Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

— Августа… — произнёс эр Форс устало. — Любимая моя…
Пауза и новое:
— Не бойся. Всё хорошо.
Кажется, меня заподозрили в намерении скатиться в истерику, но это была просто радость. Счастье, пропитанное запахом гари от уничтоженных безвкусных роз.
Когда смогла совладать с собой, я спросила:
— Всё закончилось?
— Мм-м… и да, и нет, — ответил Эрвин.
Странный ответ.
Наверное, он должен был меня расстроить, но вышло наоборот. Я зацепилась за то, что ещё несколько недель назад на подобный вопрос мне бы выдали однозначное, безапелляционной «да».
Да, всё закончилось, выброси из головы и живи спокойно, Августа, потому что ты девушка и тебя это не касается!
А сейчас Эрв признавал варианты. Это было важнее всего.
— Расскажешь? — выдохнула я.
— Не сейчас, — буркнул дракон.
Он подтянул меня ближе, прижал теснее и зарылся носом в мои растрёпанные волосы. Эрвин выглядел очень уставшим, совсем не походил на того щёголя, которого я встретила когда-то в приморском городке.
На новоявленного директора Высшей Военной школы тоже был не похож — лощёный наглец исчез, правда не факт, что надолго.
Когда губы эр Форса начали путешествие по моему виску, я испытала какое-то очень интересное чувство. По всему телу прокатилась волна совершенно особенной нежности. Чего-то превосходного. Такого, что захотелось испытать ещё раз.
Ситуация перешла в разряд запредельных, но я всё-таки повернулась, подставляя губы. И Эрв к моим губам потянулся, но в последний момент замер и произнёс хрипло:
— Не понял. Что за провокации? Почему целовать должен я?
Что?
Я уставилась вопросительно, а он…
— Ты ведь за равноправие, верно? Так давай. Вперёд. Сама.
Даже так? Ну, знаете…
— Я целовала в прошлый раз, теперь твоя очередь, — сказала, понимая, что сгораю от нетерпения, и если он не поцелует, то со мной действительно что-то случится. Я тогда не только балдахин, но и тумбочку с ширмой подпалю.
— В прошлый? Да когда ж это было? — выдохнул Эрвин тихо.
Зато препираться перестал.
Его губы коснулись моих. Обожгли. В один миг вскружили голову! Я поняла, что таю и не представляю жизни без этого невыносимого вредного дракона. Я хочу и буду принадлежать ему!
Одному ему. И не только для потомства, ведь потомство — не единственное, что мне нужно.
Я хочу его всего. От и до. Со всеми достоинствами и недостатками. Со всей его мстительностью в том числе.
Я начала таять, но раствориться в удовольствии не успела, потому что от двери донеслось жалобное, почти умирающее:
— К вам можно?
— Нет, — прервав поцелуй, хмуро бросил Эрвин.
Зря он так.
В смысле, зря остановился — пользуясь паузой, я изловчилась выглянуть из-за мужского плеча и изумиться. В дверном проёме стоял ну очень несчастный Янтарчик. Весь потускневший, с надколотой чешуёй на боку и на шее. Ещё он поджимал переднюю лапку и точно страдал.
— Совсем? — переспросил дух с этакой скорбной обречённостью.
Потом он пропрыгал несколько шагов по паркету и сделал большие жалобные глаза.
Это явно была манипуляция. Ведь лапки у духа были чисто условные — это только форма воплощения, а не сама суть. Ходить Янтарчику тоже не обязательно, он легко левитирует, но… Разумом я понимала, а сердце всё равно дрогнуло!
— Что с тобой? — выдохнула жалостливо.
— У-у-у, — горько сообщил миниатюрный дракон.
Через минуту я уже сидела на пушистом ковре, обнимая и поглаживая сообщника. Эрвин же восседал на кровати и явно негодовал.
Он даже попытался высказать вслух всё то, что я и так понимала, но Янтарчик посмотрел с таким укором, что лорд директор осёкся. Эрвину оставалось только шипеть и метать редкие молнии. Зато Янтарный жаловался на все лады:
— Они меня заманили, представляешь? Воспользовались моей слабостью… А потом ка-ак набросят ту сетку! А она же не простая, а я… Я на них, а они ещё и порошком прямо в морду, и… У-у-у, Августа, как же так? Что за беспредельщики? Нет, я-то слышал про них, но… Но даже в мыслях не было… У меня теперь всё болит. И хвостик ломит и чешуйки отваливаются! Представляешь?
 
Я представляла, но только частично. В остальном все причитания были этаким набором слов.
Зато Эрвин явно знал гораздо больше, и я уже не сомневалась в том, что мне тоже расскажут. Нужно лишь подождать и немного восстановиться.
Впрочем, один срочный вопрос всё-таки был:
— Прямо сейчас нам грозит какая-то опасность?
Лорд директор задумался на секунду и отрицательно качнул головой.
Совещание — а Эрвин назвал это именно так — состоялось вечером. Всё это время меня не выпускали из башни, зато накормили жареной картошкой и предоставили новую кадетскую форму — взамен той подранной, что была после происшествия на мне.
Эрв принёс ещё и новое платье, сообщив, что оно от леди Алисы, однако одеваться в женское я всё-таки не стала. Мне хотелось быть на равных в предстоящем разговоре, а платье могло сбить мужчин с толку. По крайней мере так мне казалось. Возможно я и не права.
Вечером вызвали.
Эрвин лично проводил в кабинет, где уже поджидали остальные. Я рассчитывала увидеть всех преподавателей, а застала только магистра Хиппа. Кроме него в кабинете обнаружились принц Рагар, леди Алиса и рыжеволосый Йерс.
Рыжий был бледен до синевы! Левая рука лежала на перевязи, а повязка, наложенная на пробитое кинжалом плечо, доходила до самого горла.
Йерсу я всё-таки удивилась. Но Алисе больше.
Неужели на иномирянку тоже напали? Поэтому она здесь?
Но…
— Я пригласил леди Алису потому, что у неё другой взгляд, другое мышление, — прокомментировал Рагар. — Возможно она сможет рассмотреть то, что не заметим мы.
Первая воплощённая драконица гневно сверкнула глазами. Видимо уже знала, что её спасали за её же спиной, и в восторг не пришла.
Ну а последим участником собрания стал Янтарный дух…
Янтарчик устроился дальше всех — сидел на декоративном столике, рядом с лампой, и изображал статуэтку. Но маскировка не помогла. Едва мы расселись, все взгляды устремились на Хранителя.
— Что? — нервно нахохлился тот.
— Рассказывай, — приказал Эрвин.
— Что я должен рассказать?!
Кабинет затопило неуютное молчание, но через минуту Янтарный сдался.
Он посерьёзнел и сказал устало:
— Да, я кое-что знал про Мэр-Миз. Мы, Хранители, почти не имеет возможности общаться друг с другом, но слухи витают. Правда, я не думал, что всё настолько плохо.
— Объясни, — потребовал Рагар.
Янтарчик неохотно спрыгнул со стола. Дошёл до последнего пустующего кресла, забрался в него и заговорил:
— Мэр-Миз, древнейшая обитель, которая стоит на месте одного из первых разломов. Там нет полноценного Источника, но некая нить, связующая наш мир и подпространство, однозначно есть. А ещё там есть Хранитель, но монахи называют его Великим Оракулом.
Я нахмурилась. Мне казалось, что про Оракула слышала только я, ведь во время оглашения «приговоров» Янтарный находился в сетке и не двигался, а Йерс пребывал в отключке. Или я чего-то не понимаю?
— Что за Оракул? — уточнил Эрв.
— Тот, кто раздаёт приказы на убийство. Мне объяснили кое-что, когда пригласили на переговоры. Остальное я сопоставил сам.
Переговоры?
Все заёрзали, а дух повторил то, что я уже слышала. Только без жалобных причитаний:
— Меня заманили в ловушку. Фанатики пришли со стороны леса, пешком, не задев таким образом настроенный на телепортацию защитный контур. Они остались невидимы для лорда Эрвина, но я-то их засёк.
Как только эти двое ступили на подконтрольную мне территорию, — продолжил дух, — я вышел им навстречу. Собирался поговорить жёстко, парализовать их, а в последствии уничтожить, но всё пошло не так. Монахи знали на что меня ловить.
— Неужели ты продался за золото? — удивился Рагар.
— Нет, конечно, — Хранитель фыркнул. — В этом случае золота было мало. Меня поймали на другие сокровища. Но прежде всего на интерес.