Последнее лето ярла Ульфа (СИ)

И больше ничего не успел. Один из своих, мальчишка, почти в упор вбил чужаку стрелу в шею.
Заря видела бой Кольгрима будто боковым зрением. Не фиксируясь. Она вычленяла из общей картины только самое важное. Места, где дела защитников шли совсем плохо. Причем она не думала об этом. Только чувствовала. И била в новую цель. Ровно до тех пор, пока потянувшаяся к колчану рука не ощутила пустоту.
И тут же увидела появившуюся над частоколом перепачканную в крови ухмыляющуюся рожу.
— Все, юнец, конец тебе! — радостно гаркнул Эйндриди.
Все это время он, спрятавшись под стеной, ждал, когда у стрелка закончится запас. Эйндриди всегда был осторожен и действовал наверняка. Увидев, как опустилась рука с луком, сжал зубами рукоять секиры, ухватился за свисающую сверху веревку, оставленную кем-то менее удачливым, чем Эйндриди, взбежал наверх, ухватился левой рукой за частокол, перебрасывая себя через него, а правой, выпустившей веревку, ухватил секиру… И полетел обратно, булькая кровью из рассеченного горла.
Выхватить клинок и тем же движением нанести удар — одно из первых умений, которым обучал Зарю муж.
А она была хорошей ученицей!
Впрочем, меч тут же отправился в ножны, потому что Заря увидела в сажени от себя три пучка увязанных ремешками стрел. Ну да, сама же приготовила их для боя. Один тут же отправился в колчан… Но стрелять было не в кого. Ни на забороле, ни под стеной врагов уже не было. Они отступали.
К сожалению, не бежали, а именно отступали. Прикрываясь щитами, неторопливо, организованно.
И их было не так уж мало, уцелевших во время штурма. Заря прикинула: не меньше трех десятков. Но огорчиться она не успела. Потому что до нее наконец-то дошла главная мысль.
Они отбились!
  
Глава 4
 
(окончание) — глава 5
 
* * *
—…Так и отбились, — с гордостью сообщила Заря. — Повезло. Если бы половина врагов не ушла восвояси, могли бы и не устоять.
Заря была старшей во время обороны. Потому именно ей досталась приятная миссия: рассказать Аслауг о битве.
Вдова Рагнара молчала. Остальные, ее спутники-хирдманы, тоже молчали. Из уважения к ней. Многие из них были разочарованы. Надеялись на драку, на добычу, потому всю дорогу гребли не жалея сил. И не успели. Пожалуй, захвати Йоран усадьбу, их бы это куда больше устроило. Усадьба богатая. Есть чем поживиться. А что с бою взято…
Аслауг добыча не интересовала. Вдова Рагнара была очень богатой женщиной. Пожалуй, самой богатой женщиной Севера. Ее интересовала Зарра.
— Хочу видеть, как ты стреляешь, — сказала вдова. — Покажешь?
Заря удивилась. Аслауг была хоть и вдовой конунга, но здесь — гостьей.
Впрочем, это нурманы. Тут другие обычаи. Или нет?
— Аслауг! — вмешалась Рунгерд. — Куда ты торопишься? Стол накрыт, похлебка стынет, пиво слабеет. Мои дочери старались, чтобы встретить тебя по достоинству. Уважь их, дочь Сигурда!
Аслауг помедлила еще пару мгновений… Потом улыбнулась так, что сквозь маску женщины на пятом десятке проглянула та девчонка, в которую когда-то влюбился Рагнар.
— Ты права, подруга, — сказала она Рунгерд. — Забылась. Не часто я вижу женщин, что бьют хольдов, как нерп на лежбище. Пойдем, испробуем вашу стряпню, хозяйки!
И двинулась в дом. Хольды и лучшие из хускарлов потянулись за ней. Привечали во дворе за наскоро сколоченными столами, потому что двум сотням хирдманов в длинном доме было тесновато. А ведь есть еще и другие гости.
— Они все умрут, — пообещала Аслауг, когда застолье подошло к концу. — И судьба их станет уроком для всех, кто решит, что Сёлунд больше не земля Закона. Но если на моей земле бесчинствует кто-то из тех, кто клялся в верности моему мужу, то в этом есть и моя вина. И она велика, ведь я поверила старому Йорану, а не человеку твоей матери. Скажи мне, Гудрун Сваредоттир, чем я могу ее искупить?
— Ни вины, ни долгов! — решительно заявила Гудрун. — Одно то, что ты со всей силой пришла нам на помощь, — дорогой подарок!
 
Аслауг кивнула. Собственно, она не ждала иного ответа.
— А у меня есть к тебе просьба, — подала голос Заря. — Дозволишь сказать?
— Говори, — уронила Аслауг, сумев скрыть недовольство.
— Не трогай этих злодеев, госпожа! Не вели их преследовать! Не лишай нашего мужа радости отомстить! Прошу тебя!
Аслауг улыбнулась. А не такие уж дикие люди живут в Гардарике. Окажись она на месте Зарры, попросила бы о том же.
— Я соглашусь, — ответила вдова Рагнара Лотброка. — Но с одним условием… Ты все-таки покажешь мне, как стреляешь.
Глава пятая. Тремя неделями позже. Фризские острова
— Откуда у них второй корабль? — удивился Свартхёвди. — Их не должно быть больше трех десятков!
— Да мало ли откуда? — Я пожал плечами. — Наняли где-то. Тебя это смущает?
— Ничуть! — Медвежонок хищно оскалился. — Тем веселее. Хороший сегодня будет день.
Я с ним был согласен. Выследить негодяев оказалось достаточно просто. Потому что даже Харек, именующий себя конунгом всех данов, не рискнул предоставить защиту Йорану с Кетилаугом. Склонен думать, не столько испугавшись мести Аслауг и Рагнарсонов, сколько потому что беглым ярлам нечего было ему предложить, кроме проблем.
Так что он не только не дал им убежища, но и сообщил Аслауг, что нарушители пытались укрыться в Хедебю.
Аслауг же, выполняя данное моей жене обещание, известила нас с Медвежонком. Сразу же, как только мы добрались до дома.
Нельзя сказать, что новость о нападении меня порадовала. Но и не огорчила. Узнать, что его жены способны за себя постоять — прекрасный подарок викингу.
Второй подарок — возможность воздать врагам по заслугам. Медвежонок так вообще Зарю расцеловал за то, что она отжала право мести у Аслауг.
Мы искали их три недели. Да, на море следов не остается, зато на берегу их полно. Все оказалось куда проще, чем в тот памятный год, когда я преследовал похитителей Гудрун. Йоран не спешил домой, а этот самый дом искал. Не получив его в Хедебю, он двинулся дальше, к побережью Фризии. Здесь, на одном из островов, мы его и обнаружили. Вернее, обнаружили его приставший к берегу драккар.
Помимо корабля Йорана здесь имелось небольшое селение явно не скандинавского типа, судя по архитектуре лачуг, пара десятков лодок, пузатый торгаш тоже не скандинавской постройки и еще один драккар.
И этот, как и Йоранов, несомненно, был «датчанином» по «рождению».
Увидев его, мой брат напрягся и посуровел.
— Что? — насторожился я.
— Видишь на корме у второго драккара крылышки?
— Не вижу. Но верю, что они есть. И что?
— Второй драккар — это «Черная чайка»! — объявил Медвежонок.
— И?..
Брат метнул в меня недоверчивый взгляд. Потом вспомнил, с кем имеет дело.
— «Черная чайка» — один из драккаров Рагнара. И знаешь, кто ходил на нем кормчим?
Я, естественно, не знал.
— И кто?
Может, имя окажется знакомым.
— Энок Везучий!
— Он был с нами в Англии? — уточнил я.
Медвежонок помотал головой.
Если «Черная чайка» — уцелевший корабль Рагнара, то логично предположить, что его команда тоже из бывших хирдманов.
— Как думаешь, он будет с нами драться, если ему объяснить, что Йоран теперь вне закона? — спросил я.
— Будет, — отрезал Свартхёвди. — Он — младший брат Кетилауга.
Вот же… незадача.
Под этим углом все выглядело не радужно.
— Что будем делать?
— Как что? Драться!
Ну да. Кого я спрашиваю.
Может, все-таки отвернуть, пока не поздно? Два драккара. И если на гадов Йорана и Кетилауга с приспешниками наших сил хватало с лихвой, то второй корабль — это точно лишнее.
Я задумался. Вряд ли корабль Кетилаугова братца возник из воздуха и без команды. Сколько бойцов вращали его весла, угадать не берусь, но стандартный экипаж такого драккара от шестидесяти бойцов. И бойцов элитных, потому что других в хирде Рагнара не держали.