Последнее пламя (СИ)

- Почти четыре сотни лет назад уже случался факт того, когда приоры избирали нового тантопу. Ты не ослышался, именно на плечи приоров лёг этот тяжкий выбор. Тогда восстание подавил Совет Легатов ещё в зародыше, но одержи повстанцы победу и власть в Церкви бы сменилась. Фактически, сейчас та ситуация повторяется, и приоры южных монастырей почти что выбрали меня тантопой. 
- Эх… - чувственно вздохнул я, - жаль, что мне не получится увидеть летописи после моей смерти.
- Ты о чём, Вадим? 
- Не знаю, как меня обзовут летописцы, но они совершенно точно должны написать то, как я пленил будущего тантопу. Если об этом не будут слагать легенды, то я определённо прожил эту жизнь зря. 
В самые сжатые сроки, было составлен перечень тезисов, с которыми готовы были пойти приоры юга Ларингии против центральной власти. Удивительно, что практически все южане были готовы поднять свои полки. По началу я не понимал, что к чему, но быстро Вард мне объяснил, что причина заключается в том, что эти монастыри постоянно находятся в боевом состоянии. Им абсолютно непонятны решения власти центра, где не было крупных военных столкновений и нужно было как-то поддерживать власть самой Церкви. 
Немалая часть тезисов заключалась в том, что Церковь должна встать на путь, который им показали Высокие Предки. Не должно было появляться столь централизованной силы в виде Совета Легатов, а тантопа должен был назначаться не при помощи вооружённой дискуссии между посланниками каждого из четырёх Высоких Предков. «Великие Тезисы Варда», как решено было их назвать, предполагали введение этакой системы непрямой демократии, когда каждый десяток монастырей выбирал одного посланника, которые уже проводили выборы на пост Тантопы, который должен будет занимать свой пост не больше пяти лет, а повторное избрание просто запрещено. Такой вариант, как предполагали приоры во главе с Вардом, должен был защитить веру от узурпации её в руках одного человека или же группы высокопоставленных людей. Посланников, которые получат ранг легата, было столь много, что захват власти становился очень сложным. Конечно, рано или поздно появятся более сильные монастыри, которые будут оказывать на остальных воздействие, управляя их политикой, но к тому времени это уже будет далеко не моя проблема. Вместе с тем, боевые подразделения должны были остаться только в руках Орденов, количество которых должно быть ограниченно и соблюдется беспрекословно. В общей сумме, Орденов должно быть не больше пятидесяти и каждый из них будет иметь в своём составе по сотне рыцарей-братьев и триста послушников. Выходило, что вся сила Церкви исчислялась примерно пятнадцати тысячам. Число не столь большое, да и Ордена должны будут действовать пусть и по своему личному усмотрению, но вместе с тем рассредоточены на большой территории, что должно было бы уменьшить шанс появления крупных сил в одном месте, которые могли бы стать силой, которая способна на осуществление государственного переворота в одном из государств. Сами Ордена будет иметь в своём имуществе по замку с землями, которые и должны будут питать подразделения всем необходимым. 
Ещё одним большим пунктом, который указывал Вард в тезисах, так это запрет церковникам заниматься производственной и торговой деятельностью. Доход Церковь должна будет получать исключительно из сельского хозяйства и добровольных пожертвований в казну. 
Последним из тезисов, которые были интересны лично мне, так это введение относительной терпимости к разной трактовке заветов Высоких Предков. Похоже было, что такой шаг был призван для того, чтобы не началось ещё одной кровавой резни, которая обещала начаться со дня на день.
Общее количество тезисов равнялось примерно пятидесяти и составлены они были так, чтобы их мог понять даже самый глупый из чтецов. Это было важно, ведь Вард и приоры желали сразу же легитимизировать своё восстание, а при поддержке народа этот процесс будет проходить в разы быстрее.
Сам же я сейчас был занят подготовкой марша на пушечную мануфактуру. Атаковать я должен был исключительно своими силами, а место, которое нужно мне было взять, было серьёзно защищено, из-за чего было невозможно взять укрепления с наскока. Не смотря на моё нежелание пользоваться помощью от церковников, они всё же предоставили мне, как своему союзнику, несколько сотен хороших боевых коней, которые носили братьев-рыцарей во время битв с гранисийцами на границе. Эти лошади были очень выносили, хотя Вирт жаловался на то, что их было практически невозможно применять во время таранного удара. Впрочем, сейчас нам как никогда раньше нужна была мобильность. Сейчас мне предстояло передвигаться на максимально возможной скорости, вместе с тем стараясь склонять по пути как можно больше местных владык. Да, такое решение было странным, ведь родственники многих из них погибли в столкновениях с рюглендцами во время прошлых военных кампаний. Однако же, мне стоило делать упор на то, что послабления, которые хотят совершить вардовские «раскольники», будут очень выгодны для аристократии, испытывающей притеснения со стороны Церкви. 
 
Перед выступлением, я посмотрел на свой конный отряд. Всего лишь три сотни. Триста отборных бойцов на плечи которых сейчас возлагается огромная ответственность в начале военной кампании.
  
Глава 18
 
Бой начался слишком неожиданно. Мои три обученных конных сотни неслись вперёд, желая наконец достигнуть поставленной цели и взять пороховую мануфактуру, дабы уничтожить поставки такого важного военного ресурса. Мы скакали вперёд без остановки, надеясь преодолеть большую часть пути всего лишь за сутки, понимая, что наша манёвренность – ключ к победе на начальном этапе войны. Первым в битву вошёл мой авангард. На быстрых конях они врубились в порядки церковников и сразу же завязалась жестокая сеча. Один из бойцов авангарда прибыл к основному войску, запросив нас как можно быстрее прибыть к месту сражения, что мы незамедлительно и сделали.
Как оказалось, церковники направлялись к одному из местных монастырей моих союзников, желая занять его крепкие стены как можно быстрее. Если бы им это удалось, то нам бы пришлось начать долгую осаду или же кровавый штурм, а ни того, ни другого сейчас не входило в мои планы. Вот только никто из них не ожидал того, что мои конные роты окажутся на их пути так быстро. 
Церковники бились в не самой привычной для них манере. Если обычно основную массу их конных сил составляли тяжёлые рыцари, тела которых, закованные в сталь, врезались в построения врага, нанизывая воинов на длинные крепкие пики. Сейчас же всё было совсем иначе. На место тяжёлых рыцарских конников заступили куда более манёвренные конные сержанты, очень сильно напоминающие мне по функциям моих страдиотов, которые теперь были под рукою сурского царя. Этих приверженцев воинов Церкви стоило бы назвать средней стрелковой кавалерией, которая была крайне эффективна против точно такой же манёвренной конницы гранисийцев. Тактика этих южан заключалась в быстрых перемещениях по полю боя и засыпанию рядов противника стрелами. Как известно, клин вышибают клином, а потому к седлу этих воинов были приторочены чехлы с изогнутыми на степной манер луками. Со стороны, церковников можно было принять за южан и только заключённый в ромб круг, находящийся на спине каждого из воинов, свидетельствовал о их приверженности Высоким Предкам. 
Когда мы прибыли на место основного столкновения, то схватка успела завязаться нешуточная. Страдиоты церковников сошлись в битве с моими рейтарами. Сталь мечей и сабель звенела столь яростно, что можно было растворится в этой песне смерти. Удары парировались, звенели, ударяясь о доспехи, и чавкали, разрезая беззащитную плоть. Поле боя было столь небольшим, что нельзя было сделать даже малейшего манёвра, а потому на небольшой арене, с обеих сторон ограниченной лесом, две армии просто давили друг друга, понадеявшись на остроту клинком и крепость собственных доспехов. Церковники, время от времени пускали залпы поверх голов моих воинов, засыпая их тела стрелами с удивительно чистым белым оперением. Эти стрелы не были столь опасными для моих воинов, до ног закрытых в латы, но вот кони, не имеющие доспехов, становились хорошей целью. В ответ мои всадники накрывали противника слаженными залпами из пистолей. Выпущенные пули были куда эффективнее, чем стрелы, а потому пробивали закрытые панцирями и бригантинами тела навылет.