Аскатон. Белая повелительница (СИ)

– Если они нападут всей численностью, а мы не знаем, насколько она велика – нам не удержать их на границе. Бои почти не прекращаются. Наше войско измотано. Некоторые воины месяцами не были в Варпе. Их силы иссякают. Совет Аскатона требует собраться на совещание, и хотят услышать о том, как обстоят дела на границе мертвых земель.
Аймон заметно разозлился.
– Где был этот чертов совет, когда я собирал войско, где были эти трусливые высокородные? А где были повелители остальных рас, когда я и мои воины гасили первые вспышки эпидемии? С чего это ради я должен отчитываться перед этим сраным советом!
– Аймон, я понимаю твое негодование, но нам не справится одним. – Вздохнул Курт. – Нам нужна помощь. Эльфы крови не входят в совет, но все, же первыми предложили свою помощь и уже отправили на север около трехсот воинов – почти половину своего войска.
– На мой взгляд, они в первую очередь достойны, входить в совет. Что мешает остальным направить своих воинов на север? Что они ждут от собрания? То, что я скажу, что их помощь мне не нужна, и мы справимся сами? Так и будет. А я не собираюсь молить о их помощи.
– Аймон ты знаешь, что стоит на кону. – Пытался образумить его Маргдан.
– Знаю, Маргдан. Но и они должны это понимать. Всем придется несладко, если голуры выйдут из мертвых земель.
Аймону нелегко было признать, что помощь нужна им. Нелегко было переступить через себя, но он должен быть выше.
– Собирай общий совет. – Зло бросил он Мардгану, и, взяв Ксенерву под руку, пошел к выходу. – Остальным, кроме Курта и Маргдана, вернуться на границу. После приема мы присоединимся к вам.
«После, какого приема?» – заинтересовалась Ксенерва, но была слишком рассержена на даймона, чтобы спросить его напрямую. Кроме того она поняла, что судя по всему услышанному на совете, дела обстояли неважно.
Когда они вышли в холл, Ксенерва все же спросила:
– Куда мы идем?
– Я же обещал показать тебе замок снаружи.
– Я думала, ты переменил свои планы, в связи … – Ксенерва запнулась, подбирая слова, – …с исходом совета.
– Я держу свои обещания. И не случилось ничего такого, чтобы могло поменять мои планы. – Выражение лица Аймона все еще оставалось хмурым.
– Про какой прием ты говорил?
– Прием в честь моего возвращения. – Ответил Аймон. – Ты тоже пойдешь. Необходимо представить тебя обществу. К тому же я собираюсь сделать заявление, которое и тебя касается.
– Какое заявление? – Спросила Ксенерва, прищурив глаза.
– Терпение, детка. – Ответил Аймон, улыбнувшись уголком губ. – Ну, что готова? – Весело сказал он, открывая дверь.
Ксенерва согласно кивнула, поражаясь тому, что некоторое время назад он только, что молнии не метал, причем и в нее тоже, а теперь снова улыбается, как ни в чем, ни бывало. С самого их знакомства он то отталкивает ее, то снова очаровывает ее своими улыбками, добиваясь ее расположения. А самое интересное, что после того, как нагрубит – делает такой вид будто ничего не случилось.
Аймон открыл дверь, и, подхватив Ксенерву на руки, взмыл к небу и повернул девушку лицом к замку. Днем он оказался еще великолепнее. Замок замечательно вписывался в окружающий горный ландшафт. Аспидно-черные каменные стены замка блестели и переливались в бликах солнца. Он создавал впечатление волшебности, нереальности. Множество башен, острые шпили и большие окна прекрасно гармонировали.
Замок стол на возвышенности, а вокруг простиралась небольшая зеленая равнина, окруженная горным хребтом, из-за которого выглядывали башни каких-то строений, более скромных и выполненных из другого материала. Аймон проследил за ее взглядом.
– Это дома высокородных.
– А, где живут остальные?
– В городе и казармах. – Ответил Аймон.
– Покажешь? – Спросила Ксенерва.
– Конечно.
Было заметно, что Аймон окончательно расслабился и скорее всего не думал о том, что говорили на совете.
Он понес ее над горными вершинами. Внизу виднелись замки меньших размеров, тоже каменных, но они не блестели в лучах солнца и не завораживали, как замок Аймона.
 
– Почему эти дома выглядят иначе, чем твой?
– Мой замок был построен из камня, добытого в недрах горы. Я хотел, чтобы мой выделялся среди остальных. По-моему, отлично получилось, не находишь?
– Трудно поспорить. – Согласилась Ксенерва, глядя на мрачные черные строения, сливающиеся с горными массивами. – Нелегко принять то, что теперь я буду видеть это каждый день.
– Варп твой дом. Подумай и ответь себе честно, как бы ты сейчас жила, не окажись здесь. Что бы было с Алиидой? Можно упустить тот факт, что, скорее всего вы бы были уже мертвы, из-за того что связь между мирами утеряна. Представим, что вашей жизни ничего не угрожало. Как ты видишь ваше будущее в том мире?
Ксенерва задумалась. Что касается нее, то удовлетворения в той жизни она никогда не испытывала, за исключением того дня когда родилась дочь. Личная жизнь не клеилась. Все время преследовала чувство тревоги, растерянности. Она никак не могла понять, где ее место. Ее семья всегда была ей чужой. А, Алиида? Была ли она когда-то счастливым ребенком? Возможно да. Но она росла, так, же как нечто необычное в ней, чему раньше Ксенерва не могла дать определение. Смогла ли она стать счастливой в том мире? Или ее всю жизнь считали бы чудачкой и сторонились. Здесь ее не назовут странной, а если и решат, что это так – то это скорее будет достоинством.
– Возможно, ты прав. Нам там не место. Не смотря ни на что, я чувствую себя здесь спокойно. Мои новые друзья в лице гномов и эльфов, – при их упоминании Ксенерва улыбнулась, – мне больше семья, чем та в которой я росла с детства. Я не чувствовала членов своей семьи родными мне людьми. Будущее Алииды я не могу предсказать. Я даже не знаю, как сложится ее жизнь в Аскатоне. Кем она вырастит? Даймоном? Или останется человеком. Я никогда не интересовалась этим. Наверное, страшно было услышать правду. – Вздохнула Ксенерва.
– Это мы узнаем после ее пятнадцатилетия. – Сказал Аймон. – Потом она станет либо даймоном, либо останется человеком, но с необычными способностями. Пока она будет обычным ребенком.
– Она уже необычный ребенок, Аймон! – Воскликнула Ксенерва. – Она обладает каким даром... – Запнулась Ксенерва.
– Что ты имеешь в виду?
– Аймон, после того как она пришла в себя... Я не сразу заметила. Видима настолько была счастлива, что не сразу разглядела, что она уже не та девочка, которую я знала. В ее глазах было столько пустоты, словно ее лишили души. А потом пустоту сменила боль, боль которую невыносимо было видеть… – От тех воспоминания, по лицу Ксенервы скатилась слеза. – Словно она побывала в аду. Я так и не набралась смелости расспросить ее о том, что она видела. А потом она рассказала, что помнит, как ты ее забирал из больницы…
– Постой, – перебил ее Аймон, – она не может этого помнить. Она была без сознания.
– Однако она это знает, как и то, что ты ее отец. Я ей этого не говорила. Сначала, думала, что это ты.
– Я не говорил.
– Вот и она это подтвердила.
– Если честно, то с вами двумя сложнее всего. Я не знаю, что с вами будет. Те, кого я перенес из другого мира, уже давно превратились в обычных даймонов. Что касается тебя, то ты уже не человек, но и не даймон. И судя по тому, что ты рассказала про Алииду, то она уже не просто ребенок. Я должен увидеться с одним очень хорошим другом. Думаю, тогда что-то может и прояснится.
– Твой друг кто-то из провидцев? – Догадалась Ксенерва.
– Да. – Кивнул Аймон.
– Тогда мы пойдем вместе.
– Хорошо. Вот и город. – Указал Аймон на многоэтажные строения. Серые, одинаковые дома стояли бок обок, словно каменные близнецы. На некоторых из них виднелись вывески. Среди них выделялись несколько домов стоявших поодаль от остальных из такого же черного камня, как и замок Аймона.
– Это казармы. – Сообщил Аймон. – Думаю, что тебе придется побывать там.
– Надеюсь, ты не отдашь меня на растерзанье своим солдатам?