Мяч круглый. Испанский дебют (СИ)

— А что… неплохо скатались в Грузию, — мокрый, как мышь, прохрипел Нетто через минуту после свистка.
— Видел же, что происходит, когда на марафон как на стометровку, — махнул рукой Аркадьев.
— Теперь две недели отдыха. Восстановимся, потренируемся, связки поотрабатываем. Не, хорошо съездили. Три очка на выезде — и ведь не у аутсайдеров. Дед Андро, а чего этот грузин за тобой по пятам ходит? Физиономия знакомая. Футболист, вроде… Ты, кажется, хотел начальника команды из своих подобрать себе на замену. Этот?
— Э, рано с вамы на покой. Сам хочу всё выдэть. Помолодэл дажэ. Это Квасхвадзе Роин Капитонович — трэтий номэр у Кутаиси, договорился с ними забрать его с собой, тренером в школу футбольных вратарей. Открыть-то мы её открыли, а преподавателя толком нэт. А Роин — классный вратар. Навэрное, одын из лучших в странэ по тэхникэ. Был. Старэнький — на покой собрался. Э… Молодые есть, и Котрикадзе так просто нэ подвинэш. Вот бэз дела сыдыт на банке и толстеэт. Уговорыл, только у нэго семья большая. Квартыру просыт. Как думаэшь, Борыс, даст Тышков?
— Точно, вспомнил. Хороший вратарь, только ломался часто. А квартиру… вон сами пока по гостиницам.
— Лобановский ведь вчера что-то по телефону говорил, — вставил Нетто.
— Агностик-то? Говорит — приедем на новоселье, но что-то не очень верится. Быстро слишком, ещё и результатов показать не успели, — помотал головой Аркадьев.
— А это не результат — три очка на выезде?
— Это Арисага. Сами без него — ноль без палочки. Очень слабая физическая форма у команды. Тренироваться и тренировать. Ладно, привезём — покажем твоего Роина Тишкову. Его же идея — вратарская школа, вот пускай… Не самый плохой вариант. Берём. Купи ему билет, Андро.
— Уже взял. Ну, пойдёмтэ — вон целых пять корреспондентов караулят.
  
Глава 14
 
Событие двадцать второе
В России открыт закон сохранения коррупции: 
Коррупция ниоткуда не появляется, никуда не исчезает, а только переходит из кабинета в кабинет.
Пётр Миронович Тишков, переговорив с Лобановским, достал шашку, наточил, и… заговорил сам с собой.
— Не, ну попаданец, я или не попаданец? Они все хитрые…
Потому шашку в ножны взад вложил и сел под сенью яблонь у себя в саду. Ждун.
Так всегда надо. И красный, и правительственный телефон орали, не прекращая, минут десять. Так хотелось дохромать и обматерить звонарей — но держал настоящую мхатовскую паузу.
Смолкли телефоны. Приехал взмыленный подполковник КГБ с просьбой срочно связаться с Циневым. Ну, теперь уже невежливо. Не по Станиславскому. Как там: «Не верю! Не верю, что в буфете кончилась водка».
Снял слоновую трубку с гербастого телефона.
— Кодовое слово? — вопросил оператор.
— Аркадий Гайдар.
— Соединяю с Председателем КГБ СССР.
— Ты чего не отвечаешь?! Я же старый и нервный.
— Паузу держал, — честно признался Тишков. Всегда по возможности нужно говорить правду.
— Какая ты сволочь! — рыкнул и вправду нервный и матершинный Цинев.
— Какая я сволочь? Ну да — я редкая сволочь.
— Шашку достал… Войска Среднеазиатского военного округа в Кутаиси вводить собрался? — вздохнули там, в Первопрестольной.
— У меня даже Жуков есть. Зачистим, как Одессу. Как та операция называлась?
— «Маскарад».
— Нет. Не те времена. Второй кровавый «Маскарад» не нужен. Но с организованной преступностью в Грузии нужно покончить, а то эта зараза перекинется на всю страну. Ты, Георгий Карпович, раз звонил, то чего-то хотел. Давай, сначала я тебя послушаю.
— Если сейчас туда сунуться, не подготовившись, то они просто в Тбилиси или Ростов переедут, а то и в Москву.
— Ну… да. Так и будет. А вот почему нельзя было за несколько лет подготовиться?
— Так ведь политика. Брежнев грузина любил, потакал…
 
— Да, это риторический был вопрос. Я всё понимаю. Теперь-то план хоть составили?
— Нет. Ничего ведь не изменилось. Шелепин звонил, умолял «гуманнее» подойти. Думал, тоже шашку вынет, а потом понял: не хочет ссориться с Кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС Мжаванадзе. Собирает вокруг себя преданных людей. Ему ведь почти не на кого опереться.
— Как вот таким людям доверили страной руководить? Это не я сказал, это Маша так меня ругает.
— А по делу есть чего?
— Есть. Ты вот трезвонил — а я сидел, думал. Переговори с Подгорным. Пусть он напишет указ о награждении Шеварднадзе Эдуарда Амвросиевича орденом Дружбы Народов и в Москву на награждение вызовет.
— Точно… Редкая ты сволочь, Пётр Миронович. Понял дальше. Хватаем — и сыворотку правды. Обо всех его собственных делишках, да о больших делах клана Василия Мжаванадзе поспрошать, — хохотнула нагревшаяся в руке трубка.
— Ну, может, и так расскажет. Ясно ведь — вышка светит. А так — лет семь пообещать, да в газетах пропечатать, что делегация СССР улетела в Гавану, и он там. Пусть в Грузии спокойно спят. Я думаю, сам найдёшь причину главу их КГБ вызвать. Подготовка там к какому мероприятию, или ещё чего.
— Звание присвою очередное.
— Нормально. Подожди… опять только Подгорный. Тогда его нужно вводить в курс всей операции. Не-ет. Ещё кому шепнёт. Давай другой вариант. Наоборот — поругать вызови. Типа, что у вас там происходит! А то неправдоподобно: ЧП — и всё тихо.
— Да уж понял, не дурак. Голова ты, Петро. На пенсию буду уходить — тебя предложу на Комитет.
— Да ты что, Карпыч?! Побойся бога, камня на камне в стране не останется. Ладно. Я вот Тарасову позвоню, который министр автомобильный. Пусть едет в Чехословакию — нужно с ними договориться, чтоб купить, или просто забрать все документы на «Татру». Сколько можно с этой «Колхидой» мучиться?! Ну, это уже мои дела. КГБ тут не нужно. Всё, бывай, товарищ Цинев. А! Стоять! Бояться! Нужно же отвлечь Василия. Я б на твоём месте распустил, пожалуй, слух о какой-нибудь тотальной проверке КГБ Молдавии, и начинал к ней готовиться — народ собирать со всего Союза. Учения у погранцов и дивизии Дзержинского проводить. Пусть грузины думают, что их это не касается.
— О как… Принимается. Я, правда, просто хотел учения провести — но так даже лучше. Вот не зря до тебя дозванивался.
Как и сказал, после звонка Цинева Тишков набрал Александра Михайловича Тарасова — Министра автомобильной промышленности СССР.
— «Татру»? В целом, получить документацию — не вопрос. Но не из бумаги же делать машины! Пока будет производиться замена модели на конвейере — промышленность и сельское хозяйство останется без грузовиков.
— Во-первых, что у них там за объёмы? Давайте поскребём по сусекам и купим тысячу «Сканий» или «Магирусов», они наработают больше, чем весь годовой выпуск Кутаисского завода. Да и вообще, на кой пёс нужны такие грузовики?! Остановите производство, платите людям деньги только за помощь в переоснащении и переход на новую машину. Страна вам только спасибо скажет. Лучше не иметь машин вообще, чем иметь такую. Половину — сразу на запчасти и на прикол! С остальными больше мучаются, чем ездят. Попробуйте договориться сначала о сборке «Татр» из чешских запчастей в Кутаиси, а машины распределяйте армии. Пусть принимают каждую по несколько дней, проверяют каждый сраный болтик, и не подписывают акт приёмки, пока грузины языком не вылижут все недостатки. И начинайте строить там дома-гостиницы для вахтовиков. Возьмите на заводах в России лучших сборщиков предпенсионного возраста, и туда — обучать местных. Директором — русского. И всех замов — тоже. Охрану у КГБ попросите — их бывших сотрудников, ушедших на пенсию. Наведите на этом заводе порядок! И прошу считать это прямым приказом! При малейшей проблеме — звонить сразу мне или Циневу. Я его предупрежу. Да, и разгоните там конструкторский отдел. Пусть чехи снаряжают команду в долгосрочную командировку и мудрят, а мы к ним целый выпуск МАДИ, или кого там, прикомандируем. Как они чего новое придумают — сразу забирать чертежи. А людей из бюро — вон в Миасс, пусть придумывают, как «Уралам» кабину и кунг хороший под северные условия сделать, раз больше ничего не умеют. Дайте квартиры — не нужно на ровном месте национальную рознь устраивать. Или дома вон у Макаревича закажите. Всё, Александр Михайлович, до свидания. Держите меня в курсе.