Пункт назначения 1978 (СИ)
– Олег!
Голос Ирки прозвучал прямо над ухом. Я вздрогнул и очнулся. Сестра стояла подбоченясь. От этого она еще больше стала похоже на мать.
– Что, Ириш?
– У тебя чайник закипел! Ты что, уснул?
Я бросил взгляд на плиту – огонь погашен, чайник пыхает белыми облачками. Стало неловко:
– Прости, задумался.
– Задумался он, – фыркнула Ирка и ушла.
* * *Я налил себе чай. Потом подумал, залез в холодильник, нашел сыр, отрезал пару ломтей. В хлебнице обнаружилась одинокая горбушка белого. Удивительно, но за день никто не купил хлеба. Похоже, пребывание на югах расслабляет даже мать. Я забрал последнее и закрыл крышку. На нервяке жутко хотелось есть.
На улице было тихо. Никто не ругался. Странно. То ли мать с отцом помирились, то ли окончательно рассорились. Кто знает? Я чувствовал себя немного виноватым. Вот нахрена мне сдалось это пиво? Мог бы просто отказаться. Знал же, чем все закончится! Знал, а удержаться не смог. Закурить бы еще…
Я украдкой оглянулся. На холодильнике лежали отцовские сигареты. У плиты коробок спичек. Может, одну? Только пару раз затянусь. Только…
Ну уж нет. Хватит на сегодня. Это тело никогда не курило. Вон как его с пива развезло. А от табака что будет? Я усмехнулся и сам себе ответил: «Известное дело, что! Ирка тогда точно заложит. Нахрен такие удовольствия. Не хватало с родными вдрызг разругаться. Есть дела и поважнее».
Я откусил от бутерброда знатный шматок и глотнул чая. И того, и другого хватило ненадолго. Голод слегка утих. Нервишки успокоились. Добавки брать я уже не стал. Украдкой осквернил раковину, вымыл руки и пошел загонять Ирку спать.
* * *Снотворное из местного пива вышло превосходное. Дрыхнул я без задних ног, и ни что меня не тревожило. Не было слышно, как пришли родители. Не беспокоили мысли о призраках, зеркалах, цыганах и святой воде. Не снились сны. Я просто спал.
Проснулся бодрый, отдохнувший и почти счастливый. На улице было светло. В окно било солнце. Сквозь тонкую шторку угадывались темные кроны деревьев. На улице кто-то оживленно спорил. Ирка тихонько посапывала во сне.
Я осторожно, стараясь не скрипнуть сеткой, поднялся и выглянул наружу. Внизу стояли трое: незнакомый мужчина в милицейской форме с планшеткой в руках, дядя Толя, облаченный в тапки, треники и рубашку навыпуск, и унылый мужичонка весьма потрепанного вида. У ног последнего восседал серьезный Юлька. Разговаривали первые двое. Мент спрашивал и записывал, сосед отвечал. Мужичонка то качал в такт словам головой, то молча бил себя кулаком в грудь. Молча. Пес следил за каждым его движением, не отводя глаз, и порыкивал для острастки.
Стало жутко любопытно – что там такого случилось? Я прихватил свои шмотки, спешно оделся на кухне, плеснул в лицо водой и вышел из дома. Все равно нужно было в пристройку. Вчерашнее пиво искало дырочку – активно просилось наружу.
Пока дошел до низу, осознал, что начать стоит с пристройки. Пиво ждать не будет, а люди вполне подождут. Нетерпеливыми оказались и те, и другие. Когда я вышел из сортира, во дворе остался лишь сосед. Юлька азартно шарился по кустам. Остальные растворились в неизвестности.
Дядя Толя меня заметил. Вид у него сразу стал немного виноватый.
– Олег, – окликнул он, – доброе утро. Ты как?
Мне тоже было слегка неловко, и я поспешил успокоить:
– Нормально. А что тут у вас случилось?
Сосед глянул пса, усмехнулся и сказал загадочно:
– Да Юлька у нас отличился. Пойдем, покажу.
Он свистнул собаку и поманил меня в сторону гаражей. Прямо скажем, заинтриговал донельзя.
Соседское хозяйство определялось сразу – калитка в одной из гаражных створок была открыта нараспашку. Юлька тут же улегся рядом, поперек дороги.
– Идем, – дядя Толя переступил через пса и юркнул внутрь.
Я заходить не стал, только заглянул. Под потолком на проводе висела зажженная лампочка Ильича. Вдоль стен тянулись стеллажи. У входа на гвозде притулилась спецовка. Все, как и везде, ничего особенного. У отца было примерно также. Единственное отличие – рыболовные снасти. Их было много. Но я даже не пытался угадать, что и для чего нужно.
Глава 12. Мороженое за 7 копеек
Дядя Толя подошел к машине, зачем-то открыл заднюю дверь и с гордостью изрек:
– Наш Цезарь сегодня грабителя поймал!
Юлька тут же понял, что речь идет о нем, гавкнул, просквозил внутрь, по-хозяйски забрался в жигули и развалился на заднем сидении. Сосед потрепал его по холке.
– Я, когда оставляю пса ночевать здесь, гараж не закрываю, – пояснил он, – чтобы Юлька мог спокойно выходить. И машину не закрываю тоже. Стоит себе с открытой дверцей.
Мне стало любопытно. А дядя Толя продолжил:
– Наши все об этом уже знают. Никто не полезет. И так-то не лезут, не принято это у нас. А когда Юлька внутри, то дураков вообще нет. Ты не смотри, что он такой охламон. Цезарь – настоящая служебная собака. Его специально учили охранять.
Пес с заднего сидения поддакнул. Громко, уверенно. Я решил его поддержать:
– Да я и не сомневался. Видел вчера, как девчонки с конфетой развлекались. Уникальный пес.
Дядя Толя расплылся в довольной улыбке. А Юлька поразмыслил и снова поддакнул.
– Так вот, – продолжил сосед, – привел я его вчера в гараж, оставил и велел сторожить. А Юлька, когда сторожит, не лает. Совсем. Не положено ему лаять. Залез себе на заднее сидение и спал тихонечко.
Он снова потрепал пса. А потом произнес задумчиво:
– Какого лешего сюда принесло этого залетного? Нажрался и пошел колобродить. Нет бы спал себе где-нибудь!
Он вздохнул. Я слушал, затаив дыхание, и уже догадывался, что было дальше. Дядя Толя подтвердил мои мысли:
– Представляешь, идет этот орел вдоль гаражей, вдруг видит – дверца нараспашку. А внутри машина и тоже открыта. Свет-то он включать не стал и Цезаря, ясное дело, не разглядел. Залез внутрь. Глянул – в машине магнитола. И не придумал ничего лучше, как спереть. А Цезарю что велено? Охранять. Вот он и охраняет.
Сосед любовно оглядел пса.
– Молча охраняет, как и учили.
Я невольно прыснул, сцена предстала передо мной, как наяву. Сосед хмыкнул и продолжил:
– Открыл пьяный идиот водительскую дверь, увидел магнитолу и полез добывать. Чтобы удобнее было, на сидение уселся. А мужик основательно в подпитии, руки не слушают, пока смог достать, долго провозился. А потом, только представь, весь такой счастливый оборачивается, а в дверях сидит вот это! – Он указал на Юльку. – Сидит и рычит.
Тут я не сдержался и заржал в голос. Незадачливого воришку было даже жалко. И дверь не закрыть, и самому не сбежать. Остается только сидеть и ждать, пока придут и спасут. Не хотел бы я оказаться на его месте.
– Молодец, Юлька, – похвалил я, – просто умница.
Пес снова поддакнул. Дядя Толя кивнул.
– Еще какой молодец. И трогать не трогает, и выйти не дает. Так они и сидели до утра. Как бедолагу родимчик не тяпнул, не знаю. Но алкоголь из него выветрился моментом. Их в девять утра наш участковый нашел. Если бы не это, я бы точно мужика отпустил. Юлька и так его основательно поучил.
– Его теперь посадят? – спросил я.
Дядя Толя покачал головой.
– Не думаю. Участковый у нас – мужик хороший. Побеседует по душам, возьмет на заметку и отпустит.
Сосед отодвинулся от двери и присвистнул.
– Юлька, вылезай. Гулять пойдем.
Пес послушно просквозил наружу и завилял хвостом. Я встал в сторонке. На этот раз заперли все. И машину, гараж. Дядя Толя убрал ключи в карман и спросил:
– С нами пойдешь?
Я нехотя помотал головой.
– Не могу. Мои меня потеряют. Мать после вчерашнего еще, чего доброго, перепугается.
Он согласно кивнул.
– Тогда лучше домой. Не надо маму расстраивать. Мы и так ее вчера…
Он сконфуженно хмыкнул. А я поспешил сменить тему.
– Дядя Толя, а что там со штормом. Купаться можно?