Голливудская Грязь (ЛП)

— Вряд ли.
Коул потянулся вперёд и коснулся моих губ поцелуем, совершенно отличном от других – спокойным и нежным поцелуем, которым он попробовал меня на вкус, а затем отпустил. Когда его руки покинули меня, мои глаза всё ещё оставались закрытыми.
— Не отталкивай меня, Саммер, — сказал он. — Сейчас тебе очень нужен друг.
— Друг? — я открыла глаза, и Коул оказался так близко, смотря на меня своими знаменитыми зелёными глазами. Я рассмеялась, чтобы исключить любой намёк на отношения, которые могли бы прийти ему на ум. — Ты?
— Да.
— Тот, кто будет моим другом, должен мне нравиться, — я отступила назад, ударилась о стул и споткнулась. Конечно, должен. У меня не нашлось ни одного изобретательного и мало-мальски остроумного ответа.
— Может, тебе нужен кто-то, кто тебе нравится, чтобы трахнуть его? Сегодня вечером? — моё внимание переключилось с исполнения моего драматического отступления обратно на Коула. Он сидел на столе, подавшись вперёд, его руки теперь стискивали его край, а глаза неотрывно смотрели на меня.
— Сегодня вечером? — протянула я и буквально почувствовала, как к телу прилипли ставшие влажными трусики.
– Да, – если бы его взгляд мог накидывать поводок, он бы крепко обхватил моё сердце.
У меня было множество вариантов ответа:
О… прости. Сегодня вечером у меня девичник.
Я должна выучить свою роль, потому что ты постоянно изменяешь сценарий.
Да, мне должен нравиться тот, с кем я буду трахаться, так что нет, сегодня вечером не получится.
Но ничего из этого я не сказала. Когда пришло время для моего ответа, я смогла только кивнуть. Спрыгнуть прямо с обрыва, с которого я, в конце концов, в любом случае сорвусь.
— Увидимся вечером, мистер Мастен.
Его губы дрогнули, а плечи немного расслабились.
— Хорошо.
У меня не нашлось абсолютно ничего умного сказать в ответ. Я сглотнула, потянулась за бутылкой воды и направилась к двери.
Открыв её, увидела Кейси, которая стояла, скрестив руки на груди и постукивая по руке ногтями.
— Пойдём, Саммер. Прямо сейчас. Нам нужно выработать стратегию действий.
Я глубоко вздохнула и позволила ей меня увести. Через кухню в кабинет. Позволила ей провести меня через процесс предотвращения распространения слухов и восстановления репутации, который не будет требовать от меня практически ничего, кроме должного поведения. Я вежливо кивала, стараясь внимательно слушать, но всё, о чём могла в этот момент думать, только о моём лице на обложке, о словах на тех страницах, о том, что они говорили и в каких красках меня рисовали.
И впервые с тех пор, как Коул приземлился на пыльной взлётной полосе в нашем захолустье, я оценила его магнетическую сексуальность, одержимость моей кожи его прикосновениям. Потому что единственное, на чём я могла сосредоточиться – единственный свет в конце туннеля, проходящего сквозь лекции Кейси, скрип ручек и гримасы ужаса – был тот факт, что через несколько часов я окажусь в его доме. Его руки и губы будут на мне. И знала, что в этот момент я не вспомню ни о Скотте, ни об адской репетиции свадебного ужина, ни о статье, вообще ни о чём.
Он станет моим отвлечением. Коул станет, на одну эту ночь, моим спасением.
ГЛАВА 94
Я уже во второй раз за четыре недели бреюсь ради этого мужчины. Понимаете, реально бреюсь там, куда хорошая девочка не позволяет проникать дневному свету.
Сможет ли Секс-С-Коулом-Мастеном исцелить, согласно случившемуся ранее великому прозрению, все мои раны? Этот мыслительный процесс потерял силу, выдохся и находился на грани смерти. Мне не нужно туда идти. Я должна плюнуть на всё и вернуться. Сесть на диван рядом с мамой, есть банановый пудинг и смотреть, как милашка Джейкоб отдаёт свою последнюю розу той шлюхе, которая дрочила ему на их таинственном свидании, хотя бывшая монашка Анита явно подходила ему намного лучше. Да, я определённо могла бы сбежать. Но каковы будут последствия? Он обо мне плохо подумает? Эта галочка уже стоит. И теперь я сидела на своей заднице и думала о том, зачем мне прихорашиваться ради ночи с мужчиной, который мне не нравился? И которому на самом деле я тоже не нравлюсь?
 
А, точно! Потому что он Коул Мастен. Потому что он своим последним предложением подлил бензина в огонь моего возбуждения, и во всём мире не найти другого такого мужчины, который смог бы это повторить. Потому что, хотя мне и нравилось притворяться, что я этого не видела, но иногда сквозь придуманный образ проглядывали частички настоящего Коула. Моменты с Коки. Моменты со мной. Моменты, когда я видела человека, а не миф. И, прежде чем он запрыгнет в свой большой самолёт и вернётся в Калифорнию, прежде чем он продолжит свою жизнь и забудет о Саммер Дженкинс, мне хотелось ещё один глоточек того мужчины. Даже если это погубит меня на всю оставшуюся жизнь. Поразительно, но он должен стать моим проклятием. Иначе всё будет просто очередной ложью, которую легко забыть, легко оставить в прошлом. Забавно, как всё складывается. Секс с Коулом был моим наркотиком, и чем лучше кайф, тем больше я буду его жаждать, когда он исчезнет. Сегодня ночью я поддамся своей зависимости и приму удар, несмотря на последствия.
Так что не будет ни бананового пудинга, ни девичника, ни кроссворда с мамой. Не-а. Я сполоснула бритву под краном в ванне и активно занялась размышлением о принятом решении.
— Мне нужна твоя помощь, — быстро проговорила я по домашнему телефону, мои нервы были на таком уровне стресса, который не мог быть полезен для моего психического здоровья.
— Я так и знал! — заверещал Бен. — Наконец-то ты последовала моему совету и позволила себе окунуться в его сексуальные волны. Пожалуйста, скажи мне, что ты уже тратишь наличку, как все эти кинозвезды, и звонишь, чтобы я прилетел к тебе и сам использовал выпрямитель для волос.
Я замолчала, нащупав засунутую в дальний угол шкафа матерчатую сумку, которой не пользовалась со школы.
— Нет.
— Чёрт, — сказал Бен мрачно. — Может, тебе нужен совет о моде? — в его голосе появилась надежда.
— Я вроде как, — дёрнув за ручку сумки, я вывалила из шкафа половину вещей, — собираюсь провести сегодняшний вечер с Коулом и не знаю, стоит ли мне брать с собой сумку с вещами.
Наступила звенящая тишина. Возможно, самая долгая за всё время, что я знаю Бена.
— Повтори? — наконец попросил он.
— Лучше заткнись и помоги мне, — простонала я, вытаскивая из сумки пару старых найков и с сомнением их рассматривая.
Последовала долгая пауза, затем он заговорил:
— У тебя с ним отношения, или это просто секс? Другими словами, стоят ли за этим чувства?
— Нет. Кроме сильной неприязни. Если считать это за чувства.
— Ох… секс из ненависти, — театрально вздохнул Бен. — Я бы пожертвовал своими яйцами за такой секс с этим мужчиной.
— Сосредоточься, Бен, — поморщилась я.
— Ты можешь оставить сумку в машине и забрать её, если он пригласит тебя остаться на ночь?
— Нет.
Ни за что на свете я не поеду к Коулу на своём грузовике и не оставлю его припаркованным перед домом на весь вечер или, что ещё хуже, на всю ночь. Если я это сделаю, то к завтрашнему утреннему кофе каждый в Куинси будет в курсе наших дел.
— Тогда не бери вещи. Засунь в сумочку только зубную щётку и смену белья. Всё остальное может подождать до завтра, — он помолчал, затем продолжил: — Что ты скажешь маме Дженкинс?
— Мама Дженкинс, — рассмеялась я, — практически вытолкнула мою задницу за дверь. Она думает, что Коул её единственный шанс на внуков. Она нашла презервативы, что я купила, и выбросила их в мусорное ведро.
 
Я так смутилась, когда открыла крышку и увидела маленькую золотую коробочку. У меня не хватило духу сказать ей, что презервативы предохраняют не только от беременности. Вместо этого осторожно вытащила коробку, вытерла её и спрятала в резиновые сапоги. Очевидно, ящик с нижним бельём больше не считался подходящим укрытием.