Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

Нет и не может быть.
  
Глава 29
 
Шли мы не так уж долго — до лестницы и вниз, к одному из тренировочных залов. Кадеты, исключая две пары караульных, были на занятиях, и мы не встретили никого.
Лишь когда монах открыл дверь и подвинулся, предлагая Йерсу войти, я поняла, куда именно заходит рыжий. В этом зале мы отрабатывали заклинания боевой магии — на стенах стояла мощнейшая защита, контуры, которые очень сложно пробить.
Ловушка!
Даже если Йерс очнётся и ринется в бой, если применит всю возможную магию, в школе об этом не узнают. Системы оповещения не сработают, а если учесть странное состояние караульных и магистра Остриса, то вообще не ясно чего ждать.
Я дёрнулась, понимая, что на этом всё. Нужно бежать! Призвать хоть какую-нибудь помощь!
Но тут монах повернулся и взглянул на меня с насмешкой. Нас разделяло шагов тридцать, однако его голос прозвучал очень отчётливо:
— Хорошо, что ты за нами увязалась. Преждевременно, но хорошо.
Мужчина указал на распахнутую дверь, и драконья часть меня зарычала. Тот самый шершавый комок, превратился в ощеренную злющую тварь. А я вдруг поняла, что всё это время шла за монахом не совсем добровольно, меня словно чем-то подманивали. Воздействовали, но не так сильно, как на Йерса. Вероятно они просто не могли воздействовать сильней.
Теперь фанатик предложил войти в тренировочный зал, и звериная часть меня ощерилась пуще прежнего. Но я пошла. Медленно, с трудом переставляя словно налитые свинцом ноги, против воли, я двигалась вперёд.
— Упрямая, — прокомментировал монах без эмоций.
Когда я поравнялась с ним, очутившись напротив проёма, последовал жёсткий удар в спину. Миг, и я пролетела несколько метров.
Успела заметить Йерса — спокойного, неподвижного, с затуманенными глазами. Заметила и второго фанатика — военные не ошиблись, когда докладывали о пересечении границы двумя представителями монастыря Мэр-Миз.
Свидетельница из Джормс-форта, о которой рассказывал Эрвин, тоже была права.
При моём появлении брови второго приподнялись, и на этом всё, дверь захлопнулась.
— Блокируй, — сказал удивлённый первому.
Я развернулась, чтобы увидеть непонятное — летящий в дверь сверкающий кинжал.
Впрочем, нет, не кинжал. Обломок некоего кристалла. И было в этом кристалле нечто странное, но жутко знакомое. Этакий едва уловимый след. Нечто на грани ощущения.
Стоп, а это случайно не…
— Энергия из подпространства? — выдохнула я.
«Кинжал» вонзился в дверь, зал озарила тусклая вспышка. На долю секунды на стенах, потолке, полу и той самой двери проявились узоры магических плетений. Это точно было некое вмешательство в защиту, но…
Девушкам, сохранившим магический дар и находящимся на домашнем обучении, таких сложностей не объясняют! А здесь, в Высшей военной школе мы до защит такого уровня ещё не дошли.
— Что вы сделали? — спросила я. — И как? Откуда у вас такой кристалл?
На меня тоже посмотрели удивлённо. Все, кроме Йерса — тот остался неподвижен и глух.
— То, что такие как ты видят энергию подпространства — не новость, — наконец сказал монах, стоявший у двери. — Но трещины и разрывы большая редкость, сама энергия в чистом виде — тоже. А ты не просто увидела, а смогла опознать. Как?
Вместо ответа я повела плечами, дабы убедиться, что тело подчиняется. Оно действительно слушалось, но надолго ли?
— Как? — спокойно повторил убийца. Он был каким-то безликим, как и второй прислужник.
Я решила, что можно и ответить, дабы потянуть время, но другой перебил:
— Всё просто. Ей помогал здешний дух.
При упоминании Янтарчика я дёрнулась, а первый…
— Тогда понятно. Лишнее подтверждение.
— Она очень опасна, — второй убеждённо кивнул.
Внутри зарычало и забилось неистово, и словно в ответ на это рычание…
— Сеть! — приказал первый. Он сказал, а второй предельно метко бросил в мою сторону какую-то штуку.
Будь я в обычном состоянии, без этой неприятной слабости, точно бы увернулась. Да и сейчас! Я дёрнулась, почти отскочила, но что-то ударило в плечо.
 
Перед глазами потемнело. Я ощутила тупую боль, которая сжала кольцами. А потом меня качнуло, я рухнула на шершавый камень пола.
Внутри случился настоящий взрыв, драконья часть меня взбесилась, а второй фанатик вдруг вскинул руки и воскликнул:
— Мы не причиняем тебе вреда! Ты в безопасности!
Что, простите? Это он кому?
Сущность продолжила рычать, а монах повторил с нажимом:
— Ты сейчас, — это «сейчас» он подчеркнул, — в безопасности. Тебе никто не причинит вреда.
Прозвучало так, словно фанатик сам в это верит.
Абсурдная ситуация. Бредовая! Но следующая реплика первого многое объяснила:
— Правильно. Пока ей ничего не грозит, её избранник не почувствует. Мы будем убивать её в самый последний момент.
Убивать?
Я ощутила прилив злости, смешанной с паникой.
Меня собираются убить, но прямо сейчас у монахов нет такого намерения, поэтому Эрвин не придёт?
— Йерс! — воскликнула я.
Опять дёрнулась, и лишь теперь обратила внимание, что сжимающая кольцами боль — это странная, словно сотканная из чистой силы верёвка. Она обвивалась и словно шевелилась. И на ней не было узлов.
— Не надо кричать и не надо биться, — сказал первый, отходя от двери и приближаясь ко мне.
Он приподнял моё совсем обессилевшее тело и потащил в сторону, к стенке. Визжащий кокон посреди зала убийцам чем-то мешал.
— Бесполезно, — продолжил монах. — Эти путы способны выдержать десять таких как ты. Заодно они сдерживают трансформацию и магию, поэтому на силу свою не надейся. Чем спокойнее будешь, тем безболезненней всё пройдёт.
Я замерла. Мне потребовалось время, чтобы осознать — вещи, о которых говорил фанатик, были невозможны.
Нет пут способных удержать дракона! Запрет на трансформацию — тоже слишком серьёзно. Я помню лабиринт, где Эрвин не смог превратиться полностью, но там были древние толстые стены, а тут какая-то верёвка. Нитка против горы!
И отрава… Воплощённого дракона отравить невозможно. Но почему мне так плохо? И почему магистр Острис был как сонная муха? Что за вопиющие вещи происходят? Мир сошёл с ума?
— Вы кто? — выдохнула я. — Что вы делаете?
— Не говори, что не знаешь, — ровно произнёс первый.
Он отошёл от меня, встал рядом со вторым и так, что оба оказались напротив невменяемого Йерса. От рыжего их отделяло лишь несколько шагов.
Я испытала острый прилив паники.
Убийцы. Мне известно, что они убийцы, но…
— Вы убиваете только новорожденных драконов, а Йерс не дракон! Он вообще человек!
На меня покосились презрительно.
Второй вскинул руку, с силой сжал пальцы, и мерцающая верёвка впилась больнее. Одновременно с этим силы схлынули. Ушли, словно вода, пролитая в песок.
— Осторожнее, — сказал первый, его голос прозвучал глухо, словно сквозь вату. — Не причини слишком много боли. Боль он тоже почует, а я не хочу драться со зрелым злым драконом. Перед нами не ставили такой задачи.
Пауза и ответ:
— Убить самца будет милосердно. Без неё он всё равно не выживет.
— Мы не успеем взять его в человеческой ипостаси, и у нас нет третьей сети.
Они помолчали, и мой обидчик кивнул.
Я хотела сказать! Осыпать их ругательствами, проклятиями, злыми словами. Но сил не осталось, они просто кончились. Единственное, на что меня хватило:
— Йерс, очнись!
Рыжий… он не ответил, но повёл головой. Потом дёрнул плечом и фыркнул.
Кажется ничего особенного, совсем мелочь, но фанатики вдруг напряглись, и первый сказал:
— Давай быстрее.
Его подельник кивнул и извлёк из рукава коричневой хламиды некий свиток. Развернул и зачитал почти торжественно, хоть и хмуро:
— Приговор.
Я лежала на полу тренировочного зала в абсолютном бессилии. Где-то глубоко внутри рычала драконья сущность, мысли путались, тело била мелкая дрожь.