Таможня дает добро (СИ)

— «Сапог»? Тот самый, с «Серой чайки»?
— Прямо держи! — рявкнул я вместо ответа и откинул вбок бочонок затвора. — Вера Павловна, гранату!
Холодный металлический конус ткнулся в мою протянутую ладонь. Затвор щёлкнул, запирая гранату в трубе, и я припал к прицельной планке.
  
До «Суана» оставалось метров двести — сущий пустяк для полигона, когда нужно попасть в фанерный щит или старый, раздолбанный в хлам БТР, но поди, проделай этот фокус на раскачивающейся палубе, но низкой, едва высовывающейся из воды цели, которую тоже нещадно болтает в волнах! Хорошо хоть люди на этой посудине не обращают на нас внимания — видимо, приняли Штральзунд' за один из разбегающихся во все стороны десантных баркасов. Вот и хорошо, вот пусть и дальше принимают…
Бок надстройки брызнула веером искр — канониры таможенного крейсера сумели, наконец, нащупать верный прицел, но выпущенный из шестифунтовки «латра» снаряд не смог пробить броню. Я злорадно ухмыльнулся — а как насчёт кумулятивной противотанковой гранаты, парни? — задержал дыхание, поймал цель в прорезь прицельной планки и, дождавшись, когда она на очередном размахе качки пойдёт вниз, надавил на спуск.
* * *
Вторая ракета — а это именно ракета, понял Роман, проследив за дымным хвостом, тянущимся за снарядом, — канула в волнах с не слишком-то и сильным всплеском. А вот с третьим выстрелом неведомому стрелку повезло — он угодил в надстройку на пару футов выше уровня воды. Вспышка, клубы дыма, и когда Роман снова смог разглядеть неприятельское судно — на мостике стояло только два человека. Броненосный таран по-прежнему шёл, целя своим бивнем в корму «Латра». «Хассавер». Дзирта вместе с матросом-рулевым навалилась на штурвал, уводя корабль с линии атаки; неприятель сделал попытку повторить этот маневр, но тут ещё одна ракета разорвалась прямо на мостике — и когда клубы дыма рассеялись, там было уже пусто. Латр накренился в крутом повороте, едва не ложась на борт, и Роману, чтобы удержаться на ногах, пришлось обеими руками вцепиться в тумбу картечницы. «Суан», по-прежнему по самую палубу погрузившийся в воду, пронёсся впритирку к борту таможенного крейсера, обдав его клубами жирной угольной копоти. Люди, закупоренные в кочегарках и машинных отделениях, выбивались из сил, выжимая из котлов и механизмов лишние узлы — но на разбитом мостике не осталось никого, способного сообщить, предупредить, предостеречь, что эти отчаянные усилия несут корабль прямиком на скалы у подножия Маячного Утёса, к гибели.
Удар был страшен — даже на дистанции в восемь кабельтовых, отделявших таможенный крейсер от береговой черты, Роман отчётливо слышал скрежет раздираемого гранитными клыками брони, скрежет сминаемых шпангоутов. Продолжая движение «Суан» выполз на камни, задирая вверх таранный шпирон и, наконец, замер, перекосившись на левый борт. Справа и слева от него подходили к берегу уцелевшие шлюпки. Первая налетела на камни и стала тонуть, зато две другие, удачно обойдя все препятствия, уткнулись в мелководье,шагах в тридцати от уреза воды.форштевнями в песок мелководья.
Из шлюпок стали выпрыгивать солдаты. По пояс в воде они брели к берегу, выбирались на песок и, закинув винтовки за спину, карабкались вверх по утёсу, к подножию маячной башни. Роман развернул в их сторону картечницу, но качка и дистанция сделали своё дело — пули лишь высекали из скалы фонтанчики каменной пыли.
Над мачтами провыло что-то массивное, и между «Латром» и берегом вырос высоченный столб воды пополам с пеной. Несколькими секундами позже со стороны гавани долетел гулкий, приглушённый расстояниями пушечный удар.
— Это «Генерал Фильбанк»! — крикнула Дзирта. — Машинное, поднять обороты до полных, уходим, пока нас не накрыли!
Под палубой застучало, корпус судна задрожал, и таможенный крейсер в широкую циркуляцию, набирая ход. И вовремя — второй снаряд лёг в половине кабельтова за кормой, третий и четвёртый разорвались рядом с застрявшим на камнях «Суаном». Оттуда донеслись испуганные крики.
— Задробить стрельбу! — скомандовала Дзирта. — Орудия в диаметральную плоскость, банить!
Роман с сожалением оторвался от картечницы — во время всех этих перипетий он сумел-таки срезать нескольких карабкавшихся вверх по утёсу солдат, — повернул стволы в походное положение, стволами к корме — и оставив картечница на попечение второго номера, побежал к мостику. И каково же было его удивление, когда, поднявшись по крутому трапу, он обнаружил идущий в двух с недалеко от «Латра» знакомый силуэт с двумя мачтами и низкой рубкой. «Штральзунд» шёл параллельным курсом, и с палубы приветственно махал рукой человек, в котором Роман без труда Сергея.
— Вот, значит, кто это стрелял!
Дзирта кивнула.
— Да, подкрались как кошка, на мягких лапах. Сигнальщик тоже прозевал — я велела ему следить только за пароходом, вот он и не сводил с него глаз, а «Штральзунд» подошёл вон оттуда!
Она ткнула рукой с зажатым в ней рупором в сторону дальнего берега.
— Первый их выстрел я вообще не заметила, и поняла что к чему только после взрыва на мостике «Суана». Кстати, чем это они в него засадили?
Ракетой из СПГ, тем же самым, что вам борт попортили. Вон, видишь, труба торчит из кокпита?
Дзирта вскинула к глазам бинокль.
— Верно, наш трофей! Но откуда они тут взялись, да ещё так вовремя? Я была уверена, что мастер Серж на Валуэре сейчас…
Высоко над мачтами провыл очередной гостинец с «Фильбанка». Снаряд лёг перелётом, кабельтовых в пяти от «Латра» — наводчики броненосца никак не могли нащупать дистанцию. Словно в ответ с палубы «Штральзунда» взмыли в небо две сигнальные ракеты — красная, потом зелёная.
— Требуют, чтобы мы следовали за ними в кильватере. — определила Дзирта.
— А рация? У тебя, вроде, была карманная, УКВшка?
— Она и сейчас есть, только не работает. — Дзирта виновато пожала плечами. — Забыла поставить на зарядку. Кто ж знал, что мы их тут встретим?
Она обернулась к старшине-штурвальному.
— Лево десять! Держать в кильватер Штральзунду, дистанция два кабельтовых!
Ещё один снаряд обрушился в море между «Латром» и доркой.
— В вилку берут… — Дзирта нахмурилась. — Ещё немного, два-три залпа, и пойдут накрытия, тогда нам конец. Надеюсь, мастер Серж знает, что делает…
«Штральзунд» тем временем принял на два румба правее — теперь оба корабля шли точно на ост, в сторону далёкого берега, и очередной подарок с броненосца снова лёг большим перелётом.
— Стараются сбить пристрелку? — Роман смутно помнил, по большей части, благодаря прочитанным когда-то романам Пикуля, о пользе подобных маневров под огнём неприятеля.
Дзирта покачала головой.
— Нет, дело не в этом. Сейчас «Штральзунд» опишет дугу и ляжет на обратный курс, держа на Маяк. Мастер Серж собирается уйти на Фарватер — и правильно делает, хватит нам изображать тут групповую цель для их десятидюймовок «Фильбанка»…
— Маяк! — заорал вдруг сигнальщик. — Что-то случилось с Маяком, смотрите!
Роман повернулся в сторону утёса — и обмер. Звезда на его вершине, до сих пор горевшая ровным белым светом, лихорадочно мигала — то тускнела, то ярко вспыхивала, то гасла совсем, чтобы спустя мгновение засиять снова. Сколько это продолжалось — секунды, минуты, часы — он не понял. Время остановилось, замерло, сделавшись вязким, словно смола, а когда оно вернулось к нормальному своему течению — звезды больше не было, лишь башня маяка возвышалась на воне багровеющего закатного неба, тёмная, слепая… мёртвая. Дзирта охнула и извечно женским жестом, никак не подобающим морскому офицеру, схватилась за щёки.