местом. Гористая местность, леса, виноградники в долинах, но главное – небольшая речка, срывающаяся многочисленными каскадами на перекатах. И каменные дома вдоль её берегов… и старый арочный мост. И мрачный замок… который с трудом можно было так назвать – просто большой квадратный дом с одной башней сбоку, доминирующий над остальными постройками Ло.
Над ним не реял штандарт сюзерена и не наблюдалось оживления во дворе, даже не сушились простыни или другие тряпки – это было видно, он просматривался от моего дома.
И мой дом тоже был каменным, под черепичной крышей… опять же. А как тут еще? И почти весь оплетен девичьим виноградом – вполне себе с виду… дом. Я с интересом рассматривала его, уже приятно предвкушая жизнь здесь – с видом на высокие, поросшие лесом холмы и бурлящие перекаты. Место мне нравилось и дом нравился. Не то, чтобы очень, но… пойдет.
- Если вам потребуется помощь, мадам, только скажите, а она потребуется, - кивала сама себе одетая в темную одежду женщина средних лет. Бригитт – почти точная копия той Алэйн, только моложе. Та же манера одеваться, говорить, держать руки под фартуком, чепец…
- Что вы хотите за уборку всего дома? – осторожно поинтересовалась я, - я бы пока прогулялась вдоль реки, а, вернувшись к вечеру…
- Ну кто же так делает?! – возмутилась она, - сегодня моя Жюли уберет только вашу спальню – выдраит её до блеска, выбьет перины. Хотя… я сама хочу взглянуть, что там оставил Жером и в каком состоянии. Вы не против, если я войду в дом вместе с вами? – и не дожидаясь ответа, она вынула из моей руки большой ключ и вставила его в замочную скважину.
Из-за открытой двери пахнуло сыростью и чем-то еще - неприятным, нежилым. И похоже плесенью. Я даже отшатнулась, прикрывая рот и нос рукой. И сдавленно пискнула, подскочив на месте – мимо ног шмыгнула крыса.
- Худо дело, - проворчала женщина, - хотя чего было ждать? Жил одинокий мужчина, да и три зимы уж не топлено… или больше? Я отопру ставни – пождите тут, мадам.
Я пождала… потом вдвоём, прикрывая носы платочками, мы прошлись по комнатам первого этажа – небольшому залу с камином и кухне, кладовой комнате и хозяйственной. А потом, поднявшись по узкой лестнице, прошли и по второму, где находились две спальни и еще один просторный чулан. Снаружи дом казался намного больше, но потом я сообразила – толстые стены безбожно воровали метраж. Комнаты были маленькими, а еще – пустыми. В тех, что были хоть как-то обставлены, постельное и все ткани были изъедены, пух из перины и подушек валялся на полу неопрятными комками… Деревянный пол второго этажа был густо усыпан крысиным пометом.
- Я так скажу вам, мадам - жить там будет можно, - говорила Бригитт, когда мы возвращались к ней в дом, где остались мои вещи.
- Но дом сильно большой для вас, да и вынести оттуда нужно все до щепочки – засырело. Высохнуть – высохнет, но запах не уйдет, так и будет смердеть гнилью. Все нужно новое… а вы не то, чтобы сильно при деньгах. Так же? – с укоризной глядела она на меня.
 
- Как бы – да, - согласилась я, - но у меня есть планы…
- Знаю я, какие в молодости планы... Да только не туда вы за этим… - ворчала она, - тут викарий дом продаёт. Маленький дом, но добрый и хозяйка в нем была добрая. А этот – свой, с приплатой можете предложить нашему виконту – он кузни собирается завести. Стало быть, завезет сюда кузнецов. Семейных, должно быть, а дом просторный…
Я не особо вникала пока в подробности, голова пухла от количества информации и неприятного чувства, что меня безбожно надули. Скотина Жером это и сделал. Нет, ну как пел, как восхвалял! Хотя… больше, пожалуй, о местных красотах говорил. А мне тогда было не до этого – вынести бы как-то присутствие дю Белли.
Бригитт уложила меня спать в гостевой комнатке, предварительно накормив рыбой с капустой и дав возможность помыться с дороги. Укутавшись в длинную ночную рубаху, я согрелась в перине, пахнущей лавандой и попыталась уснуть, оставив выяснение всех сложных моментов до утра.
Деревня засыпала рано – с сумерками. Вокруг меня стояла тишина… камень обладал идеальными шумоизоляционными свойствами. Я пялилась в темноту и прислушивалась до звона в ушах, вспоминая такие же ощущения и понимая, что моя жизнь здесь – в этом мире, будто сделала виток и вернулась в точку отсчета. Я опять была одна - в смысле одиночества и опять в глуши, темноте, полной тишине... Но то время и это не сравнить. Сейчас все было не так плохо – и относительная независимость, и собственная крыша над головой у меня были. И дом можно продать… я ведь и хотела продать? А на эти деньги рвануть в Россию, чтобы искать там своих предков – захудалых дворян Рохлиных... Если есть мадам Помпадур – почему бы не быть и им?
Сейчас эти планы казались бредовыми. И даже не ребенок сейчас все решал – погладила я совсем плоский еще живот. Просто тогда я не знала этой жизни, не понимала местных реалий, не воображала себе расстояний. Восемь льё от Безансона до Ло, которые казались мне пустяком – восемь всего! Но, если не принимать в счет ночевку, они вылились в общей сложности в полный день езды по пересеченной местности. Километров шестьдесят… минимум. Не так далеко, но, вспоминая оживленный город, я чувствовала себя за тысячи километров от него.
А еще я до этих пор почти не ориентировалась в деньгах и ценах. Дешам посчитал всё, что вручил мне дю Белли и еще хлопнул на стол те деньги, которые, оказывается, выдали мне, как зарплату. Прикинул и сказал, что, разумно экономя, я смогу прожить в Ло года два. И год, если жильё окажется сильно не в порядке и придется в него вложиться. Как чуял…
Но деньги пока были и это придавало уверенности. А еще нравилось это место, и теплая, солнечная погода – последние летне-осенние дни. Я и с места сорвалась, чтобы не буксовать потом по грязюке! Хотя кого я обманываю?
Когда вдруг вдохнула тот самый запах… даже не так – духи могли повторяться. Я по выражению лица, по глазам его всё поняла! И что делать, когда сразу паника до полной почти слепоты и глухоты? Когда потребность страшная – упасть, забиться в какой-нибудь дальний угол и заткнуть уши и зажмурить глаза, чтобы никогда и никого не видеть и не слышать?!
Я сбежала. Ожидаемо.
И кто знает – куда меня несло и о чем я тогда думала? Главное, чтобы подальше, потому что запах этот - до рвоты. Просто вот так - мигом, проснулся токсикоз. С тех пор по утрам периодически накатывало. Невыносимым стал запах духов и неожиданно - изысканной еды, вкус которой тонко оттенён пряностями… Тогда из дворца принесли вкусности, на которые я еще сутки назад слюной изошла бы – теперь мутило просто от их вида. Общее отторжение этой жизни? Или такого «сюрприза»? Или своего бессилия - человеческого и профессионального, неспособности предотвратить, исправить что-то? Стресс, напряжение, голод, запах смерти…? Только к вечеру я смогла протолкнуть в себя несколько ложек простой солдатской похлёбки.