Дриблинг безликих (СИ)

Момо, прихлопнув ладонями девичьи щеки, придирчиво бродил взглядом по ее перекошенному лицу, явно примериваясь учудить нечто вроде того, что он сотворил мигом ранее.
— У нас взаимный бред, заметила, Шмакодявка? И меня вгоняет в безумство постоянное желание до тебя дотронуться.
«Тактильный маньяк!»
Момо и раньше всячески изгалялся, даже на учебных парах, чтобы оказаться в ее личном пространстве, однако, видимо, впервые принял наличие чувств как осознанную причину своего стремления к ней.
Перестаравшись, Аркаша со звонким шлепком, уместила ладонь на лице Момо, не слишком надежно перекрыв доступ к себе.
— Да я абсолютно без понятия, как на это реагировать! — с искренним отчаянием сообщила она.
— Дофольнфо чефная реафция, — хмыкнул ей в руку Момо. И подождав, пока она отодвинет ладонь, добавил: — Расслабься. Я тоже пока в недоумении от себя.
Великолепная перспектива на будущее. Еще несколько ужасающих мыслишек по поводу не к месту нагрянувших чувств, и проблемы с чарболом и Багро и вовсе перестанут казаться таковыми.
«А я-то думала держать улыбку при разговоре с инспектором по делам несовершеннолетних сложно. А это была легкотня. И, похоже, впереди ждет целый неизведанный мир взрослых переживаний и трудностей. И вопрос выживания явно сдвинут с орбиты приоритетов».
— Наверное, надо найти Грегори и как-то поддержать его. — Аркаша отвернулась, потому что играть в гляделки с тем, кто только что положительно ответил на признание, практически невыносимое занятие. — Он наверняка шокирован и сильно расстроен.
— Сбежать от меня хочешь?
Момо достаточно было легонько хлопнуть ее по бедру, чтобы спружинить обратно, в изначальную позицию.
— А можно обойтись без щупаний? — Напряжение последнего часа передавалось конечностям, поэтому Аркаша то и дело изображала суетливые рывки, словно предоставляя для оценивания полноценный танцевальный номер. — Достаточно общаться словами, без использования рук. Супер крутой навык, знаешь ли.
— Нельзя. — Момо повторил трюк с заслоном, перекрыв ей путь к отступлению. — Сказал же, у меня болезненная потребность. Чем больше сдерживаю себя, тем хуже мне становится. Будь порядочной девчонкой и прими ответственность.
«Слов нет. Одна булькающая нецензурщина».
Аркаша замерла, обдумывая его требование.
— Обещал же, что ничего не сделаю, пока не повзрослеешь. — Уголок губ Момо дернулся в загадочной полуулыбке. Аромат свежего персика обрушился на Аркашу с такой мощью, будто с десяток сладких плодов нещадно расплющивали прямо рядом с ее носом. — Но от легких касаний не отвертишься.
— А что представляют собой сложные касания? — не на шутку загрузившись, осведомилась Аркаша. Смутно, но она догадывалась, что пытается протиснуться на опасную территорию.
— Какая любопытная. — Момо потрепал ее за нос. — Узнаешь в день совершеннолетия.
«Так, по-моему, пора задумываться о переезде на другую планету. — Она почесала кончик пострадавшего носа и мученически уставилась в пространство за плечом парня. — Вот бы Грегори внезапно объявился... Ну, приплыли. Момо реально до коликов довел: теперь мне всерьез хочется, чтобы староста нас застукал. А ведь я пытаюсь его избегать».
— Вопрос снят. — Аркаша, отвернувшись, вытянула руку в сторону парня. — Чересчур много информации. Отлепись и дай глотнуть воздуха.
Внезапная крепкая хватка на запястье опять откинула ее на стадию легкой паники.
— Сказала же, сейчас мой мозг не переварит лишнего! — Она взвилась, повторно чиркнув спиной по стене. — Прекращай, а то я так до аллергических реакций докачусь.
— Смирно постой. — Он нахмурился, изучая ладонь девушки. — Снова ожог.
— А? — Аркаша сфокусировалась на тянущей боли у основания пальцев. — Ну, похоже, Наложение с усилением «альфа» вполне себе хорошо материализовалось, и меня зацепило. А значит, Багро не отделался бы испугом, если бы ты не стопорнул меня на подлете.
— Все еще настроена сцепиться с ним? — Момо кинул на нее испепеляющий взгляд.
— Вообще-то это называется «настроиться на позитив», — заспорила Аркаша.
 
У нее получилось сотворить нечто, связанное с чарболом. Настоящее Наложение, хотя и не на мяч. Да это стопроцентный прогресс. Есть чему порадоваться. Не совсем вовремя, конечно, но стоит заканчивать уже с бесполезным отчаянием.
— Иди сюда. — Момо потянул ее к себе.
— Э-э-э-э, что за дела?! — Аркаша, сопротивляясь, выставила локоть и уперлась им в шею парня.
— Вылечи себя, Шмакодявка.
— Я что, смахиваю на врача? — Она подскочила и для надежности выставила еще и колено.
— Не тупи. Мы оба знаем, что ты восстанавливаешься, когда отрываешь от меня кусманы энергии.
— Зверюгу голодную из меня не делай, а.
— Ты ранена! А ну съешь меня! — Момо схватил ее за талию и приподнял. Аркаше оставалось лишь взмахивать ногами в воздухе, пытаясь вырваться. — Не артачься, Шмакодявка, практику уже наработала.
Рассердившись за напоминание, Аркаша схватила копну волос парня и, серьезно дернув, заставила придвинуть ее поближе к его уху.
«У тебя сдерживающая печать! — прошипела она, ясно ощущая, что мочка демонского уха пахнет лучше, чем любое печенье с фруктовой начинкой. — Разве ты не должен направлять все силы на ее сохранение?»
«Волнуешься за меня?» — Момо, воспользовавшись их близостью, повернул голову и уперся кончиком носа в ее.
«Приходится. Раз сам отказываешься трудиться в этом плане. Не у меня одной мозги набекрень, как видишь, так что про миссию свою не забывай. Ты хранитель демонского колодца, а мне нравится в Блэк-Джеке. И я буду не рада, если демонская армия, вернув всю силушку, напрочь снесет университет с этого острова!»
Поразмыслив, Момо разжал пальцы, и Аркаша отпрыгнула от него ровно на шаг. Не так уж далеко, однако она и не собиралась формировать какую-либо дистанцию между ними. Ни в эмоциональном, ни в физическом плане. Кажется, стремительное развитие чувств напрягало не только ее. Но и здесь отыскивались плюсы: Момо слушал ее и в какой-то мере даже проявлял уважение к ее мнению. Он, несомненно, несносен и грубоват, однако Аркаша улавливала разницу между оттенками его обращения с ней и тем, что позволяла себе тетя Оля.
Считается, что богатый жизненный опыт имеется лишь у взрослого человека. Но детство — это тоже познание и получение опыта. И представление о жизни, сформированное у Аркаши в изобилующем равнодушием прошлом, вполне позволяло ей ясно осознавать, что поступки тети Оли во многом были лишь зрелищной демонстрацией действий, производимых якобы «во благо ее маленькой подопечной». И вера в доброту тети не раз давала силу самой Аркаше удерживаться на хлипком плотике их совместного существования в качестве семьи. Теньковская ведь и правда очень старалась. Всегда. Постоянно. Слепо и доверчиво.
Поведение же Момо существенно отличалось. Он поступал так, как умел. Резко, чаще опрометчиво и не идеально. Но действительно во благо Аркаши. И в этом чувствовалась искренность. Поэтому девушка не собиралась отстраняться от него. Даже если его поступки продолжат вызывать у нее панику. Он уже в круге тех, кто дорог Аркаше.
— Идет, — пробурчал демон и, скривившись, побарабанил пальцами по переносице. — В бешенство приводит само желание отдать мою энергию. Я не какой-то там паршивый буфет и не тот, кто позволит запросто сожрать себя. Так что твоя особенность сильно выводит из себя, Шмакодявка.
Забавно. Сам возвел ее в особый статус и сам же злится из-за этого.
Аркаша прижала к губам кулак и хмыкнула. Хорошо, что она еще ментально не дозрела для того, чтобы слишком уж переживать от нахлынувших любовных штормов. К тому же, по всей видимости, чувства не затмевают разум Момо, а способствуют кристальному мышлению.
— Напоминаю, что покушаться на твою энергию у меня получается бессознательно, — осторожно заметила Аркаша, пряча за спиной руку с ожогом.
Не стоило и дальше провоцировать парня на всякие спасательные миссии. Тем более что воспринимать демона в качестве спасателя по-прежнему больше походило на попытку создать очередной шедевр саркастической шутки.