Приватир (СИ)
В паспортном столе надолго не задержались. Здесь, как и в Пскове имелись большекаменские держатели очереди. Минут десять перед дверью, да не больше двадцати, пока заполняли паспорт, вносили всё необходимое в реестры, оформляли бумаги для отправки в псковское отделение, дабы привести учёт в порядок.
— Ну что, щ-щенок, теперь я не на службе, — когда мы вышли на широкое парадное крыльцо, многозначительно произнёс Конев.
— И что с того? — вздёрнул я бровь, изображая наивность.
— Я вызываю тебя.
— Меня? Но что я такого вам сделал?
— Ты назвал меня трусом.
— Трусом я вас не называл. Господин унтер-офицер, господин Мелихов тому свидетель. А вот лжецом, очень даже могу.
— То есть, я лжец!? — надвинулся он на меня.
— Ну если вы глядя мне в глаза говорите не правду, то выводы делайте сами.
— Ты принимаешь вызов, щ-щенок?
Вообще-то можно было и отказаться, вынудить его ударить первым, а там без затей набить ему морду. В своих силах я не сомневался. В силу специфики местные конечно уделяют времени рукопашному бою, ничуть не меньше, чем в моей истории дворяне фехтованию. Однако, я мог их удивить, так как обладал опытом не одной эпохи. Но тут есть нюанс. Он всё ещё в форме. А валять в пыли великокняжеского дружинника, так себе затея, которая очень даже может аукнуться.
— Рукопашный бой, — после короткой паузы произнёс я, так как выбор вида схватки остаётся за вызываемой стороной. — Только просьба не затягивать, мне завтра утром вылетать в Псков.
— Драться будем немедленно, — успокоил меня Конев.
От жандармского управления мы направились в тренировочный зал «Колтукова». Добирались на разном транспорте, как и предписывал дуэльный кодекс. Чему я был только рад. Вот не хотелось мне видеть рядом с собой эту рожу.
Вопрос с моим секундантом решился сам собой. Им вызвался быть один из тренеров. С местом поединка, так же никаких проблем. По десять рублей с каждого поединщика, и никаких вопросов, дерись хоть до посинения.
— Как будете драться? — поинтересовался распорядитель.
А вот тут уже выбор за оскорблённой стороной, ибо только он определяет, что именно может его удовлетворить его уязвлённую честь.
— До смерти, или пока кто-то не попросит пощады, — тут же ответил Конев.
— А если один из вас лишится чувства, или по иной причине не сможет признать поражение? — уточнил распорядитель.
— Это трудности проигравшего, — отмахнулся унтер.
— Ясно. Бой до смерти, или пока одна из сторон не попросит пощады. Начинайте на счёт три, — подытожил распорядитель, и пятясь начал отсчёт. — Раз. Два. Три.
Несмотря на свой боевой настрой, Конев не стал спешить с атакой. Пригнувшись он выставил руки, словно борец, и начал кружить надо мной, постепенно сближаясь. Я же продолжал стоять прямо, с опущенными руками, единственно все время поворачивался удерживая противника перед собой. Я ничуть не сомневался в своей реакции, так как уже скользнул в боевой транс, и наблюдал за происходящим словно со стороны, подмечая малейшие изменения в движениях, мимике и выражении глаз Конева.
Наконец тот ринулся в атаку. Удар ногой по голени, я успел убрать свою ногу, но атака оказалась обманной, Конев использовал её чтобы сблизиться. Не забыл, как я ловко уклонился в гостинице. Едва сблизились вплотную, как последовал апперкот правой в солнышко. Мне удалось нейтрализовать его довернув тело, и отведя его руку предплечьем. Но и это была лишь обманка, так как сразу же последовал хук левой, в мою открытую челюсть.
Я конечно в трансе, да только и этот гад слишком хорош! Добиться полного успеха у него не получилось, однако мне всё же неслабо прилетело даже вскользь. Уходя от атаки я опрокинулся на спину перекатившись через плечо.
Конев решил развить свой успех. А может и не думал ни о чём, действуя на одних рефлексах. Не важно. Главное, что он ринулся за мной, и я сумел встретить его правой пяткой в солнышко. И не поднимаясь, довершил контратаку подъёмом стопы левой в голову.
Противник помассивней меня, поэтому не улетел, и даже не упал на пол, а опустился на колено, тряся головой, и пытаясь втолкнуть в лёгкие воздух. Да только и я не собирался почивать на лаврах. Подогнул правую ногу под себя, одновременно выбрасывая тело вперёд и вверх. Мгновение, и я на колене. Ещё одно, и моя открытая левая ладонь ударила по затылку.
Конев растянулся на полу, возможно потеряв сознание, но я и не думал сбавлять натиск. Ухватил его за правое запястье и поднялся на ноги, выворачивая руку, после чего ударил коленом с обратной стороны локтя. Предплечьем было бы удобней, но я усомнился, хватит ли у меня сил, для задуманного. Послышался хруст, и зал огласил дикий крик полный боли. Но пощады никто не просит. И плевать, что даже если захочет, то не сможет этого сделать.
Я перевернул его на спину, и ударил каблуком по рёбрам. Бил расчётливо, со знанием анатомии, выверено и строго по месту. Вместе с тупым ударом по телу, послышался влажный хруст. Конев подавился криком, не в состоянии ни вдохнуть, ни выдохнуть. Ещё удар, и опять хруст, из его рта выметнулись капли крови. Сломанные ребра пронзили лёгкие. Ещё один удар, и вместе с кровью выхаркнутой им, его глаза затянуло мутной поволокой, быстро меняющейся остекленением.
— Как-то так, — равнодушно произнёс я.
Как только стало понятно, что поединок завершён, к Коневу подошёл местный медик осмотрел его и констатировал смерть. Он конечно же мог поднять его хоть своим амулетом, хоть амулетом Конева. Но условия схватки не позволяли ему этого сделать. Пощады унтер не просил, и жизнь его теперь полностью в моих руках.
Я же, молча склонился над трупом, и снял с руки перстень «Лекаря». Такие здесь правила поединка. Победивший забирает с побеждённого трофеи. Больше ничего ценного при нём не было, и я не проронив ни слова, направился на выход. С одной стороны, нет никакого желания прощать того, кто хотел меня убить. С другой, пусть будет посланием дядюшке. А в том, что это был бросок на удачу, я уже не сомневался.
И, да, валить нужно из Большекаменска, пока ветер без камней. Видит Бог, я сделал всё для того чтобы отойти в сторону. Хватался за маломальский шанс, чтобы не втянуться в эту возню. Но похоже всё зря. Миры разные, а дерьмо везде одинаковое. Интересно, сколько у меня осталось времени? Вряд ли много. Значит нужно форсировать создание своей команды. И не в том виде, в каком планировал изначально. Ну вот почему оно опять как всегда-то!?
Дорогие читатели, не забываем ставить лайки. Вам это ничего не стоит, а для меня топливо. Не хлебом единым сыт автор. Так что, как заправите, так книжка и полетит.
Глава 2
* * *— Эвон, стало быть как, — хмыкнув тряхнул головой Гаврила, и принялся набивать трубку душистым табаком.
Не сказать, что он дымил нещадно, но под настроение, выкурить трубочку любил. Ну или вот так, когда нужно было собраться в кучу. Новость вываленная им на голову рядовой никак не назвать.
Так-то предварительно они обо всём узнали из газет. Благо Анастасия почитывает прессу с завидной регулярностью. Но это их не больно-то и расстроило. Гаврила даже где-то приосанился, и выдал друзьям-знакомым, мол, он не промах, знает кому служить. А то, что княжич не схотел вешать себе ярмо на шею, так это понятно — он ведь всю жизнь мечтал о самолётах, а его вместо этого на стол, править. Вот и подался восвояси, вслед за своей мечтой. И уже успел завоевать какой-никакой авторитет. Пока ни как пилот, но лиха беда начало. Он всем ещё покажет! Потому как если к делу с любовью, оно не может не спориться.
С девушкой как-то не понятно. Известие о моём прошлом она восприняла вроде бы и ровно, и в то же время ходит сама не своя, как в воду опущенная. А ещё, малость испуганная, что ли. С чего бы ей пугаться, коль скоро подробности я озвучил только сейчас?