Четвертый под подозрением
Фрёлик выключил телевизор и нехотя потянулся к телефону. Набирая номер Гунарстранны, он почему-то чувствовал себя виноватым. Еще не было десяти. Скорее всего, старый чудак еще на службе. Но Гунарстранна оказался не на службе. На всю комнату загремел его сиплый голос:
— Покороче, пожалуйста!
— Я побеседовал с Рейдун Вестли, — сказал Фрёлик, тут же пожалев о том, что позвонил.
— Кто такая Рейдун Вестли?
— Любовница Элизабет Фаремо.
На том конце трубки воцарилось молчание.
— Я подозреваю, что она знает, где Элизабет Фаремо.
— Ну и что?
— Даю тебе подсказку. Попробуй и ты поговорить с ней.
— За подсказку спасибо.
Фрёлик не знал, что сказать, и поэтому молчал.
Гунарстранна откашлялся.
— Насколько я понимаю, ты беседовал с ней частным порядком.
— Естественно.
— Мой тебе совет: больше так не делай. Фрёлик, ты в отпуске. Держись от всего подальше, съезди куда-нибудь. — С этими словами Гунарстранна нажал отбой.
Фрёлик сидел и сжимал телефон в руке. Если раньше он не чувствовал себя полным идиотом, то сейчас чувствовал себя именно таковым. Помимо всего прочего, Гунарстранна разговаривал с ним холодно и отстраненно. Совсем не так, как раньше!
Ночью ему снились странные сны, в которых фигурировали Элизабет и ее брат. Выглядели они совершенно одинаково: то мрачные и томные от желания, то смертельно испуганные. Но где глаза ее брата и где ее глаза?
За ночь тучи рассеялись, и в квартире стало холодно — типичная погода для конца ноября. Морозный воздух обжигал. Температура упала ниже нуля, а вчерашняя изморось на дорогах превратилась в гололедицу. Фрёлик сел в машину, выехал из города и направился на восток. Подъезжая к Хобёлу и Элвестаду, он увидел, как над черными голыми полями клубится полупрозрачный туман. Солнце вставало из-за дальнего леса; оно напоминало раскаленный лысый череп Создателя, который заглядывает за горный хребет, желая пролить чуть больше света на жителей Севера. Вскоре лучи стали такими яркими, что Фрёлику пришлось опустить солнцезащитный козырек.
При въезде на платную дорогу в Фоссуме он заплатил служителю, а потом заправился на станции «Шелл» у моста. Под мостом уверенно и быстро несла свои воды Гломма. Фрёлик все время думал о Юнни Фаремо. Мог ли несчастный выплыть против течения в ледяной воде?
Расплатившись, он сел в машину и развернул карту. Оказалось, что сейчас он ниже Сольбергфосса, но выше Кюккельсруда. Немного подумав, он завел мотор и заехал за станцию заправки. Узкая, извилистая проселочная дорога вела к пешеходному мосту, расположенному чуть дальше.
Фрёлик остановился, вышел и облокотился о каменный парапет. Вода у камней кружилась и извивалась. Он понаблюдал за торчащими из бурой воды валунами. Если человек упадет в воду в этом месте, его за несколько секунд отнесет очень далеко. Холодная вода парализует. В мокрой одежде трудно шевелиться. Одежда намокнет, станет тяжелой, потащит вниз, под воду. Берег реки выглядел негостеприимно — скользкие камни. Вскарабкаться наверх почти невозможно. Из-за сильного течения и холода самым важным фактором становится время. Сколько можно протянуть?
Фрёлик зашагал по тропе вдоль берега реки. Извиваясь, тропинка взбиралась на склон холма, бежала между старыми военными бункерами. На противоположном берегу горожане устраивали пикники. Противоположный берег был более пологим и не так хорошо защищен от любопытных глаз. Впрочем, если постараться, избавиться от трупа можно и там. И все же что-то подсказывало, что Юнни Фаремо столкнули в воду именно здесь. Чуть дальше высилась плотина электростанции Кюккельсруд, а труп попал в сеть ниже.
«Может быть, лучше всего оттуда и начать — с Кюккельсруда?»
Он перебрался через Гломму и увидел памятный монумент «Битва на Фоссумском мосту». Здесь в 1940 году немцы столкнулись с ожесточенным сопротивлением норвежцев. Им не удалось, как они планировали, беспрепятственно войти в Осло. На камне были высечены имена и фамилии павших норвежцев.
Фрёлик поехал дальше. После моста дорога пошла в гору. Он двигался в сторону Ашима. Проехал пару автоматических радарных ловушек на такой медленной скорости, что они не вспыхнули. Впереди замаячил указатель, предупреждающий о съезде к следующей электростанции. Фрёлик повернул. Рядом со старой дорогой прокладывали новое скоростное шоссе; работы велись вовсю. Когда он приблизился к ГЭС, ему пришлось снова притормозить. Дорога пошла вниз, к реке.
Он проехал несколько отдельно стоящих старомодных деревянных домов — скорее всего, в них жили служащие электростанции. Еще один поворот. Дорожный указатель с названием компании — производителя энергии: «Хафслунд энерги». Современная каменная постройка с большими окнами. Дальше — водохранилище и противоположный крутой берег. Машина катилась вниз, к электростанции и плотине.
Фрёлик увидел выцветший синий знак парковки у каких-то огороженных сараев слева от дороги. На парковке уже стояла относительно новая «шкода-октавия». Он узнал машину и совсем не обрадовался, но все же остановился рядом.
Сейчас не самое лучшее время для встречи с Гунарстранной. Фрёлик не мог внятно объяснить, почему он сюда приехал. Кстати, а нужно ли искать благовидный предлог? Неужели он обязан отчитываться в каждом своем шаге?
Он посмотрел по сторонам. Никого. У домиков, разбросанных на склоне холма, не наблюдалось признаков жизни. Даже здание «Хафслунд энерги» казалось заброшенным. От мороза поверхность дороги стала гладкой и скользкой. Фрёлик вышел из машины и осторожно, на негнущихся ногах, зашагал к плотине. По пути вниз, к электростанции, он прошел мимо трех громадных отслуживших свой век турбин, оставленных для обозрения на покрытой инеем траве. Справа чернело водохранилище, похожее на огромное зеркало тролля. Почти у самого берега над поверхностью воды выделялся островок. Деревья, растущие на берегу у электростанции, отражались в черной глади воды. Уровень воды сейчас был низким, поэтому обнажалась каменная конструкция плотины. Слева находилось бетонное сооружение длиной пятьдесят метров — водоспуск, в котором не было воды. Фрёлик посмотрел вниз, и у него закружилась голова. Снизу, от безмятежного илистого дна, шел липкий запах застойной воды. Он поднялся на гребень плотины и направился к тому месту, где находился водоприемник. Сооружение у него под ногами слегка подрагивало, словно огромный пульсирующий механизм. Слева вниз несся поток воды. А справа, там, где уровень воды был выше, течение медленно закручивалось водоворотами. Впереди он увидел шлюз, состоящий из трех больших ворот.
Глядя, как в нескольких сотнях метров под ним течет Гломма, Фрёлик почувствовал ее силу. И тут его ноздри уловили запах только что раскуренной сигареты. Не поворачивая головы, он буркнул:
— По-прежнему куришь, Гунарстранна?
— Я курю больше сорока лет, — ответил Гунарстранна, подходя к нему. Руки инспектор сунул в карманы; щеки у него ввалились, потому что он жадно втягивал дым в легкие.
— Давно пора бросать! Вид у тебя нездоровый.
— Я уже совсем собрался бросить, а врач предложил мне жевать резинку с никотином. Выходит, я все равно буду получать никотин. Так какая разница, каким способом я его получаю? С таким же успехом я могу и продолжать курить.
Фрёлик едва заметно улыбнулся.
— Что смешного? — проворчал Гунарстранна.
— Анекдот вспомнил. Одному человеку очень хотелось бросить курить. Он встретил своего приятеля, которому это удалось. «Как тебе удалось бросить курить?» — спрашивает первый. А второй ему: «Нет ничего легче, чем бросить курить! Покупаешь пачку сигарет, как обычно, но всякий раз, как тебе хочется закурить, засовываешь сигарету в задницу». — «В задницу?» — спрашивает первый. «Ну да, в задницу. Нет лучшего способа внушить себе, что курение — дерьмо. Вряд ли тебе захочется доставать сигарету из задницы и засовывать в рот». Ну вот, встречаются они через два месяца. «Привет! — кричит приятель. — Как дела? Бросил?» — «Конечно, — отвечает первый. — В самом деле, нет ничего легче. Вот только мне твой способ не очень-то помог». — «Как, почему?» — «Да я теперь никак не могу отучиться засовывать сигареты в задницу!» — Фрёлик хлопнул себя руками по бедрам и расхохотался.