Предположение (ЛП)

Я слышу, как Кэсси что-то кричит, выбегая за дверь. Я быстро беру матрас, выталкиваю его на балкон и тоже бросаю через край. Под адреналином, подскочившим так, как никогда раньше, я смотрю вниз и наблюдаю, как он плывет, словно перышко в замедленной съемке, приземляясь с небольшим подпрыгиванием на капот ее машины.
Кэсси кричит во всю глотку, а потом достает из кармана телефон.
— Черт, — шепчу я.
Конечно же, что она звонит в полицию. Я пытаюсь придумать, где бы мне спрятаться, когда звонит домашний телефон. На телефоне, стоящем на ночном столике, загорается кнопка, и я спорю сама с собой, отвечать или нет, но он перестает звонить — только для того, чтобы снова запиликать. У меня в животе все сжимается, и я без сомнения знаю, что звонит Кентон.
— Что, во имя всего святого, происходит? — слышу снаружи и закрываю глаза.
Вы что, издеваетесь надо мной? Почему именно я? Почему это всегда происходит со мной? Я подхожу к балконной двери и смотрю через перила на Нэнси и Вив. Обе стоят рядом с Кэсси, которая все еще разговаривает по телефону. Вив поднимает голову, и я начинаю пригибаться, но уже слишком поздно; наши глаза встречаются, и она улыбается.
Я бегу к телефону, когда он снова звонит. Я не очень хочу говорить с Кентоном, но сейчас он меньшее из двух зол.
— Привет, — отвечаю я, стараясь говорить так, будто не выкинула его кровать на улицу, а его мама и тетя внизу, наверное, думают, как бы выманить меня из этого дома, пока я тоже не сошла с ума.
— Детка, — отвечает он, и это единственное слово звучит слегка насмешливо и немного раздраженно.
— Ну, как дела? — спрашиваю я, оглядывая его комнату и в первый раз вглядываясь в нее. Если Кэсси и помогала обставлять дом, то это была дерьмовая работа. Там есть две тумбочки, по одной с каждой стороны от того места, где раньше стояла кровать. Обе они постарели, матово-черная краска облупилась. Комод в углу комнаты почти в таком же состоянии.
В комнате больше ничего нет — ни ковров, ни занавесок; она пуста, если не считать пары предметов мебели. Это большая комната. Бежевая краска на стенах выглядит новой, здесь красивый пол из темного дерева, большие окна, выходящие на лес, и раздвижная стеклянная дверь, ведущая на балкон, и я могу легко себе представить, как пью там кофе по утрам. Когда я слышу его голос с рычащими нотками, меня охватывает непреодолимое желание разнести его комнату в щепки.
— Ты меня вообще слушаешь?
— Хм…
— Я спросил, действительно ли ты только что сбросила мою кровать с балкона на машину Кэсси, — говорит он все тем же весело-резко-сердитым тоном.
— О, я… — я пытаюсь придумать какую-нибудь другую причину, почему я сделала то, что только что сделала, не выглядя при этом сумасшедшей.
— Не ври мне, детка, — обрывает он прежде, чем я успеваю что-то сказать.
— Я не собиралась врать, — огрызаюсь я, понимая, что, возможно, немного совру о том, что произошло.
— Отэм, — громко говорит он.
— Ладно, да, — раздраженно выдыхаю я. — Я выбросила твою кровать на ее машину. Но, по факту, я выбросила ее кровать, так что я просто помогала ей вынести ее вещи.
Я сжимаю губы, зная, как глупо это звучит.
— Ты помогала ей, — повторяет он, и я не могу понять, злится он или забавляется. — Что, черт возьми, случилось?
— Я пошла к своей машине, потому что вчера вечером оставила сумку на пассажирском сиденье и мне нужен был телефон. Когда вышла на улицу, она приехала. Я попыталась вернуться в дом и запереть дверь, но она схватила меня за волосы. И я ударила ее, а потом она ударила меня в ответ. Она начала расписывать мне, что вы трахались в этой кровати, и я, скажем так, слегка разозлилась и побежала в твою комнату и выбросила твою кровать с балкона на ее машину. Да, и твои мама и тетя сейчас снаружи, — последнюю часть я шепчу, задыхаясь.
— Ты ревновала, — говорит он слегка удивленно.
— Нет, я был взбешена, — поправляю я.
— Если бы ты не ревновала, то какое тебе дело до того, что она тебе сказала?
Ладно, я не собираюсь отвечать на этот вопрос.
 
— Я куплю тебе новую кровать, — обещаю я, надеясь закончить этот разговор.
— Дело не в кровати, Отэм. Дело даже не в Кэсси. Речь идет о том, чтобы ты осознала, что чувствуешь, и приняла это.
Я чувствую, как меня бросает в жар. Я знаю, что чувствую. Я не знаю, могу ли доверить ему эти чувства.
— Отэм, ты здесь? — слышу я голос из-за двери спальни, и опускаю голову, глядя под ноги.
— Твоя мама за дверью, — шепчу я в трубку, оглядывая комнату в поисках укрытия.
— Так открой дверь, — говорит он.
— Я не могу открыть дверь. Она была снаружи с Кэсси, — шиплю я, подходя к другой двери в комнате. Как только открываю ее, то вижу, что это большая ванная комната с джакузи и душевой кабиной.
— Что ты делаешь?
— Ищу, где бы спрятаться, — отвечаю я, не задумываясь, иду к другой двери в комнате, и как только она открывается, вижу, что это большой шкаф с очень аккуратно разложенными вещами.
— Ты ищешь, где бы спрятаться? — повторяет он, смеясь.
— Отэм, я знаю, что ты там. Открой дверь.
Я закрываю глаза и откидываю голову назад. Понятия не имею, что буду делать, но пришло время встретиться лицом к лицу с неизбежным. Делаю глубокий вдох и подхожу к двери. С щелчком поворачиваю замок, приоткрываю дверь и выглядываю наружу.
— Привет. Все в порядке? — спрашиваю я, увидев не только Нэнси, но и Вив, стоящую у дверей спальни.
Нэнси улыбается, и губы Вив дергаются.
— Похоже, произошел небольшой несчастный случай, — говорит Нэнси, и Кентон начинает смеяться.
— Я вешаю трубку, — говорю я ему, раздраженная тем, что он находит эту ситуацию такой веселой.
— Я уже еду домой, — предупреждает он, и звонок обрывается.
— О, отлично, — вздыхаю я, убирая телефон от уха. Я замахиваюсь, чтобы бросить его на кровать, но вспоминаю, что кровати больше нет, и сжимаю его в руке.
— Это Кэсси тебя ударила? — спрашивает Нэнси, не сводя глаз с моей щеки.
Я трогаю пальцами щеку и сглатываю.
— Э-э… дело в том… что она дернула меня за волосы, а потом я ударила ее, и она ударила меня в ответ. — Да, эта цыпочка сумасшедшая, но я тоже виновата.
— Ты в порядке? — Вив обнимает меня, и я чувствую, как Нэнси обнимает нас обоих.
Мы стоим так несколько мгновений. Не думала, что они станут утешать меня после того, что я только что вытворила.
— О, разве это не чертовски мило? Серьезно, она ударила меня и разбила мою машину, а ты, блядь, нянчишься с ней? — кричит Кэсси.
Я отстраняюсь от Нэнси и Вив и поворачиваюсь к ней лицом. Она покраснела от гнева, но на щеке нет ни следа от моего удара.
— Копы уже в пути. Надеюсь, ты знаешь, что тебя посадят в тюрьму за то, что ты сделала.
Черт возьми, она права, меня, наверное, арестуют. Тогда я, вероятно, потеряю свою работу, когда мне придется рассказать там, почему я пропущу свою смену сегодня вечером.
— Почему ты здесь, Кэсси? — спрашивает ее Нэнси.
— Мне нужно было поговорить с Кентоном, — пожимает она плечами и снова сердито смотрит на меня.
— Ты же знаешь, что он на работе, так зачем же ты здесь на самом деле? — спрашивает Вив, вставая передо мной.
— Ну, если ты действительно хочешь знать, я хотела рассказать ему о женщине, которая живет с ним. Вы знали, что она стриптизерша и позволяла случайным мужчинам пить шоты с ее тела в клубе в центре города?
Мой желудок сжимается от ее злого тона. Я понятия не имею, как она могла узнать об этом.
— Это уже по всему YouTube, — она ухмыляется, читая мои мысли. — Ага, твое шлюшное личико по всему Интернету разлетелось.
Я чувствую, как к горлу подступает желчь, когда смотрю на Нэнси и Вив. Меня, честно говоря, не волнует, что люди увидят меня пьяной и глупой, но меня беспокоит то, что парень из Вегаса каким-то образом мог это увидеть и узнать, где я сейчас нахожусь. Я ненавижу саму мысль о том, что навлекаю опасность не только на Кентона, но и на всех остальных — на людей, которых я действительно люблю и считаю друзьями впервые в своей жизни.