От земли до рая (СИ)
А что, если я… ошибся? Ну, подумаешь… Приставка. Чтобы там ни говорила моя неугомонная мамаша по поводу возраста, в маразм я еще не впал. И на память не жаловался. Та у меня как часы работала. Не зря ведь тренировал. Я мог годами не вспоминать о каких-то событиях жизни, но когда того требовали обстоятельства, запросто выуживал из тайников памяти даже самые незначительные детали. Так что я прекрасно помнил тот день, двенадцать лет назад, когда рассказал капризничающей Соньке о том, как мне однажды отказались купить приставку. Она тогда совершенно отбилась от рук. И я сам был в том виноват, ведь довольно долгое время, после смерти жены, я вообще ни в чем ей не отказывал. Не желая расстраивать. Стремясь компенсировать то, что никакими деньгами компенсировать было нельзя. К счастью, я вовремя понял свою ошибку.
Но сейчас речь шла не об этом… Допустим, Лиля по какой-то причине тоже запомнила эту историю. И когда встал вопрос о том, что мне подарить… Что? Решила проявить креативность? Или… за этим стоит что-то большее? Проще всего спросить. Разговоры… они вообще здорово облегчают жизнь, но… почему-то я никак не мог себя заставить перейти к сути.
Отпил виски из стакана... Обернулся. Лиля стояла посреди комнаты. Такая невозможно красивая. И хрупкая, как цветок, который совсем недавно чуть было не смяли. Вон… и следы чуть повыше локтей. Все же надо было вернуться. И отхреначить того мудака, как следует. Может, стало бы легче. Не то ж совсем хреново-то…
Отставив стакан, я подошел к Лиле, осторожно взял ее за руку и принялся внимательно осматривать.
- Почему ты не сказала мне, что этот… хм… тебя преследует?
Лиля моргнула, сбитая с толку таким началом разговора. Или тем, что я делаю…
- Да он и не преследовал, Ян Львович.
- А там что было? – я дернул головой в направлении окна.
- Не знаю. Думаю, Данил Александрович выпил лишнего. Ну, и расстроился, когда…
- Когда ты его послала.
- Ну, да, - Лиля не слишком весело улыбнулась.
- А ты научилась посылать…
- Да вроде с этим у меня никогда проблем не было, - удивленно вскинула брови она и, сглотнув, уставилась на мои пальцы, которыми я зачем-то обводил ее наливающиеся синяки. Да я и сам опустил голову. Хотя… наоборот хотелось приковать ее к себе взглядом и, может, даже легонько встряхнуть, чтобы она, наконец, объяснила, что означают эти ее слова.
Никогда проблем у нее не было… видите ли.
А со мной? Что тогда было со мной?
Или… это я все неправильно понял? Что, если она на самом деле хотела… Да нет. Лиля тогда ведь ясно сказала… я своими ушами слышал, что некоторым мужчинам просто нельзя отказать.
Отчего-то разозлился. Выпустил ее руку. Стиснул кулаки и отошел к окну. Удивляясь сам себе. Своим реакциям. И эмоциям.
- Я завтра же его уволю.
- Нет! Нет, вы что? Зачем? В этом нет совершенно никакой необходимости, тем более что я сама собралась увольняться.
А вот это действительно новость. Как-то ненадолго ее запала хватило.
- Из-за Данила?
- Нет. Понимаете, Ян Львович, я в этот отдел пришла не просто так…
- А почему же?
- У меня была… и есть готовая технология, которая будет полезна для вашего бизнеса. Я надеялась, что эта должность поможет мне ее до вас донести.
- Не слишком ли сложная схема? – нахмурился я. – Не проще ли было подойти ко мне и сказать: «Ян Львович, смотрите, что у меня есть!»
- Не проще. – Лиля снова отвела взгляд.
- Лиля! Нам обоим будет легче, если ты перестанешь говорить загадками.
- Да нет тут никакой загадки. Я просто… без протекции хотела. Сама. Чтобы никаких поблажек…
И снова это странное удушье… Я подошел к окну. Рванул створку. Тут же кабинет наполнили звуки музыки, смех и голоса. Ее слова заставили меня испытать… какую-то странную, непонятную гордость. За нее. И ведь для меня совершенно было неважно, что в итоге ничего у нее не вышло. И что она один черт пришла напрямую ко мне. Главное, что пыталась… Сама. А я ведь уже привык к тому, что от меня каждый урвать стремился. Другое дело, что получалось мало у кого…
Сглотнул. Растер виски.
- Ну, не получилось – и хрен с ним, – отмахнулся я. - Рассказывай, что там у тебя, а дальше что-нибудь придумаем.
Я даже облегчение испытал от того, как просто все решилось. Хотя бы с этим… Вновь подошел к бару и взялся за бутылку.
- Почему сразу - не получилось? – раздался напряженный голос Лили. Я замер, так и не донеся стакан до рта. Обернулся:
- Ты ведь сама сказала, что должность в моей компании не приблизила тебя к цели. И раз уж речь зашла о твоем проекте, я так понял, что ты созрела рассказать о нем прямо сейчас.
- Вы неправильно меня поняли, Ян Львович.
- Ты не станешь мне о нем рассказывать?
Признаться, разговор начал меня утомлять. Как и Лилино совершенно непонятное мне поведение. А Лилю, похоже, стал утомлять я… Она тяжело вздохнула. Обхватила свои руки чуть повыше локтей ладонями и, глядя куда-то в строну, негромко заметила:
- Я вам обязательно расскажу о своей технологии. Но только потому, что вы, Ян Львович, сами заявили о своем интересе… - а потом резко обернулась к двери: - Соня! Ты заходи, что ж ты в проходе топчешься, как неродная?
Я резко повернул голову к двери, в которую как раз, виновато улыбаясь, вплыла София. А следом за ней моя мать… Все интереснее и интереснее. Я вздернул брови, по очереди разглядывая этот бабский батальон. Внутри поселилось странное чувство, которое я не мог описать. Нехорошее сосущее под ложечкой чувство…
- Так вы мне, наконец, объясните, что происходит?
- Лиль? – нерешительно покосилась на подружку моя дочурка.
- Объясняй. А впрочем, нет… Погоди. Я сама.
Лиля открыла серебристую сумочку, достала телефон и что-то быстро настрочила.
- Па… Похоже, тебе стоит проверить почту, - оскалилась в акульей улыбке Соня. Я не понял, в какой момент наша беседа с Лилей переросла в этот фарс… Но, может, так и лучше. По крайней мере, удавка на горле ослабила хват. Подыгрывая собравшимся, я достал телефон. Демонстративно открыл почту. И тут же отвлекся, потому что из-за всех этих глупостей, оказывается, пропустил одно важное сообщение… Открыл. Прочитал. Несколько раз прочитал, прежде чем до меня дошло. Я резко поднял взгляд и впился в раскрасневшееся лицо Лили.
- Это твой проект? – тихо и… очень недоверчиво спросил я.
- Таки у него что-то с мозгами, - как сквозь вату донесся голос матери, на который я, впрочем, не обратил внимания.
- Мой… - подбородок Лили приподнялся чуть выше. И я вообще не знаю, как так получалось, но, при ее росте, она каким-то образом умудрялась смотреть на меня сверху вниз.
- Расскажи о нем…
- Непременно. Мы ведь, кажется, согласовали дату презентации… Только что.
А потом она просто ушла. Вот так. Взяла и ушла. И Сонька рванула следом. Я двинулся было за ними, но дорогу мне перегородила мать.
- Отойди, мама!
- И не подумаю.
- Неужели ты не понимаешь?! Мне нужно с ней поговорить…
- А мне показалось, будто Лиля сказала тебе все, что хотела.
Да ни черта! Мы ведь вообще ничего толком не обсудили! Ни приставку эту, ни… Черт! Я растер лицо в безуспешной попытке увязать в голове прошлое и настоящее… И чем больше я об этом думал, тем хуже мне становилось. Одного распахнутого настежь окна явно было недостаточно.
- Мам, дай я хоть на улицу выйду!
- Да иди куда хочешь! Только к Лильке не лезь!
- Почему? Что она тебе такого плохого сделала?
- Плохого? Дурья ты башка! Да я Лильку как родную люблю.
- Что-то незаметно!
- Это потому, что у тебя дальнозоркость! А то, что у носа, ты в упор не видишь.
- Господи, бред какой…
- Бред – не бред, а пока не поумнеешь, к Лильке и близко не суйся. Она, вон, только-только крылья распрямила. Вот и пусть летит. На тебя мы уже насмотрелись. Теперь ее очередь…
- Слишком образно, мама. Из твоих слов ни черта не понятно, – рявкнул я, вернулся к бару и таки прикончил то виски. - Что ты хочешь этим сказать?