Мяч круглый. Испанский дебют (СИ)

Твою ж налево… Вот позвал двух главных спортивных деятелей Казахстана. Пришли Председатель Комитета по физкультуре и спорту при Совете Министров Казахской ССР Каркен Ахметович Ахметов с заместителем Октябрём Кидирбаевичем Джарлыкаповым. Рассказал им об Ваганьковском кладбище и отправил в Москву — заодно и к Тарасову заедут, может кого из молодых посоветует переманить в хоккейный клуб «Автомобилист». Опять блин, «Автомобилист», что выступает от Алма-Аты в классе «Б» в зоне Казахской ССР ещё с девятью командами. Сильнейшие в республике сейчас усть-каменогорцы, они на одну лигу выше. Но это всё между делом — не до хоккея летом. Вот выздоровеет — займётся. Сейчас нужно футбол окультурить. Третья статья о будущих бомжах была как раз о футболистах, и для беседы позвал Жорданию. Нужно наведаться в Сибирь. Главный герой этой серии как раз сейчас там, и вообще не пьёт. Совсем ещё мальчик — недавно закончил институт, пошёл в аспиранты. Корней Шперлинг, очередной немец. Сейчас в Омске на кафедре физкультуры. В будущем из ничего слепит в разных городах страны три команды, две даже попадут в высшую лигу — «Уралмаш» и калининградская «Балтика». А потом родственники доведут до невменяемости колёсами, отожмут трёхкомнатную квартиру и деньги на счетах, переселят в общагу, в комнату с соседом-люмпеном. Того настропалят, будет продолжать травить старика до состояния животного, почти до смерти. Только приезд сестры не позволит умереть в бомжатнике от голоду. Нечего такими кадрами разбрасываться — пусть под рукой будет. Отправил Жорданию в Омск, задание простое: пообещать любые блага, в том числе и собственную кафедру теории детского футбола в институте. У него диссертация пишется по отбору и подготовке детей в футбольные секции — вот, пусть разрабатывает. Можно набрать варягов, и даже выиграть чего с их помощью, но всему советскому футболу это мало поможет, а вот правильная секция и хороший детский тренер — это совсем другое дело. А если подготовит на кафедре своей несколько сотен хороших детских тренеров?
Стоять! Бояться! Варяги? А чего там, в Риме, Айзеншпис поделывает?
Не дали додумать. Пришли следующие футбольные ходоки — но перед разговором Пётр записал себе в блокнотик: позвонить в Рим и поинтересоваться, чем три недели товарищи там занимались. На этот раз тоже не сами по себе пришли, а вызвал. Навеяла перевязка — точнее, самый её конец. Ногу его железную подвесили к высокой конструкции, что заднюю спинку кровати заменяла, причём подвесили на бинт-резину. Типа, чуть туда-сюда двигайте, чтобы мышцы не атрофировались. Ключевое слово — «мышцы». Пётр вспомнил: в будущем и пловцы, и легкоатлеты перейдут на тренировки с этими бинтами Мартенса длиной 3,5 метра. И ещё одна вещь всплыла — был ведь в Гренобле, руководил сборной СССР на олимпийских играх, а там познакомился с профессором Преображенским. Нет, не тем из «Собачьего сердца», настоящим — главным тренером сборной страны по горным лыжам. Вот он тогда рассказывал, что уже применяет эту резину для тренировок горнолыжников и разработал целый комплекс упражнений.
Рассказал о том разговоре сейчас пришедшим тренеру по физподготовке «Кайрата» Сан Санычу Милютину и тренеру дубля Межову.
Сидели, слушали, не перебивали, но азарта в глазах не видно было. Типа, ну при чём тут горные лыжи?
— Порвётся ведь, — попытался отмахнуться Милютин.
— Порвётся — новый купите. Единственный минус бинта — то, что он со временем начинает лопаться. Это правда, так Преображенский и сказал. То есть, новый он вполне безопасный — а вот претерпев несколько месяцев непрерывной нагрузки, может неожиданно порваться. Бинт нельзя хранить в жарком помещении, в тёплых солнечных местах. От этого он делается хлипким. Вы держите в холодильнике — специально купим промышленный, вам ведь десятки понадобятся, — тренер вздрогнул, но не позволил своей нелюбви к холодильникам испортить сцену. Изобразил, что весь превратился в слух. — И всё время тальком пересыпайте — предохраняет от перегрева. Лучше всё же держать в прохладном сухом тёмном месте — безопасней и целее будет. Привезут вам из Франции холодильник для магазина горизонтальный, тряпочками закроете от света.
 
— А упражнения, как у горнолыжников, на гибкость торса? — хмыкнул Сан Саныч.
— В том числе. Для стартовой скорости. В районе груди и талии вшиваете бинт в специальный костюм, натягиваете чуть — и пусть футболисты стартуют, а второй бежит сзади и всё время поддерживает натяжение. После нескольких тысяч таких стартов спортсмен, освобождённый от резины, стартанёт гораздо мощнее, чем тренировавшийся обычными способами.
— А ведь интересно… Попробуем. Слышал, так кто-то вожжами тренировал, — наконец «проснулся» Милютин.
— И теперь про вратарей. Привязываете бинты к ногам и рукам, тоже через торс, и закрепляете их на штангах при небольшом натяжении резины. А потом начинаете, как обычно, обстреливать мячами, и пусть, преодолевая сопротивление бинт-резины, ловит. Через пару неделек ещё чуть увеличьте натяжение — а потом пусть без бинтов, нужно будет ему освоиться с новыми возможностями тела. Представьте себе картину: стоит ваш Масяня…
— Масик. Ну, в смысле, прозвище у Бубенца — «Масик».
— Ну да, Масяни ещё нет…
— Масяни? — удивление в глазах.
Блин, нужно осторожнее. Так и палятся попаданцы. Сделал морду тяпкой и продолжил, как бы не заметив:
— Стоит ваш Масик в воротах, как муха в паутине — резинками ко всем штангам и перекладинам привязанный, а вы в девятку эту вашу бьёте. Через год таких тренировок он уже будет не мухой а пауком — Лев Яшин будет ему завидовать. Такая прыгучесть разовьётся. Так что давайте, товарищ Милютин, собирайте вещички, и срочно в Москву — к профессору Преображенскому. Расскажите о нашем разговоре, попросите от моего имени помочь. Пусть даже сам приедет и процесс наладит. Мне не должен отказать — после Гренобля вполне дружески расстались. Вдвоём и езжайте — а заодно и к Тарасову зайдите, на его тренировки посмотрите. Как раз вернётесь — и «Кайрат» из Саратова прилетит. Всё, товарищи, диспут окончен. Болезному, то есть мне, отдохнуть надо. С самого утра спортом занимаюсь. Ещё перекачаюсь… Да, напоследок! Нашим преимуществом должна стать выносливость. Хорошие футболисты во время матча пробегают от десяти до пятнадцати километров. Значит, после этих пятнадцати километров у них ещё должны остаться силы выпрыгнуть в штрафной противника и головой забить. Теперь точно всё! До свидания.
  
Глава 4
 
Интермеццо первое
Передовица газеты «Известия» от 21 мая 1969 года.
«Беспримерный перелёт голубых птиц»
Самолёт подскочил на идеальной, длиннейшей полосе аэропорта города Алма-Ата. Чуть наклонившись на правое крыло, вновь скользнул колёсами по бетонке, и, ещё раз подпрыгнув, стал под натужный стрёкот двигателя плавно набирать высоту. В кабине сидели сразу два пилота, а мы с тренером команды «Кайрат» Игорем Нетто удобно расположились на заднем сиденье. Хотелось бы буквально в паре строк познакомить читателей с нашей голубой «птичкой». Недавно совместно с французским подразделением компании «Сессна» выпуск этих небольших самолётов начали в Смоленске. На нашем имелась надпись «Сосна 00028у» — то есть, это всего лишь двадцать восьмой самолёт, выпущенный на авиазаводе в Смоленске. Имя «Сосна» дано голубой птичке официально, но лётчики тут же придумали для этой маленькой и проворной машинки ласковое — «Сосёнка».
 
Эта «сосёнка» с буквой «у» после номера отличается от стандартной чуть более мощным двигателем. По договорённости с зарубежной фирмой, на первой сотне самолётов будет установлен двигатель Continental GO-300E мощностью в 175 л. с. Сами же французы, которые сейчас готовят первую партию из ста самолётов для нужд сельского хозяйства СССР, устанавливают шестицилиндровый мотор воздушного охлаждения Continental O-300 мощностью в 145 л. с.