Таможня дает добро (СИ)

* * *
Обещанная беседа не состоялась. Сергей заявил, что глупо обсуждать серьёзные дела, не узнав последние новости, которые Дзирта наверняка доставила из Зурбагана. Ограничились небольшим перекусом (изрядная часть приготовленного досталась Коре) и засобирались вниз. Темнело; тропу, вьющуюся поперёк крутого скалистого гребня, приходилось искать чуть ли не наощупь — спасибо, Казаков позаботился и протянул вдоль неё перила из толстого каната. И всё равно в двух-трёх местах у Романа сердце уходило в пятки — тропа сужалась по полутора шагов, а внизу, у подножия утёса, ревел океанский прибой, лететь до которого было верных метров пятьдесят — если не напорешься по пути на острые каменные клыки скальных выступов.
  
До раскинувшегося на берегу лагуны поселения они добрались за час с четвертью; «Латр» уже бросил в лагуне якоря, и Роман понял, почему его собеседники так пренебрежительно отзывались о его орудиях. Вернее, орудии, единственной шестифунтовой пушечке, что примерно соответствовало калибру в пятьдесят семь миллиметров. Закреплённое на треногой опоре, оно было снабжено деревянным прикладом и не производило сколько-нибудь серьёзного впечатления — как, впрочем, и сам таможенный крейсер, на поверку оказавшейся парусно-паровой шхуной водоизмещением чуть больше ста тонн, годной, разве что, гонять контрабандистов да охранять от браконьеров богатые рыбой и съедобными моллюсками банки, рассыпанные вдоль зурбаганского побережья. Сергей принялся объяснять, что Дзирта получила его под командование стараниями родного дядюшки, гросс-адмирала Брен ван Кишлерра — после того, как она полгода провела на Земле, дожидаясь, когда уляжется суматоха, вызванная её поспешным бегством из Зурбагана на угнанной яхте «Ланифер». Тогда девушка спасала Сергея, которого преследовали вооружённые заговорщики; дело закончилось полугодовой ссылкой на Онегу, на турбазу Бесов Нос.
Сергею поддакивал Казаков, уснащая его рассказ красочными подробностями. Он, оказывается, тоже был там — состоял смотрителем местной туристической достопримечательности, старого, построенного ещё в начале двадцатого века маяка. Начальство, платившее ему зарплату — в российских рублях, на карточку Сбербанка, как и прочим сотрудникам природно-исторического заповедника — не догадывалось, что маяк недавно был внесен в гильдейский Реестр, и его фонарь (исправно потребляющий электроэнергию, что зафиксировано в показаниях счётчика и счетах, рассылаемых АО «Карелэнерго») не просто мигает по вечерам на потеху туристам, а указывает вход на Фарватер, по которому судно, покинув Онежское озеро, попадает прямиком в Маячную Гавань, на берегу которой раскинулся славный город Зурбаган…
Но всё когда-нибудь заканчивается — закончилась и это вынужденное затворничество — после громкой истории с Регатой Пяти Маяков и гибели наставника Сергея, мастера Валуэра, адмирал сменил гнев на милость и даже добился для Дзирты нового назначения. Вступив в командование «Латром», девушка приняла участие в нескольких операциях, которые Сергей со своими друзьями проворачивал в разных мирах — вот и сейчас она готова помочь в поисках «Серой чайки». Где предстоит искать беглый пароход — Роман пока не знал; именно это они намеревались обсудить за в отдельном, «гостевом» домике посёлка. Туда, кроме Сергея, Казакова и Дзирты, явился и «Врунгель», закончивший возиться с вооружением «Квадранта»; разбитная деваха из переселенцев (родом из городка Каперна, заметил Казаков, как гриновская Ассоль) — выставила на стол большие деревянные блюда, полные ломтей жареного мяса, тушёных овощей и рыбы, запечённой с картофелем. Сергей добавил к этому натюрморту початую бутылку покетского, присовокупив к ней графин с коньяком, и совещание — если, конечно, у кого-то повернулся бы язык назвать так это обильное застолье — началось.
 II 
— Меня — и таможенным инспектором? — Роман в изумлении вздёрнул брови. — Это что, в Зурбагане так шутят?
— Мы не в Зурбагане. — сказал Сергей. — И шутят там по-разному, сам потом увидишь… А пока — не спорь пожалуйста, это дело решённое.
— Вот уж хрен вам — решённое! — возмутился Роман. — А меня значит, забыли спросить?
— Ваш друг допустил небольшую неточность. — сказала Дзирта. Она успела сменить офицерский мундир на лёгкое, чуть ниже колена, платье и наброшенную на плечи шаль.– Должность, которую вам предстоит занять,называется «таможенный маршал».
— Ещё того не легче — маршал! — Роман не знал, смеяться ему или возмущаться. — Может мне, ещё и погоны полагаются — золотые такие, с большими звёздами?
— Погон, уж прости, нет. — Сергей выложил на скатерть серебряную бляху с отчеканенным изображением маяка. Роман пригляделся — Маяк был знакомый — тот что возвышается на утёсе над гаванью Зурбагана. — Вместо них — вот, держи.
— Да за каким рожном это нужно, вы можете толком объяснить? Я в Зурбагане, считай, не был, а тут — официальная государственная должность, ни с того, ни с сего!..
— Да ты не кипятись… — Сергей плеснул из бутылки рома и пододвинул кружку Роману. — Вот, глотни, для успокения нервов… Должность эта, как верно заметила мадемуазель ван Кишлерр, — он обозначил поклон в сторону Дзирты, — именуется «таможенный маршал»; обладатель этой должности занимается расследованиями происхождения товаров, перемещающихся через Маячный Мир. Процедура назначения достаточно неформальна, не отягощена официозом — никаких распоряжений по таможенному ведомству, корочек, униформы и прочих чиновничьих атрибутов. Собираются три человека из числа облечённых полномочиями, выдвигают кандидата, пишут протокол — и всё, дело в шляпе, с этой минуты он таможенный маршал.
— Что без официоза — это хорошо. — Роман глотнул рома и закашлялся — жгучий напиток попал в дыхательные пути. Казаков торопливо похлопал его по спине. — Спасибо, Пётр Петрович… — А где вы возьмёте этих, облечённых?
— Да вот прямо здесь и возьмём! — Сергей обвёл рукой всех, сидящих за столом. — По закону утверждать таможенных маршалов вправе лица, относящиеся к одной из четырёх категорий. Первая — это капитаны, имеющие лицензию для плаваний по Фарватерам; затем офицеры военного флота Зурбагана, а так же Лоцманы, состоящие в Гильдии. И, наконец, четвёртая категория — официально назначенные смотрители Маяков, числящихся в Реестре. В нашем случае в наличии все четыре: Лоцман, Николай Христофорыч — капитан, мадемуазель ван Кишлерр (ещё один кивок, адресованный Дзирте) — флотский офицер, Пётр — Маячный мастер. Ну а ваш покорный слуга — он положил руку на грудь и поклонился, несколько церемонно, — имеет честь быть действующим членом Лоцманской Гильдии. Так что консенсус имеется, даже с избытком.
Что до того, зачем это нужно, то это совсем просто. — сказала Дзирта. — Как ваш друг, наверное, уже объяснял, таможенная служба не может официально возбудить следствие по вопросу незаконного транзита людей — «Серая Чайка» не заходила на внутренний рейд, а значит, не попадает под юрисдикцию зурбаганских властей. Зато это может сделать таможенный маршал, если… — она подняла глаза к потолку, словно вспоминая что-то, — «если получит сведения, позволяющие заподозрить совершение преступления, причём содействие в расследовании ему могут оказывать как частные лица, в этом заинтересованные, так и лица, состоящие на государственной службе, если сочтут, что это поможет торжеству закона и справедливости».
— Уложение о таможенных маршалах, параграф первый, пункт шестой. — добавил Врунгель. — У меня на «Квадранте» завалялась брошюрка, если хотите, могу показать… Так что в ажуре: Ты, Рамон, как назначенный таможенный маршал, проводишь расследование, а мы, являясь заинтересованными частными лицами, тебе содействуем.
— И я вместе с вверенной мне командой и судном — поскольку уверена, что закону и справедливости без этого никак не обойтись. — Дзирта мило улыбнулась. — Ну что, больше вопросов нет, вы удовлетворены?
Роман обречённо вздохнул. Крыть было нечем.