Оперативная эскадра "Нибелунг" (СИ)
— Здесь нас не подслушают? — тихо спросил он. — Дело секретное. Вернее два дела, но второе может подождать.
— Нет, не подслушают, — ответил Ивор. — Проходите, милорд. Хотите выпить?
— Не сейчас, — отмахнулся гость. — Я получил письмо от одной дамы. Оно зашифровано старым шифром, который я лично разработал в юности. Не хотите прочесть?
— Письмо от дамы? — удивился Ивор. — Ради чего я должен его читать? Это же ваша дама.
— Бывшая. К тому же мы с ней не использовали этот шифр, — пояснил Маскариль. — И неужели вы полагаете, что я бы заботился о секретности из-за такого пустяка?
— Не знаю, честь дамы…
— Чушь, — отмахнулся Маскариль. — От дамы в письме только заголовок и несколько строк, а весь остальной файл секретное сообщение от принца и маркиза.
— Секретное? — насторожился Ивор.
— Вам пора бы завести личные шифры для общения с власть имущими.
Маскариль, наконец, решил пристроить задницу и выбрал для этого стул возле рабочего стола. Королевский шут сам по себе был долговязым, и на высоком стуле стал выглядеть, точно стервятник на ветке дерева.
— Зачем? — спросил Ивор, усаживаясь на диван.
— Потому что не всё можно доверить секции связи. Как оказалось ей вообще нельзя доверять.
— Шутите?
— Шутить моя профессия. Но сейчас не до шуток. Это главное что содержалось в послании. Имелась там еще одна странная приписка, но с ней мы разберемся позже.
— Кто-то из секции ненадёжен?
— Все, — отрезал Маскариль. — И «ненадежен» не тот эпитет, который в данном случае стоит употреблять. Маркиз вскрыл змеиное кубло из новых дворян. Всех их подослал Марбас, причем сильно загодя. Как я понимаю, их готовили для того, чтобы собрать в своих имениях заключенных, имеющих флотский и спецназовский опыт. И таких оказалось довольно много. Речь идет о сотнях специалистов.
— Вот чёрт! — Ивор быстро понял, чем такое внедрение могло грозить. — Это многое объясняет. Особенно дееспособность вражеского флота.
— Именно. Большинство этих тайных рекрутов отправилось за шерстью в качестве слуг, или же переправилось к генералу на коммерческих кораблях. Однако несколько парней задержались на Барти. То ли не успели, то ли собирались присоединиться к вечеринке после захвата королевства. А когда захват не удался, они поступили на «Нибелунг» вместе со своим патроном Коллинзом.
— Эх, — Ивор расстроился. — А я ему доверял. Такой добрый малый. Без всей этой чепухи аристократической. Похоже именно он предупредил Акелу, что мы дурачим их с ложным маневром.
— Полагаете? — заинтересовался Маскариль. — Почему же все остальные корабли повстанцев направились по ложному следу к карлику 659?
— Ну… — Ивор задумался. — Допустим, Акела не хотел выдать себя, это во-первых. Во-вторых, мог просто не успеть. Наконец, он ведь командовал в другой системе и остальные корабли ему похоже не подчинялись. Они могли поступить по собственному разумению. В повстанческих организациях это обычное дело. В общем причин может быть много.
— Но почему ни мы, ни другие корабли эскадры не зафиксировали передачу сообщения? Ведь «Нибелунг» и другие все время слушают эфир.
— Всё просто. Коллинз знал, какие диапазоны мониторит радиотехническая разведка. Кроме того, обычно секция связи уведомляет РТР и РЭБ, чтобы те не создавали помех в работе. К тому же предатель действовал осторожно. Он наверняка не отправлял сообщение для Акелы во время режима молчания. Мог передать во время боя, когда шел интенсивный обмен и никто из консортов не спрашивал, что за передачу ведет флагман. Или перед самым гиперпрыжком, когда все уже свернули периферию, а связь еще работала.
Оба собеседника замолчали, обдумывая печальный факт предательства.
— Что вы собираетесь с ними делать? — спросил, наконец, Маскариль.
— Не знаю. Наверное убрать по тихому, чтобы не баламутить команду. Слухи о предательстве, знаете ли, разлагают. Люди начнут подозревать других офицеров, особенно напыщенных индюков, которые свысока смотрят в сторону нижних чинов. А так… взрыв или внезапная разгерметизация, или радиация…
— Тут уж я не специалист, — Маскариль развел руками. — Не особо разбираюсь в убийствах в космосе.
— В космосе полно способов убрать кучу людей без следа, — заверил Ивор. — Но разве мы не собираемся допросить их?
— Вы умеете вести допросы… пытать? — спросил с брезгливостью Маскариль.
— Нет. Может кто-то из морпехов умеет?
— Вряд ли. Я бы на вашем месте доставил негодяев прямо к маркизу. Хотя бы только Коллинза. Но ведь их где-то придется содержать. А это вызовет ненужные вопросы.
Ивор задумался. Да, с флотским телеграфом тайну удержать не удастся. Любой матрос, принесший еду на гауптвахту тут же раззвонит остальным о птичках в клетке.
— Мы переправим их на Миллбанк, к Джонсону! — пришло в голову Ивору. — Там полно помещений, где раньше содержали арестантов, а корабль пустой, команда — дюжина человек. Они будут держать язык за зубами.
Он подумал и добавил:
— И, наверное, придется посвятить в дело Исбреена.
* * *
— Шевалье Коллинз, срочно соберите ваше отделение в секции связи, — прозвучал приказ капитана.
Там их и взяли. Исбреен с Венцелем и двумя надежными пехотинцами подготовили засаду. Но даже им не удалось застать плохих парней врасплох. Один из них успел вытащить шокер и начал выпускать веером дротики с электрическим зарядом. Его почти сразу пристрелил Венцель.
Остальные подняли руки.
Морепхи связали предателям руки, запечатали рты, набросили на головы непроницаемые для света мешки. По лифтовой шахте, пленников переправили к пусковому боксу, посадили в шаттл (его пилотировала Ломка) и отправили груз «Миллбанку».
Исбреен хотел устроить взрыв, чтобы надежно замести следы, но Ивор не позволил. Во первых это могло повредить корабль, а во вторых в отсеке связи нечему было взрываться с достаточно силой.
Тогда пехотинцы устроили пожар, вернее его имитацию.
Когда по тревоге к отсеку связи прибежали матросы, все было кончено. На палубе лежало четыре черных мешка с одним настоящим и тремя фальшивыми трупами, валялись использованные огнетушители, всюду лежали сугробы липкой пены (разработанной специально для использования в невесомости), из под пены торчали обгорелые фрагменты оборудования. Пехотинцы не позволили никому разглядывать место в подробностях. Даже группе ремонтников.
— Как только мы соберем улики, сразу же допустим вас, — пообещал Венцель.
По кораблю объявили, что произошло возгорание при попытке отремонтировать блок резервных аккумуляторов. Все четверо связистов задохнулись и погибли, не успев предпринять меры. И лишь случайное появление рядом группы морпехов спасло корабль от большого пожара, потому что датчики дыма и огня были завязаны как раз на злополучный резервный аккумулятор.
Исходу никто не удивился. До войны аварии такого рода случались нередко. А неопытные новобранцы обычно совершали кучу ошибок.
Не откладывая устроили похороны. В дело пошли секс-куклы, украденные на заправочной станции. Они находились в мешках и были отправлены в космос вместо предателей.
Послание маркиза имело и другие следствия.
— Вторая часть письма от дамы не для вас, друг мой, — сказал Маскариль Ивору. — И не для меня. Тут ещё один шифр, ключа к которому у меня нет. А сопроводительная записка требует передать послание некоему Юджину Палмеру. Причем его следует уведомить тайно, не привлекая внимания посторонних. Что сделать непросто, так как упомянутый мистер Палмер находится на тюремном корабле с отпускниками, причем в качестве отпускника.
— Шпион Корт роу? — догадался Ивор.
— Или зек, который отбывал срок в имении маркиза и к которому у Горского сохранились сентиментальные чувства.
— Или маркиз обнаружил пропажу фамильного серебра.
— И заранее обменялся со своими зеками шифром?
— Хорошо. Сделаем так. Исходя из принципов гуманизма, и во избежание бунта я разрешу выпускать зеков партиями на отдых в один из блоков заправочной станции. Скажем по двести человек каждые два часа. Вы встанете рядом с охранником, который будет сверяться со списком. Когда увидите искомого мистера Палмера, то передадите ему послание.