Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

— Так кто тот смертник, что целовал тебя до меня?
Ой, ну всё.
Я снова отвернулась и испытала острое желание стукнуть партнёра чем-нибудь тяжёлым. Проступившая на его коже чешуя уже не впечатляла. О, Небо! Это самый ревнивый дракон из всех!
Кто. Один наглый юный виконт, с которым я встречалась лишь однажды — два года назад, на том самом балу, где всё и случилось.
Это было быстро, не совсем с моей стороны добровольно, но какая теперь разница? Прошло два года. История поросла мхом!
— Августа! — рявкнул Эрв.
Я сделала глубокий вдох и призвала себя к спокойствию. Ведь бал только начался, и нервы мне ещё нужны. Хотя бы для того, чтобы объяснить родителям, почему ко мне так неравнодушен эр Форс.
Мы кружились… Мой взгляд скользил по залу, а внутри крепло предчувствие чего-то недоброго.
Меня точно ожидала какая-то пакость! И после полуночи, когда объявили фуршет, а Эрвин лично повёл в соседнюю залу, где были накрыты столы, всё и произошло.
Эрвин
Я был собран, зол и готов к самой жестокой атаке.
К чему угодно — к монахам, к внезапному появлению южан, к падению на дворец метеорита, и даже к требованию объяснить, почему посмел станцевать с леди Августой аж шесть танцев подряд.
Но одну угрозу я всё-таки упустил. Даже не так — я и помыслить не мог о таком нападении! И не сразу опознал в ярком пятне, заступившем дорогу, леди Трицию. Статную, красивую, но предельно ядовитую на язык.
Манёвр Триции был плавным и удивительно естественным. Со стороны наше столкновение выглядело случайным, но я-то знал.
— Оу, Эрвин, милый, — проворковала леди. Опытная и очень умелая. Слишком умелая дама.
Нам было неплохо вместе.
Когда-то.
Миллиард лет назад.
Напряжение поднялось изнутри, заставило закаменеть плечи. Здесь и сейчас я соображал очень медленно — ведь это не тот случай, когда можно взмахнуть драконьими когтями и перешибить врага.
Всё было сложней.
Да и враг ли перед нами?
Линялый хвост! Как я не люблю все эти интриги! Доброжелательные маски! Намёки! Реплики, которые похожи то ли на мёд, то ли на смертельный укус!
В армии проще. Проснулся, умылся, сделал сто отжиманий и пошёл дальше. А здесь?..
— Добрый вечер, леди Триция, — сдержанно поздоровался я.
Бывшая любовница замерла. Повисла намекающая пауза, и я нехотя представил Триции Августу.
Точнее наоборот, по степени важности:
— Леди Августа, позвольте представить вам леди Трицию. Леди Триция, это леди Августа.
— Оо-о… Как приятно познакомиться, — сладко пропела… А змея ли? Может всё-таки с миром пришла?
Губы Триции дрогнули в приветливой улыбке, Августа ответила коротким реверансом.
Затем взгляд дамы скользнул по излишне яркому платью кадетки, и улыбка стала шире.
— Вас можно поздравить, верно? — проворковала Триция. — Ах, милая Августа! Эрвин интересный мужчина, — добавила леди авторитетно, — время, проведённое с ним, было весьма приятным. А мы, знаете ли, общались несколько лет.
Какие нейтральные, но при этом точные слова. И понимай как хочешь! В меру своей испорченности.
Увы, Августа к глупышкам не относилась, и я внутренне заледенел, готовый к истеричному ответу юной особы.
Даже попробовал опередить:
— Леди Триция! — прошипел с оскалом.
Я видел, как побледнела малышка эс Тирд. Заметил розовые пятна, проступившие на её фарфоровой коже… Августа девчонка в сравнении с Трицией! Змеюка её сейчас если не размажет, то отравит точно.
Причём всё в рамках этикета.
С возможностью сказать, что имела в виду совсем не то. Мол, вела простую светскую беседу, одаривая королевского родственника комплиментами, а её поняли превратно.
— Ой, Эрвин? — мягко удивилась Триция. — Ты сердишься? Я сказала что-то не то?
Я не собирался стесняться прошлого, но расплата, чтоб её, опять пришла невовремя. А ведь таких любовниц у меня целый список!
— Я прошу прощения, — вдруг подала голос Августа. Она обращалась к Триции. — Вы намекаете, что состояли с лордом Эрвином в интимных отношениях?
Удара в лоб, да ещё от столь юной девушки, никто не ждал.
 
Теперь уже Триция заметно побледнела. Заломила бровь и попыталась посмотреть на кадетку как на букашку, а Августа…
— Вы подошли, потому что вам неприятно сознавать, что были лишь временным вариантом? Решили отыграться на мне за свои эмоции?
Сдержанная Триция вспыхнула до корней волос.
А я едва не рассмеялся — кто бы знал, что армейские будни способны наложить такой отпечаток на воспитанную в рамках этикета юную девицу!
Но дальше — больше.
— Я понимаю, — Августа очень недобро прищурилась, напомнив этим одну небезызвестную сущность. — Понимаю, что вы не первая, и не единственная из его любовниц, но, если мы с Эрвином по каким-то причинам решим быть вместе, то оставим прошлое в прошлом. И я очень не советую этому прошлому мозолить нам глаза.
Самое интересное — Августа сейчас не лгала.
И ладно угроза! Она была понятна, логична и абсолютно оправдана. Убило другое: «если мы с Эрвином решим быть вместе».
Какое под хвост нэ-ринга «если»?
Какое «решим»?!
Триция ушла. Буквально растворилась в воздухе. А я уставился на Августу, как саблезубый тигр на мышонка. Одна часть меня искренне радовалась тому, что малышка эс Тирд готова принять меня таким, какой я есть, а вторая люто бесилась от её абсолютно серьёзного «если»! И вот этого дурацкого «решим».
Я потянулся к ней. Начал склоняться в неосознанной попытке поцеловать, утверждая своё право, но кто-то болезненно пихнул в бок, и я очнулся.
Выпрямился, чтобы обнаружить Тринга, ведущего к фуршетным столам леди Дорину.
Ещё одна очевидная всем парочка. Как хорошо, что я не единственный влюблённый в кадетку
  
Глава 25
 
Августа
Вечер получился нервным и утомительным. Гораздо более утомительным, чем все пройденные в Военной школе марш-броски!
Пусть нам с девчонками не приходилось передвигаться ползком по грязи и отбивать тренировочные атаки старшекурсников, но уже к середине бала хотелось упасть на какой-нибудь диванчик и не шевелиться до рассвета.
Многие из присутствовавших пользовались комнатами, предназначенными для отдыха, а я так и не решилась. Дело даже не в Эрвине, который держался рядом как приклеенный. Истинная проблема заключалась в том, что с какого-то момента со мною возжелали пообщаться вообще все.
Семья. Папа смотрел коршуном, братья орлами. Сёстры выглядели так, словно просчитывали в уме пункты брачного соглашения, а мама утирала умилённую слезу.
Маму поддерживала тётушка Розали, ну а кузина Бинди, наблюдавшая в своё время побег Эрвина из окна госпожи Клосс, продолжала напоминать разбуженную в полдень сову — всё хлопала округлёнными от изумления глазами.
К ним даже приближаться было страшно! Не то что оставаться в комнате для отдыха, практически наедине.
Сокурсницы. Девчонки наконец осознали, что в гостиной произошло нечто странное. Событие вызвало массу вопросов, которые мне и поспешили задать.
Поймали прямо в зале, когда Эрвин отвернулся, и, взяв в кольцо, практически хором прорычали:
— Августа, что это было?
— В смысле? — выдохнула я, ещё не сообразив. — Вы о чём?
Когда стало ясно, что речь об изменившихся глазах, я потупилась.
— Августа! — позвала Валетта требовательно.
— Девочки, это долгая история и не моя тайна, — сказала я.
Сокурсницы серьёзностью момента не прониклись. Более того — Пенелопа догадалась:
— Ты смотрела в Око? Тебя уже допустили?
— Но как? — взвилась Валетта. — Почему?
Отличные вопросы. Правильные, только очень неудобные.
Положение спас Эрвин, который подошёл и рявкнул в излюбленной директорской манере:
— Так! Что за разговорчики! Что за сборище без приказа командования? А ну разойтись!
Девчонки подчинились не сразу. Мне же вспомнилось зачисление в школу, когда все смотрели на меня хмуро и враждебно — сейчас ситуация повторялась.