Последний барсук (СИ)
Финансовой подушки у Иванова не было, всё же единственный небольшой сервис и большая семья это не те условия, которые позволяют делать большие накопления. Пришлось ему продавать сервис со всем оборудованием и думать, как кормить семью.
Деваться было некуда, и подался Ваня в перекупы. То время он не хотел вспоминать, поскольку тогда он обманул многих людей. Он был одним из тех жёстких перекупов, которые покупают битый автохлам, быстро и дешево придают товарный вид и впаривают за большие деньги.
Таким бизнесом он занимался несколько лет, а потом то ли совесть проснулась, то ли нервы не выдержали, но решил он отойти от этого. Во дворе отстроил большой гараж и начал заниматься кузовным ремонтом. Денег это приносило меньше, чем автосервис и перекупские махинации, зато спокойней. Конечно, порой попадались такие клиенты, что о спокойствии говорить сложно. Но так в любом автосервисе. Часто находятся товарищи с гонором, которые за пять копеек хотят, чтобы им сделали на миллион и дали пожизненную гарантию. А чуть что не так, то хером по столу и в ор. Но опыт не пропьёшь. Таких клиентов Иван научился сразу определять и сразу отшивал их. Отпугнуть их просто: выставляешь нормальный ценник, как у официального дилера, что им кажется космической суммой. После этого они бегут так, что пятки сверкают.
Потихоньку нарабатывался опыт, разрасталась мастерская. Иногда Иванов покупал битые автомобили, которые восстанавливал в свободное время. И делал он это не как во времена карьеры перекупа, а качественно, как для себя. В принципе он и делал для себя. Некоторое время катался на этих автомобилях, после чего продавал, естественно, дороже. Так он часто менял машины и в накладе не оставался. Почти любая тачка у него шла в плюс.
Вот только работа со стапелем ошибок не прощает. Техника безопасности пишется человеческой кровью. Пятьдесят пять лет - возраст немаленький. Ремонты Ване давались всё сложнее. Вытягивая морду у старенькой Теслы, он потерял осторожность и встал там, где стоять строго запрещено. Зажим сорвался с лонжерона. Цепь с натяжкой под десять тонн пулей прилетела прямиком в дурную голову.
Именно этот момент пронесся в голове Вани, отчего у него появилась фантомная мигрень. Потерев лоб, он прошептал:
- Да ладно! Это что получается, я умер?! Нет, вот реально умер?!!!
Он был шокирован гораздо сильнее, чем от пробуждения. Понять, что ты умер, но при этом жив, молод и предположительно оказался в прошлом - это тот ещё стресс. Так и свихнуться недолго. Но сложно сойти с ума тому, кто был отцом пятерых детей и чья жена работала в медицине, обладала отличным чувством юмора и повышенной степенью цинизма. Поживи в такой среде двадцать лет - тут либо сбежишь с криками 'спасите-помогите', либо закалка станет такой, что сорвавшимся со стапеля зажимом не прошибешь.
Материалисту до мозга костей и атеисту, каковым является Иванов, требовалось подтверждение реальности происходящего. Он никак не мог поверить, что с ним это происходит на самом деле.
Вначале он себя ущипнул. Боль была вполне реальной. Тем не менее он не отметал варианта, что сейчас находится в больничной палате и видит глюки.
Стоит отметить, что галлюцинации были слишком яркими и реалистичными. Ветер обдувал кожу. Жаркое июньское волгоградское солнце облизывало своими лучами открытые участки кожи. К запаху свежей листвы примешивались ароматы выхлопных газов. Вдалеке шумели люди, урчали моторами автомобили. Листва имела насыщенно-зеленый цвет и в верхней части была покрыта пылью.
По парку прогуливались редкие в столь ранний час прохожие. Одежда пропахла ядрёным потом.
Такие чувства сложно подделать. Даже самая дорогая капсула виртуальной реальности, которые недавно появились в продаже под заказ, неспособна подделать все ощущения.
- Нужно больше доказательств! - пробормотал Иванов, решительно вставая со скамейки.
Подхватив чёрную спортивную сумку с вещами, которую он использовал в качестве подушки, парень направил стопы в сторону рынка.
За два года службы в Волгограде он был едва знаком с этим городом. В редкие увольнительные мало чего увидишь. Но центр города он с армейскими товарищами исходил вдоль и поперёк. Конечно, за долгие годы многое забылось, но стоило выйти из парка, как память то и дело подкидывала знакомые ориентиры. Например, если за ближайшей сталинской пятиэтажкой свернуть направо и пройти вниз к Волге, перейти дорогу и свернуть налево, то можно выйти к рынку. Наверное...
Неуверенно шагая по городу, в котором не был долгие тридцать пять лет, Иван Иванович всё же добрался до центрального рынка. На остановке стоял киоск 'Союзпечать', которых к тридцатым годам двадцать первого века нигде в стране не осталось. Интернет ещё в десятых годах начал активно вытеснять печатную продукцию. После двадцать седьмого года правительства всех стран повернулись на экологии. Даже в России начали активно внедрять мусороперерабатывающие заводы, отказывались от бумаги. Тем более у каждого человека имелся планшет, смартфон, компьютер. Любую информацию можно было получить из сети. Вот только пресса стала совсем продажной.
Раньше газеты окупались с продаж экземпляров продукции. В будущем всё не так. Платные сайты информационных агентств мало кто захочет посещать. Поэтому статьи в прессе легко покупались. И реклама везде и всюду. Сайты информационных ресурсов пестрят рекламой. Если на других сайтах вроде известного видеохостинга или онлайн-кинотеатра можно купить подписку, чтобы не видеть рекламы, с прессой так не получится. Они живут с продажи статей и рекламы. Относительно честными журналистами стали блогеры, но и там без рекламы ни один ролик не обходится. Продакт-плейсмент на каждом шагу. И с этим приходится мириться, ведь понятно, что независимый журналист должен на чем-то зарабатывать, чтобы у него был интерес к своей работе.