Не твои наследники (СИ)

— Это не твои заботы! — беру с него пример, повышая тон. — Раз пожар в кофейне признали несчастным случаем, то и разгребать тебе нечего. Разве не так? Посему ты можешь не париться. А со своим мужем я сама как-нибудь разберусь. Да и твой фиктивный контракт мне нахрен не нужен! И он не такой уж прозрачный, каким ты его рисуешь. Особенно пункт о случайной беременности. Хорошее дело — залететь и тут же лечь под нож! Для меня такое неприемлемо. Это грех. Тебе не понять.
— Предохраняйся, и ничего этого не случится. Ещё ни одной женщине не удавалось манипулировать мужчиной с помощью ребёнка, если он этого не хочет. Пункт прописан для того, чтобы не было неприятных сюрпризов в обмен на стремление целенаправленно залететь. Проколотые кондомы и не вовремя принятые таблетки со мной не прокатят. Это всего лишь меры предосторожности.
— Серьёзно? — его слова слишком сильно задевают меня. Потому что не все женщины такие ушлые, как Руслан о них думает. А этот пункт — и вовсе как приговор. А если он передумает меня отпускать через год? И мы будем играть в «долго и счастливо», пока я окончательно не потеряю надежду стать матерью? А что потом? Новая жена? Новый фиктивный брак? И Маша с разбитым сердцем и выжженной душой? Исаеву плевать на мои взгляды на жизнь. Я не хочу замуж. Там я уже была. Ничего, кроме разочарования, брак с Петром не принёс. Я хочу жить. Заново влюбиться в достойного мужчину. Хочу, чтобы он полюбил меня. Хочу стать счастливой женщиной. Быть марионеткой не моё.
— Знаешь, Руслан, а мне бы хотелось родить ребёнка от любимого мужчины. И ты лишаешь меня возможности встретить его. Я не хочу быть твоей содержанкой. Неужели не понятно?
Прицельный обжигающий взгляд пригвождает меня к месту. Ноги становятся неподвижными. Дыхание сбивается. Руслана слишком много в этом пространстве. Он давит на меня. Делает ещё несколько глотков спиртного и опускает бутылку на стол. Замечаю, как его дыхание утяжеляется, а взгляд мрачнеет. Ему же нельзя сейчас пить. Зачем он это делает? Зачем вредит своему здоровью?
— Подпиши договор, — надавив интонацией, с решительным видом бросает ручку на стол.
— Иначе? — как можно спокойнее интересуюсь.
— Условия сделки изменятся. И тогда ты ощутишь значительную разницу в наших отношениях.
— А они у нас есть? — удивлённо выгибаю бровь. — На каком уровне, позволь спросить? На горизонтальной плоскости?
— На вертикальной тоже, — рявкает, теряя терпение. — Если ты рассчитываешь с помощью страховки покрыть все штрафы, тогда ты окажешься в полной заднице, девочка. Не факт, что ты её выбьешь. Существующие кредиты после развода придётся выплачивать пополам с Авдеевым, либо доказывать, что о существовании такого кредита ты не знала, и он брался не для семьи. Но это не всем удаётся, поверь.
Господи, как же всё надоело…
Поразмыслив немного над его словами, беру ручку и не упускаю возможности напомнить ему о своём недавнем статусе. Ставлю подпись в нужной графе, пока он тянется рукой за бутылкой спиртного, набирая второй рукой чей-то номер на мобильном.
— Тебе нельзя пить. С лекарством не смешивают алкоголь. Приятного обеда, Руслан Георгиевич. Я, пожалуй, пропущу, — не дожидаясь ответа, спешу покинуть кабинет. Знаю — сейчас рванёт. Стоит ему опомниться и завизировать документ.
— Одежду захвати с собой. Жду тебя в столовой через пять минут, — поставив условие, добавляет, но уже не мне: — Дан. Зайди ко мне. Срочно.
  
Глава 3. Самообман
 
Руслан
— Дан. Зайди ко мне. Срочно, — отдаю распоряжение и вырубаю мобилу.
В груди творится не пойми что. Маша, как и обычно, закрутила в ней ураган и смылась. Заставила кровь курсировать в венах намного быстрее обычного. Стала причиной выброса в организм конской дозы адреналина.
У меня до сих пор не укладывается в голове то, как можно было допустить такую нелепую ошибку с доверенностью? И ведь не врет, что впервые слышит о подставе. Верит в то, что это полная чушь.
Муженьку своему ушлому доверяет больше, чем моим людям и мне.
  
— Вот сучара! — выцеживаю, с трудом сдерживая раздражение. Ставлю бутылку на стол. Не ровен час запущу ею о стену. — Не ту девочку ты решил взять в оборот, кретин. Я тебе эти сюрпризы в задницу собственными руками до отказа задвину. Заебешься консультироваться у проктолога. Богом клянусь.
— Ты о ком? — Дан бесшумно входит в кабинет. Оценив взглядом очередную нестандартную обстановку, закрывает за собою дверь. — У вас что ни день, так новое состязание. Борзая твоя Марья. Только спальню в порядок привели. Плазму заменили. Девчонка рванула наверх как торпеда. Видать, снова не пришли к консенсусу? Чует моё сердце, что мы накануне грандиозного шухера.
— Думаешь? — сделав ещё один глоток виски, киваю в сторону документов.
— Знаю, — констатирует Данила, подходя к письменному столу. — Как и то, что тебе вставляет ругаться с ней.
Дан поднимает брачный договор, внимательно пробегаясь по страницам взглядом. В какой-то момент глаза его стопорятся в одной точке. Отмечаю появление хмурого залома между бровями. Набираю в рот спиртное, интуитивно ощущая неладное. Даже желудок от этого застывшего момента частично сводит. А когда Дан подносит к моему лицу подписанный Марией документ, приходится от неожиданности поперхнуться жгучим алкоголем.
— Мать твою… — вырывается наружу вместе с удушающим кашлем. — Вот же ж, стерва… шальная…
— Как пуля. Точнее не скажешь, — ухмыляется Дан. — Думаешь, «Эгоистичная Сука» когда-нибудь уступит тебе? Ты куда смотрел?
— Я был под кайфом, блять! — отдышавшись, нервно прохожусь пятернёй по волосам.
Главное не сорваться и не подняться к ней в спальню. Иначе всыплю по первое число. Надеру задницу так, что мало не покажется.
— Юля ей не понравилась, — добавляю. — А как сосаться в клубе с каким-то лохом, так это в пределах нормы, понимаешь ли.
— Алкоголь даёт свободу действиям. Как заявила твоя Марья: грехи, совершённые по пьяни, отпускаются вне очереди.
Выдыхаю.
«Спокойно, Руслан, не о том сейчас думаешь», — убеждаю себя, прожигая взглядом пространство. Между рёбрами неприятно ноет, стягивает напряжением сердечную мышцу.
Дана я вызвал не для того, чтобы обсуждать наши с Машей личные тёрки.
Нужно сосредоточиться на возникших проблемах. Но как только представлю её рядом с другими мужиками, так со мной начинает происходить какая-то дичь.
— Ладно, Дан. Проехали. Не то пойду, отпущу ей грехи, да так, что на задницу неделю не сядет. Руки, блять, так и чешутся.
Отрываюсь от стола. Подхожу к шкафу. В башке начинает плыть, как будто по ней съездили прикладом.
И правда не стоило смешивать алкоголь и лекарства. Только нервы, они же, сука, не железные. Всё время рядом с ней искрят. Как бы не старался держать себя в руках — не выходит. Заводимся с полуоборота оба.
Закрутив бутылку, отправляю её на место.
Перевожу взгляд на Галецкого.
— Поменять Юлю на Колю, Ваню или Степана — не проблема, Руслан. Ты только скажи. Перетру этот вопрос с главной. С Марией нужно тактику менять… — предлагает Данила, присаживаясь в кресло напротив моего.
— Она не из тех, кто поведётся на слащавые комплименты и цветы. Ты прекрасно это знаешь. Маша не может смириться с чувством неопределенности, потому что именно это бьёт по её самооценке. Я предлагаю ей любовника и беззаботную жизнь, она хочет мужа. Мне что же? Предложить ей настоящий брак и, не отходя от кассы, нарожать детей? — представив на секунду этот замес, отпускаю нервный смешок. — Ну уж нет, Дан. Ели говорить о теме отношений между особями разных полов — то в некотором смысле от животных мы далеко не отползли. Жажда спаривания и любовь, всё-таки разные вещи. Я не хочу обманывать себя и её. Заводить семью вслепую, затем делить имущество и детей при первом семейном кризисе — такое не входит в мои планы. Всему своё время.
— Женщины думают иначе. Они самки. Продолжение рода у них на первом месте. Ты либо видишь в ней потенциальную жену, либо нет.