Аскатон. Белая повелительница (СИ)

– Элина, ты действительно нежданный, но очень желанный гость. Познакомься с моей гостьей, ее зовут Ксенерва. – Аймон по-хозяйски приобнял Кеси. – Это Элина, мой друг и товарищ.
– Привет, Ксенерва. – Элина улыбнулась довольно искренне и по-доброму, не то, что все те лицемеры, коих повстречала Ксенерва за этот вечер. – Как тебе вечеринка? Как тебе наряды даймониц?
– Привет. Знаешь, на конкурсе фальшивых улыбок, этот прием занял бы первое место. – Ксенерва пожала плечами, оглядывая откровенные наряды местных барышень. – А что касается нарядов, то по мне так лучше бы сразу голыми и пришли.
Элина засмеялась.
Даймоны чувствовали энергетику другого даймона. Но Ксенерву они восприняли как человека, не чувствуя в ней свою родню по расе. И смотрели на нее как-то брезгливо, с отвращением, считая ее недостойной их общества, чужой в этом месте. Ксенерва чувствовала это, казалось даже кожей. Эльфы и архемоны тоже могли издали почуять темную расу. Казалось Элина не замечала, что Ксенерва всего лишь человек. А может ей просто все равно?
– Я тоже не всегда понимаю моду Варпа. – Сказала она, и ее взор устремился куда-то за спину Аймона. – Кажется, твой братец решил почтить нас своим вниманием.
Аймон, вздохнул и повернулся в сторону приближающегося даймона. Он на ходу приветствовал знакомых, что-то им говорил, от чего те смеялись, махал рукой и посылал неоднозначные взгляды в сторону полураздетых даймониц.
– А, вот и мой брат… – Сказал Аймон, раскрывая объятия.
Брат Аймона широко улыбнулся и крепко обнял темного повелителя.
– Рад тебя видеть Аймон. Я даже заскучал, без твоих наставлений и постоянного ворчанья.
– Я тоже скучал, даже отшлепать некого было, хотя… – Аймон повернулся к Ксенерве. – Она с легкостью могла бы занять твое место в этом деле. Несколько раз она очень даже напрашивалась. Познакомься – Ксенерва.
– Очень приятно, Амин – брат этого жесткого тирана. – Амин приветливо улыбнулся. – Надеюсь, этот невежа не пал до рукоприкладства?
– Я лучше промолчу. Но, думаю, он весьма преувеличил мои достижения. Не сильно-то я и напрашивалась. – Ксенерва тоже улыбнулась Амину. Он, как и Элина отнесся к ней весьма сносно, что не могло не порадовать. Зато Аймон выглядел немного напряженным.
– Амин, может, сходим за вином для дам.
– Я думаю, мне придется это сделать одному. Наш отец ждет тебя в твоем кабинете. Он очень огорчен тем, что ты лично не пригласил его на прием.
Аймон плотно сжал челюсть, по его лицу заходили желваки. За секунду до того, как Амин произнес это вслух, Аймон уже прочитал это в глазах брата. Встреча с отцом ему предстояла такая же теплая, как в свое время Лейкасу с Эктелионом. Он за талию притянул Ксенерву и чуть коснулся ее губ своими губами. Ксенерва удивленно смотрела в его напряженное лицо, но вот он снова улыбнулся своей фирменной улыбкой:
– Не, скучай крошка.
– Думаю, что я не успею соскучиться…
– Конечно, не успеет, пока рядом буду я. – Вставил Амин. – Так, что милый братец, может оставить ее со спокойным сердцем.
В глазах Аймона на секунду вспыхнуло раздражение.
– Да, Амин, ты уж постарайся, чтобы дамы не скучали.
Когда Аймон ушел, Ксенерва почувствовала себя немного беззащитной. Странно, но теперь рядом с ним, девушка чувствовала себя в безопасности. Элина была вынуждена отойти к одному из знакомых.
Амин тоже исчез, а когда появился, то в руках у него уже были два бокала наполненных вином. Один из них он протянул Ксенерве.
– Как это мило наблюдать за тем, как мой брат кого-то ревнует. На него это не похоже. Любовь?
Ксенерва не знала, что ответить на это. Она прекрасно знала, что ревность к ней – это еще может быть. Даймоны – собственники. Но вот, любовь – полный бред. Даймоны не были расположены к таким чувствам. Но зачем, тогда Аймон решил разыграть комедию, в которой они по уши влюблены в друг друга. Да и Амин говорит об этом, как о вполне возможном явлении.
– Покажет время. – Туманно ответила Ксенерва.
– Понимаю. Не хотите говорить о личном. – Амин снова улыбнулся. – А что скажите обо всем этом? – Амин обвел зал рукой.
 
Ксенерва быстрым взглядом окинул присутствующих. Она не знала насколько можно быть откровенной с Амином, но Аймон не давал особых распоряжений насчет него, поэтому посчитала кощунством врать, что ей нравится это сборище. К тому же врать она не любила.
– Пафосно и фальшиво. Все выпендриваются друг перед другом, мило улыбаются, но глаза говорят о том, что если кто-то оступится, то остальные будут рады запустить в него свои коготки.
– Ха-ха… – Рассмеялся Амин. – Вы мне теперь нравитесь еще больше. Столь откровенно о подобных приемах, я слышал только от своего брата. Теперь понимаю его выбор и полностью одобряю. Жаль я не встретил вас раньше моего брата. Как считаете, у меня мог быть шанс?
Амин склонил голову набок и вложил в свою улыбку все свое обаяние. Такой же темноволосый, смуглый, высокий, он сильно напоминал Аймона, но черты его лица были более мягкими, более юношеские. В его глазах не было той жесткости и закалённости, что у старшего брата.
– Ни единого. – Ответила Ксенерва.
– Но, почему. – Запротестовал Амин, вздернув бровь.
Ксенерва улыбнулась.
– Слишком милый. А я бываю невыносимой. Боюсь, что кроме вашего брата со мной никому не совладать.
Амин поморщился.
– Сдаюсь. – Сказал он и подмигнул Ксенерве. – Но все равно не буду терять надежды.
  
Глава 4
 
Отец Аймона был высоким, статным мужчиной. На еще красивом смуглом лице виднелись морщинки, оставленные жизнью в память о весьма бурной молодости с ее радостями, неудачами, попойками и развратом. Волосы черные как смоль были такие же темные как его душа. В глазах его плескалась сытость, скука... Его губы были вытянуты в привычную и насмешливую улыбку, что так часто появлялась на лице его сыновей. Он снисходительно смотрел на этот мир, уже давно пресытившись своей жизнью. Его снисходительное выражение лица, выводила из себя почти каждого. Единственное, что выводило его самого – это удачно сложившееся жизнь Аймона. Его коробило то, что сын добился больше в этой жизни, чем он сам, и добился без его помощи. Как мог этот щенок отвергнуть его покровительство?! Делатей – выходец из элиты, чистых благородных кровей, расценивал это как вызов, как плевок в лицо.
Он нахально развалился в кресле повелителя Варпа с бокалом красного вина и находил это весьма приятным.
Когда Аймон вошел в свой кабинет, Делатей даже не посмотрел на сына, находя более занятным наблюдать за тем, какими оттенками переливается вино в неровном свете свечей.
– Отец. – Сдержано сказал Аймон.
– Здравствуй, … Аймон. – Делатей так и не смог выдавить из себя «сын». – Я думал, что ты навестишь семью по возвращению. Но предпочел прислать посыльного.
Лицо Аймона было каменным.
– Зачем ты пришел отец?
– Соскучился … – Губы Делатея дрогнули, – по сыну. Не расскажешь, где пропадал столько времени.
– У меня были дела.
– Настолько важные, что ты запустил дела на северной границе? – Делатей все-таки отвел взор от бокала и вопросительно взглянул на сына.
Аймон проигнорировал вопрос и, уселся на стул напротив отца. Он не считал нужным отчитываться перед своим отцом, отцом лишь по крови.
– Я слышал, ты вернулся не один. – Аймон продолжал молчать. – И она человек. Если мне не соврали, у нее есть дочь.
– Тебе не соврали. – Аймон сделал паузу и продолжил. – Девочка и моя дочь.
Было видно, что Делаитей был удивлен таким поворотом.
– Ты уже видел Данику?
– Нет. – Раздраженно ответил Аймон.
– Что происходит, Аймон? – Делатей сузил глаза.
– О чем ты? – Аймон невинно посмотрел отцу в глаза.
– Я о девушке. Ты зачал ребенка от человека?
Аймон рассмеялся.
– С каких это пор тебя интересует, с кем я делю постель и с кем я делаю детей?
– Ну, если она так хороша, что устроила в постели даже темного повелителя, то может, поделишься ее с отцом? – Делатей испытующе впился взглядом в Аймона, который впился пальцами в подлокотники, из его рта вырвалось утробное рычание…