Четвертый под подозрением
Она молчала. В дверях показалась медсестра в белой форме. Она вошла в палату и спросила, все ли в порядке. Гунарстранна жестом показал на Рейдун Вестли:
— Лучше ее спросите.
Рейдун Вестли взглянула на медсестру отрешенным взглядом:
— Да, все хорошо. Можно чего-нибудь попить?
Они сидели молча и наблюдали, как сестра подходит к шкафчику в углу, достает бутылку минералки, тщательно споласкивает стакан под краном, потом подает стакан с соломинкой и выходит.
— Как он к вам попал?
— Через дверь. Как же еще?
— Он позвонил в звонок?
Рейдун Вестли молчала.
— А может, он подкараулил вас, когда вы вернулись из магазина?
Она по-прежнему молчала.
— Хотите подать на него жалобу?
Рейдун Вестли медленно покачала головой.
— Почему?
Никакого ответа. Гунарстранна подался вперед.
— Кто вас избил? — настойчиво спросил он.
Рейдун Вестли не ответила.
— Вы можете его описать?
Вместо ответа, она поставила стакан на стол и стала водить донышком по столешнице. Щелкнула минутная стрелка на больших настенных часах, пройдя полный круг.
— По-моему, — сказал Гунарстранна, — человек, который так с вами поступил, дошел до крайней степени отчаяния. Если вы не хотите сказать, кто он, или описать его, объясните хотя бы, чего он хотел — кроме причинения вам вреда. Очень важно, чтобы ваш обидчик сел за решетку. Важно для нас, для вас, но особенно для Элизабет Фаремо.
Последнее имя как будто зажгло свет в сознании Рейдун Вестли. Она медленно подняла голову.
— Уходите, пожалуйста, — попросила она.
Гунарстранна придвинул к ней фотографию Видара Балло:
— Вас избил он?
Рейдун Вестли смотрела на фотографию, не произнося ни слова. Гунарстранна придвинул к ней несколько снимков Йима Ройнстада. Его снимали при аресте: анфас и профиль. Рейдун Вестли по-прежнему молчала. Гунарстранна показал ей фотографию Фрёлика. На лице Рейдун Вестли не дрогнул ни один мускул.
Инспектор достал вырезанный из газеты снимок Лангоса, ее бывшего мужа. И на сей раз никакой реакции.
— Значит, не они? Кто-то еще? — тихо спросил Гунарстранна.
Рейдун Вестли посмотрела на небо невидящим взглядом.
Гунарстранна откинулся на спинку кресла и повторил вопрос:
— Вас избил кто-то, кого нет на этих фотографиях?
Рейдун хрипло позвала:
— Эй, сестра, сюда! Я больше не могу!
Гунарстранна встал.
— Я сейчас уйду. Остался последний вопрос. — Он убрал фотографии во внутренний карман. — При разводе вы с бывшим мужем никак не могли поделить хютте в Вальдресе. Кто сейчас официально является владельцем загородного домика?
Дверь открылась. Вошла медсестра.
— Я ухожу, — сказал Гунарстранна, чтобы успокоить ее.
— Погодите! — Рейдун Вестли бросила на него озабоченный взгляд.
Сестра вышла, закрыв за собой дверь. Рейдун Вестли тяжело дышала.
— Зачем вам это?
Гунарстранна ответил не сразу.
— Откровенно говоря, поводов для такого вопроса у меня несколько. Давайте начнем со страховых выплат. Мне интересно, кто получит выплаты по страховке, если с хютте случится… что-нибудь непредвиденное.
— Что вы имеете в виду? — прошептала она.
— Вас ведь, кажется, сегодня выписывают? — спросил Гунарстранна. — Позвольте подвезти вас домой. По пути и поговорим.
Рейдун Вестли медленно кивнула.
— Теперь зовите сестру, — сказал Гунарстранна.
Глава 19
Войдя в кабинет, Гунарстранна успел лишь кивнуть Иттерьерде и снять пальто, когда зазвонил телефон. Он поднял трубку и, как обычно, рявкнул:
— Покороче, пожалуйста!
— Это Фрёлик.
— Доброе утро. Ну что, сегодня у тебя настроение получше?
— Вчера я побеседовал с Лангосом, бывшим мужем Рейдун Вестли.
— Все никак не успокоишься?
— Он сообщил кое-что важное. Элизабет приезжала в хютте вместе с Рейдун.
— Ну и что?
— Мне показалось, раз ты не прячешь от меня свои карты, то и я должен ответить тебе тем же. Так вот, сейчас я поеду туда и выясню, не там ли Элизабет. Очень может быть, что она там. По-моему…
— Про хютте мне все известно, — сказал Гунарстранна, тут же пожалев о том, что перебил Фрёлика. На том конце линии стало тихо, и он понял, что именно он должен первым нарушить молчание. — Домик находился в Вестре-Слидре.
— Что значит «находился»?!
— Несколько дней назад он сгорел.
— Как — сгорел?!
— Я, кстати, по случаю побывал там.
— И что же за случай привел тебя туда?
Гунарстранна потянулся. Достал из кармана сигарету, сунул в рот. Он не спешил.
— Эй! — раздраженно окликнул его Фрёлик. — Ты меня слышишь?
— Франк Фрёлик, ты сейчас сидишь или стоишь?
— Хватит! Выкладывай!
— Ты все-таки лучше сядь. Вчера я получил от судмедэкспертов протокол осмотра места происшествия. Я не обратил бы на него никакого внимания, если бы в нем не упоминался кадастровый паспорт объекта недвижимости… Речь шла о доме, сгоревшем до основания. По документам дом принадлежал Рейдун Вестли. Сотрудники местного отделения полиции сообщили, что на пепелище найдены длинные трубчатые кости.
Снова молчание.
— Длинные трубчатые кости, Фрёлик! Ты понимаешь, что это значит?
— Не обязательно, что это она.
— Конечно, не обязательно.
Снова молчание.
— Итак, загородный домик Рейдун Вестли сгорел несколько дней назад. Меня беспокоит только то, что во время пожара в хютте кто-то был. Если Рейдун Вестли не прятала там Элизабет Фаремо, возможно, в ее домик влез грабитель или бездомный и заснул с непогашенной сигаретой. Это и стало причиной пожара. Но ведь мы с тобой так не думаем, верно? Мы оба думаем: есть вероятность, что Вестли пустила туда Элизабет.
— И как ты собираешься расследовать это дело? — раздался напряженный голос Фрёлика.
— Как обычно. Эксперты будут искать образцы ДНК, чтобы идентифицировать останки.
— Где они будут искать ДНК?
— Мы провели обыск на квартире у Фаремо.
— Нашли что-нибудь?
— У нее на кровати лежала щетка для волос. Когда сделают анализ ДНК, можно будет сличить его с анализом ДНК костей, найденных в хютте.
На сей раз молчание длилось дольше, потом Фрёлик спросил:
— Когда ты ждешь результаты?
— Как только, так сразу.
Положив трубку, Гунарстранна немного посидел, угрюмо глядя на телефон. К нему повернулся Иттерьерде:
— Как он воспринял?
Гунарстранна помялся и сказал:
— А как по-твоему?
Глава 20
В ту ночь Франку Фрёлику не спалось. Одеяло насквозь пропотело, как будто у него поднялась высокая температура. Когда он попытался встать, оказалось, что ноги его не слушаются. Голова гудела. Он думал: «Надо поехать туда, надо найти хютте». Он понятия не имел, где находится загородный домик Рейдун Вестли, понятия не имел, с чего начать поиски. В то же время он не мог просто лежать и ничего не делать. Он должен выяснить, где находится хютте. И спросить об этом можно только одного человека. Поэтому он оделся и вышел из дому.
Подморозило, хотя холода он не чувствовал. На лобовом стекле машины намерзла толстенная ледяная корка, как на поверхности дороги. Фрёлик взял в багажнике скребок, но лед не поддавался. Он застучал по стеклу. Не помогло. Не прошло и нескольких минут, как он выбился из сил, запыхался — и все без толку. Тогда он сел в машину, завел мотор и, включив обогреватель на полную мощность, стал безучастно ждать, когда растает лед. Потом тронулся с места. Проехал через центр города в Векерё и повернул направо, на Векерёвейен.
Остановился у красного забора из штакетника. Западный пригород Осло утопал во тьме; горели лишь редкие уличные фонари, от которых на дома падали желтовато-серые конусы света.
Выйдя из машины, Фрёлик направился к дому Рейдун Вестли. Сейчас ночь… ну и ладно, плевать! Он несколько секунд смотрел на свои руки. Они дрожали. Фрёлик понятия не имел, правильно ли поступает, можно ли говорить с ней сейчас. Он прошел мимо пары машин с заледеневшими стеклами. Дойдя до нужной двери, взял дверной молоток и постучал. Тишина. Он прислушался — никаких звуков из дома не доносилось. Фрёлик спустился с крыльца и медленно обошел дом кругом. За ночь подморозило; на земле и на цветочных клумбах лежали там и сям кристаллы льда. Он вернулся и отступил на несколько метров, разглядывая дом, последний в ряду таких же домов. Фрёлик вернулся на замерзшую лужайку. Его ноги оставляли на заиндевелой траве отчетливые следы. Задняя веранда выглядела заброшенной — почти пустая, доски проваливаются, перила совсем сгнили. В углу притулились два горшка с какими-то завядшими растениями. Посреди веранды стоял горшок, до половины забитый песком и старыми окурками. «На пепелище найдены длинные трубчатые кости…» Он подошел к окну и заглянул в щель между занавесками. И увидел две белые ступни, торчащие в воздухе. Крашеный ноготь на большом пальце почти облупился… Он постучал. Никакого ответа. Ноги не шевельнулись. Он подергал дверь веранды. Она оказалась не заперта.