Фартовый. Лихие 90-е (СИ)

— Рома, отползай, — шепчет мне Череп, закончив разговор. — Будем здесь ждать. Через несколько минут придут наши. Они тут, у гостиницы уже.
Но я отползать не тороплюсь. Я наблюдаю за тем, что происходит внутри офиса Серова. Это, несомненно, его кабинет. За столом вальяжно сидит Хан. Рядом на стуле человек в костюме и с пачкой бумаг. Он что-то заполняет, сверяя несколько вариантов записей. Вероятно, юрист.
Тот, который деловой, возможно, из прокуратуры. У него приличный живот и лет ему явно за пятьдесят. Тут же мельтешит Серов. Он вьётся вокруг крупного и угрюмого чувака. Тот стоит широко расставив ноги и засунув руки в карманы. Наверное, Барин.
Я вздрагиваю, позади раздаётся звук шагов. По лестнице сбегает Топор, а следом за ним несутся его люди.
— Так, где? — спрашивает он, и я отодвигаюсь от окна и поднимаюсь на ноги.
— Вон, за Фартовым, — кивает Череп. — Надо высаживать окно и врываться внутрь. Там в здании-то есть пацаны? Сколько у Хана людей мы вообще не знаем. Поэтому надо…
Но что надо делать мы дослушать не успеваем. Раздаётся резкий звук открываемого окна и на парапет выскакивает Хан. Повернувшись к нам, он на долю секунды замирает, а потом разворачивается в противоположную сторону и бежит, топая по металлической кровле.
— За ним! — орёт Топор, но в то же мгновенье из окна выскакивает собровец и, покрутив головой налево и направо, поворачивает в сторону Хана. И тут же из окна появляются ещё несколько человек и направляются туда же, куда, собственно, и все.
— Назад! — быстро сориентировавшись командует Топор, и мы все бросаемся к лестнице.
Но сверху, навстречу нам уже несутся спецназовцы.
— Твою мать! — орёт Топор и, схватившись за перила, буквально перелазит через лестницу и устремляется в сторону, противоположную той, куда побежал Хан.
Топориная гвардия бросается за своим вожаком, но Череп бросает клич, мол, задержим псов, и сам выскакивает на лестницу, бросаясь навстречу вооружённым и хорошо защищённым парням из СОБРа.
Я бегу за Топором, пока его солдаты бросаются в бой с хорошо экипированными кирасирами. Бегу и стараюсь не смотреть вниз. Карниз узкий, кажется, чуть качнись в сторону и… Топор вдруг исчезает.
Какого хрена! А-а, тут дверь! Добежав до неё, он дёргает за ручку и она поддаётся. Я бегу за Топором. Мы оказываемся на лестничной площадке. Наверх отсюда подняться невозможно. Вместо пролёта здесь глухая стена. Снизу несутся звуки тяжёлых и ритмичных шагов. Кто-то, бряцая оружием, спешит наверх. И не один, там, судя по шуму, целая толпа.
— А-а-а! — кричит Топор и толкает единственную дверь, ведущую в длинный коридор.
Деваться некуда, и мы бежим туда. В коридоре темно, света нет. Слева и справа вереница дверей, но пытаться скрыться там совершенно бессмысленно. Мы летим по этому коридору, совершенно не представляя, что делать в этой ситуации.
А ситуация просто идиотская, иначе и не скажешь. Тупая и уродская ситуация. Мы выбегаем в небольшой холл с двустворчатой деревянной дверью и дверями попроще.
Топор обеими руками толкает дубовые створки, и они вдруг распахиваются.
Мы оказываемся в небольшом зале, посреди которого стоит стол с рулём.
— Вип-зал, — бросает Топор и закрывает дверь. — Засовы! Давай!
Я начинаю судорожно закрывать защёлки, а Топор подтаскивает большой кожаный диван.
— Помоги! — кричит он и я бросаюсь к нему.
Вдвоём мы подтягиваем тяжеленный диван и подпираем дверь.
— Ф-у-у-х, — мотаю я головой и падаю на этот диван, намереваясь хотя бы пять минут посидеть и попытаться осмыслить происходящее.
Но передохнуть, судя по всему, у меня не получится, потому что распахивается другая дверь, расположенная напротив той, которую мы забаррикадировали. И в неё влетает Хан с пистолетом в руке.
«Феназепам», бляха! Всем срочно «Феназепам»! Немая сцена. Какой там Гоголь, я вас умоляю! Эти взгляды, мечущие молнии, это напряжение, это цунами и торнадо, очень трудно описать. Но замешательство длится лишь одну секунду, даже меньше.
Хан выстреливает, но у Топора в руке тоже оказывается пистолет, и он тоже делает быстрый, интуитивный, в том смысле, что безо всякого прицеливания, выстрел.
 
Хан бросается в мою сторону, и я вскакиваю с дивана.
— Не надо палить, — говорю я обоим. — Или сюда очень быстро прилетит СОБР.
Но Хан с Топором на меня даже не смотрят. Топор проскакивает к столу и жмёт на спусковой крючок. Но ничего не происходит. Выстрел не раздаётся.
— И не выстрелит, — со смехом объявляет Хан. — Это я продал партию некондиции. Я смотрю, ты на дешёвку-то клюнул. А теперь вот он, час расплаты.
Хан язвительно растягивает слова.
Топор несколько раз жмёт на спуск, но выстрелы так и не раздаются… Хан от вида этой картины начинает хохотать. Пока он смеётся, Топор забегает за стол. Я тоже бросаюсь к нему, но замираю, встретившись с жёстким и совершенно животным взглядом хищника.
— Ну что, — усмехается Хан. — С кого первого начнём? Я думаю, с Топора.
Он оказывается стоящим прямо напротив Георгия Некифировича. Между ними расчерченный стол и фишки, сваленные в кучу.
— Как мы хорошо тут все встретились, да пацаны? — язвит Хан. — Сразу хочу сказать, торговаться я не буду. Исполнять последние желания тоже. Ты, слышь, подойди ближе. Встань вон там, чтобы я тебя видел.
Это он приказывает мне. Мне приходится исполнить его требование, да только я не дохожу до того места, куда он меня послал, и останавливаюсь рядом с огромным колесом рулетки.
— У руля постою, — стараясь выглядеть естественно, говорю я.
Он не возражает. Да и когда тут возражать? В любую секунду может прогреметь выстрел и…
Кажется, сейчас он и произойдёт. Хан направляет ствол пистолета на голову Топора.
— Жаль, — ухмыляется он. — Жаль, что приходится поступать с вами вот так, в спешке.
— Хан! — пытаюсь я перетянуть на себя внимание, чтобы дать Топору хоть несколько дополнительных секунд. — Хан!
По лицу Хана расплывается широкая улыбка.
— Ну, что, Топор? Вот такой у тебя конец. Незатейливый. И глупый, как мне кажется. Чрезвычайно глупый…
Топор сглатывает и, ничего не говоря, смотрит в зияющую дыру пистолетного ствола. Он не произносит ни слова, не пытается торговаться или как-то убедить своего палача.
А Хан, не сводя с него глаз, перехватывает пистолет, и я замечаю, как бледнеет подушечка указательного пальца. Бледнеет и становится чуть более плоской. Это значит, что Хан уже давит на спусковую скобу. Он уже нажимает на крчок, и он уже не считает Топора живым человеком.
Я протягиваю руку и беру шакрик. Легонько подбрасываю его на ладони и резко дёргаю прохладную металлическую крестовину посреди колеса. Руль мгновенно начинает крутиться, и я разжимаю пальцы, отправляя шарик в последний вояж в поисках лучшего выигравшего числа.
Тр-р-р-р! — бьётся он о стенки колеса и в тот же миг раздаётся выстрел.
Выстрел и тяжёлый стон…
ОТ АВТОРА
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡=
Друзья, хотим порекомендовать вам классную книжку. «Волк», интересная серия про 90-е в Сибири. Частный охранный бизнес и защита предприятия от братвы и оборотней в погонах
1й том пока бесплатно —  https://author.today/work/291207
  
24. Что наша жизнь? Игра!
 
Любопытное дело… В который раз я оказываюсь на грани жизни и смерти за последние несколько дней. Странная история от начала и до конца. Есть ли у всего этого цель и какова моя задача, если она, конечно, имеется? Да и в состоянии ли я сделать хоть что-нибудь в этом диком и свирепом мире слетевшей с рельсов Руси? И если всё-таки я в состоянии, не странно ли, что весь потенциал и возможности могут быть превращены в ничто маленьким кусочком металла?
Раздаётся ещё один выстрел, и у меня складывается впечатление, будто Хан палит куда попало. Бах! Бах!
— Сука! — хрипит он, поворачиваясь в мою сторону. — Сука!