Пожиратели миров (СИ)
И время пошло.
Решать было несложно — сложно было прочесть, особенно когда ты читаешь по буквам и потом складываешь их, чтобы понять смысл. Однако так было с задачами. Уравнения и примеры я решал быстро, едва пробежавшись взглядом. Это был очень низкий уровень сложности, и я внутри себя удивился, когда понял, что закончил первым.
Встал, сдал бланк, поблагодарил и вышел. Когда я положил конверт на стол преподавателя, профессор кивнул мне с видом, будто я был его учеником на протяжении многих лет.
Больше ничего интересного за сегодня не было. Ещё один спокойный плодотворный день. Но на четвёртый день начались какие-то непонятные волнения в мою сторону.
Обед.
Вкусный обед: суп с мясом, гречка, котлета, компот и трава в масле. Я ел и никак не мог наесться. Вкусы били по рецепторам, едва не заставляя жмуриться от удовольствия. После безвкусного геля и еды, пусть иногда и со вкусом, но отвратным, это был поистине имперский обед.
И я в одиночестве. Я не читаю книг, когда ем, однако много думаю. Планирую свои действия. Сейчас я думал про корабль.
При крушении маяки на судне автоматически подают определённые сигналы, которые так просто и не уловить. Мне требовалось их перехватить и вычислить направление и расстояние. Для этого требовалось собрать достаточно мощный приёмник, который сможет поймать сигналы с корабля. Вопрос — из чего? Что потребуется для этого, какая техника?
А перед этим надо узнать новости из города: если корабль упал где-то рядом, то его уже наверняка отбуксировали и вскрыли. Если так, то это огромные проблемы и тогда будет стоять вопрос, как ликвидировать всё, что они нашли.
Но…
Я обратил внимание на столик в стороне.
В столовой люди разбивались на соответствующие группы по статусу. Сильные и уважаемые почти в центре, общая масса кто где сядет, изгои и тех, кого все бьют и не уважают, в самом углу. И сейчас из-за столика в центре, где сидели девушки, на меня косилось несколько пар глаз.
Девушки о чём-то шептались, бросали взгляды в мою сторону, отворачивались, вновь перешёптывались. Настолько открыто готовили план, что даже будь ты слепым, мог заметить это.
Мне это не понравилось, однако за время обеда ко мне так никто и не подошёл. Я спокойно доел и, как и все, отправился на занятия, с которыми не мог определиться: они деградируют меня или делают умнее.
Но я ждал. Ждал, когда противник начнёт действовать. Если будет один-два, то у меня хватит сил разобраться, если будет больше — я достану ножницы из пенала, которые одолжил у Гинзи. А ещё у меня была вилка, но это как запасное оружие.
И во время перемены перед последним уроком это произошло.
Ко мне никто не подходил, и поэтому я сразу заметил человека, который уверенно направлялся в мою сторону.
Девушка. Волосы тёмно-коричневые, переходящие в розоватый у кончиков. Худая. Моего возраста или чуть старше. Лицо с косметикой, выглядит как та, кто бродит по злачным заведениям с опасными парнями, ярко живёт жизнь и быстро её прожигает. Она была не из этого класса, однако одна из её подруг училась здесь же со мной и сейчас следила за нами.
Кто-то послал разведчика и наблюдателя.
Эта личность мягко и невзначай села прямо на край моей парты, мило улыбаясь. Хотя на её лице это в действительности была хищная улыбка. За нами искоса, усердно показывая, что они ничего не замечают, наблюдали другие ученики, включая Ромиэля. По лицу, ненависть ко мне у него вспыхнула с новой силой.
Мы встретились взглядом, и я показал ему ножницы, отчего тот быстро отвернулся.
Девушка же, ненароком поправила грудь, выставляя её напоказ, чтобы вырез оказался в нужном месте.
Не интересует.
Я вернулся к книге, боковым зрением наблюдая за тем, как она хмурится.
— Привет, новичок, как дела? — беззлобным достаточно тонким голосом спросила она.
— Тебе что-то нужно? — сразу перешёл я к сути, не поднимая взгляда.
— Почему сразу нужно? — она по-глупому надула щёки, словно это должно было быть хоть немного красиво. — Просто хотела поинтересоваться, почему ты так одиноко сидишь здесь? Один совсем.
— Интерес губит. И я попрошу тебя слезть с моей парты.
— Почему? — вскинула она брови.
— Потому что я не хочу, чтобы ты сидела на моей парте, — холодно произнёс я.
В её лице скользнула обида. Скользнула злость, граничащая с желанием ударить меня, но лицо Ромиэля было перед ней, как напоминание, потому девушка лишь скрыла всё за улыбкой, и села на стул передней парты.
— Меня зовут Энгли, — протянула она мне ладошку.
Я слегка задумался, но тем не менее пожал её.
Очень… маленькая ладонь, мягкая и хрупкая. Кожа нежная, ни единого шрама или мазоли. Даже ногти накрашены какой-то краской. Я могу сжать её и сломать все кости внутри вместе с пальцами даже сейчас, в таком состоянии. Непривычно пожимать такую руку…
— Я Грант. Грант Роковски, — ровно произнёс я.
— Грант… — повторила Энгли за мной. — А откуда ты?
— С улицы.
— С какой? — склонила она голову вбок.
— Это имеет значение? — я даже не смотрел на неё.
— Ну… я знаю почти все улицы и… — Энгли хихикнула, — злачные места этого города. Интересно ведь, откуда ты такой взялся.
— С улицы, — повторил я.
Не знаю, почему, но девушка начал ещё больше улыбаться, после чего и вовсе тихо рассмеялась.
— Что-то случилось? — поднял я взгляд.
— Ты забавный. И по-своему милый… — Энгли провела тыльной стороной руки по моей щеке, но я быстро перехватил её кисть. Так быстро, что она вздрогнула и словно сжалась в предчувствие беды, когда я посмотрел на неё.
— Я чувствую твой страх, — негромко произнёс я.
Она с трудом выдавила из себя смешок.
— Когда у тебя такое жуткое лицо… знаешь, это действительно пугает. Но ты ведь не сделаешь мне больно ни за что, верно?
Я отпустил её руку.
— Спасибо, — потёрла Энгли свою кисть. — А знаешь, нам надо будет прогуляться завтра.
— Завтра? — уточнил я.
— Ага, завтра. Завтра же отпускают в город, ты знал? Пройдёмся, в магазины заскочим. Я тут всю округу знаю.
— Всю округу?
Она прямо оживилась.
— Да, все близлежащие улицы и, чего греха таить, почти весь город, — улыбнулась Энгли.
Про грех было метко сказано, его не утаишь, но всё равно это интересно. Мне как раз не хватало найти магазин с электроникой, чтобы приступить к сборке приёмника, и завтра этим можно было начать заниматься. А ещё могла потребоваться возвышенность, чтобы лучше поймать сигнал. Однако такое внезапное дружелюбие и интерес к моей личности ничего хорошего не обещали.
Её подослали. Учитывая весь негатив к моей личности, это мог сделать тот же Ромиэль, чтобы уже на улице попытаться поквитаться. Поэтому ответ был достаточно очевиден.
— У меня завтра другие планы, — я вернулся к книге, которую пытался читать.
— Планы? — у неё брови вверх поползли.
— Планы. Мне надо посетить несколько мест. Поэтому я не смогу составить тебе компанию, — немного подумал и добавил. — Извини.
На это Энгли лишь хихикнула внеочередной раз. Я уже начинаю думать, что у неё какие-то проблемы с головой, так как она слишком часто хихикает.
— Ты так забавно это сказал… извини… Ну что ж, раз не можешь, то не можешь, — хлопнула она в ладоши. — Кстати, на ужин подсесть к нам не хочешь?
— Нет.
— Какой ты вредный, — её это ни капельки не смутило. — Тогда до встречи.
И быстро ушла. Ушла так, что её таз влево-вправо заносило, словно ей было сложно идти прямо.
Избавился ли я от этой девушки?
Нет, на ужин Энгли сама подсела рядом. В тот момент, когда я наблюдал за кухней и раздумывал, как бы найти момент и зайти туда за чем-нибудь более весомым, чем вилки и ножницы, она села прямо передо мной так, будто сидела здесь всегда.
За другими столиками за нами искоса наблюдали девушки и даже парни.
— Приятного аппетита! — улыбнулась она до ушей.
Её приветливость резко контрастировала с тем, как она вела себя на перерывах между занятиями. Мне довелось увидеть её презрительные взгляды на других, этот высокомерный смех и неуместные грубые шутки в адрес девушек, которых она считала ниже себя. Но со мной Энгли была едва ли не членом Ордена Дочерей Милосердия.